Я еще скелет? Да сколько можно! - Алексей Сказ

А пока я оторвал полосу от своего плаща и, на удивление самому себе, осторожно, начал перевязывать её руку. Я даже не знал, что умею так делать, но руки действовали машинально, словно такое случалось уже множество раз.

— Костяша… — её голос был слабым. — Ты порядке? Они не ранили тебя?

«В полном. Толком и не коснулись меня… А вот ты, что это было?»

Её уши прижались, глаза наполнились слезами от осознания.

Я продолжал перевязывать рану, мои движения были механическими, но в голове бушевала буря.

Они намеренно целились в неё — намеревались убрать. Причем не как реальную угрозу, как в расходный материал. Но она мой актив — та, кто научила меня телепатии и познакомила с «Подпольем» и управляющая моего магазина.

Мой… друг.

Ну что же, Гольдштейн перешёл черту. Он спутал конфликт интересов с бесчестной уличной поножовщиной. Он ещё не знает разницы между гневом бизнесмена, потерявшего деньги, и хищника что методично отомстит.

Вдали послышался топот. Скрежет прислал своих людей, те вились весьма оперативно, но поздно.

Я посмотрел на огни города, и в моём сознании уже выстраивались первые шаги ответного удара.

Гольдштейн. Надо было сразу с ним разобраться. Возможно, это была ошибка — игнорировать его, пока мэр занимал все мысли. Но теперь…

Война продолжается. И теперь против нас не продажные стражники, а профессиональные убийцы.

Я сжал кулак.

Ну что же, хоршо. В таком случае устроим ему достойный «ответ»!

Глава 11

Штаб «Подполья», вокруг огромного стола, заваленного картами и схемами, столпились все ключевые фигуры.

«Они сами придут», — передал я, и все взгляды обратились ко мне.

Скрежет медленно развернул свою массивную голову.

— Почему ты так уверен?

«Потому что мы дадим им слишком лакомую цель, чтобы её проигнорировать».

Я провёл пальцем по карте, очерчивая маршрут.

«Завтра вечером Скрежет, лидер Подполья, отправится на тайную встречу с „представителями аристократии“, желающими вложиться в наши операции. Сопровождение — правдоподобное. Маршрут проходит здесь». Палец ткнул в узкую улицу между двумя массивными складами. «Идеальное место для засады».

Клык рыкнул:

— Это самоубийство… Мы рискуем потерять не только Лидера, но и многих наших бойцов.

«Мне казалось, что вы уже прошли неплохое крещение в войне с Ржавыми Кинжалами».

Повисла тяжелая тишина. Скрежет не двинулся, но я видел, как слегка шевелятся его лапки-лезвия, наверняка, его внутреннее напряжение.

— Ты хочешь, чтобы я вытащил этих убийц из тени, — произнёс он задумчиво.

«Именно. Мы не можем охотиться на них по всему городу. Но если мы дадим им цель, от которой они не смогут отказаться, они сами придут к нам. И тогда мы уничтожим их всех. Разом».

Клык ударил кулаком по столу, заставив карты подпрыгнуть.

— А если что-то пойдёт не так? Если их будет слишком много? Если они пробьют защиту⁈

«Тогда они столкнутся со мной, с Лиандри и всей вашей боевой группой, уже окружившей их самих».

Лиандри спрыгнула с подоконника, откуда наблюдала за нами, её глаза горели хорошо знакомым мне азартом.

— Мне нравится. Я давно жажду сбросить весь накопившийся во мне пар. — она выразительно облизнула губы.

Скрежет молчал долго, но все ждали его окончательного решения. В конце концов, именно его я предложил спустить прямо в клетку к хищнику. Наконец, он издал низкий, вибрирующий звук — нечто среднее между вздохом и рычанием.

— Это хороший план. Вместо того чтобы беспокоиться понапрасну лучше выложитесь на все сто, — уверенно заявил он, чем поверг некоторых в шок.

Я кивнул. Всё равно не позволил бы Скрежету вот так умереть. Он слишком полезен, как лидер Подполья и мой партнёр.

Клык фыркнул, но поддержал решение чётким кивком и тогда Хвост, главный по разведке в Подполье, ответил тем же.

— С чего лучше начать моим шпионам, костяной?

«Твоя задача самая важная. Кто-то должен случайно слить весь наш план так, чтобы он дошёл до „Ночных Гадюк“ уже к сегодняшнему вечеру».

Хвост закивал так яростно, что его большие звериные уши чуть не захлопали.

— Проще простого! Это будет самая достоверная горькая ошибка Подполья, которую вы все когда-либо видели.

Я развернулся к Лиандри.

«А ты, разумеется, будешь командовать штурмовой группой. Твоя задача — не дать врагам сбежать. Они окружают Скрежета вместе с сопровождением, а мы окружаем их. Как только ловушка над нами схлопнется, ты перекрываешь все выходы так, чтобы ни одна гадюка не уползла».

Лиандри улыбнулась, и улыбка эта выглядела хищной.

— Обожаю, когда ты предлагаешь что-то подобное.

Клык скрестил массивные руки на груди.

— А я?

«Ты возглавишь зачистку. Никаких пленных, это должно стать уроком для всех, кто подумывает работать на Гольдштейна».

Волк медленно оскалился.

— Вот это мне нравится.

Я обвёл взглядом всех собравшихся.

«Расстановка следующая. Карету мы изнутри объём стальными листами. Даже если их болты пробьют дерево, Скрежет будет там в безопасности хотя бы на пару минут, а за это время остальные позаботятся, чтобы избавиться от угрозы. Я буду на этой крыше с полным обзором, если потребуется, прикрою своими скелетами».

Фенрис подняла руку.

— А я?

«Ты остаёшься здесь. Ты ранена».

Её уши прижались.

— Костяша, я тоже могу помочь! Я могу…

«Нет, ты будешь продолжать следить за магазином».

Она хотела спорить, я видел это по её глазам, но в конце концов опустила голову.

— Хорошо…

* * *

Карета медленно покатила по мощёной улице, её колёса мерно выстукивали ритм по камню. Я лежал на крыше ближайшего дома, сливаясь в тенях и выжимал из «Духовного Ока» максимум. Ни одна змея не проскочит незамеченной.

И вот они.

Из переулков начали просачиваться тени. Двигались синхронно, бесшумно, как кошек, окружающих добычу. Я насчитал двадцать три цели. Сразу видно. профессионалы, к тому же «Ночные Гадюки» явно не сэкономили на подготовке.

«Скрежет, они заняли позиции», — передал я через Сеть.

«Принято… Ждём твоего сигнала».

Прямо перед каретой вдруг выскочил один из них, — высокий человек в чёрной коже с капюшоном, закрывающим половину лица. Одним коротким заклинанием он погрузил сразу все четыре колеса глубоко в «топи» и поднял кулак.

— Живыми не брать, уничтожьте их! — его голос был хриплым, но властным. — Наша главная