Ворон. Осколки нас - Эмилия Грин

— Можешь, — кивнула отстранённо. — Держись от меня как можно дальше! — я гордо удалилась, разорвав тягостный зрительный контакт.

В этот миг в зале появилась управляющая, и я поспешила к ней, на ходу придумывая острую тему для немедленного обсуждения… Остаток дня я чувствовала себя нервозно. Хорошо, что сегодня Наталья Леонидовна разрешила мне уйти пораньше.

Я направлялась в комнату для персонала, внезапно услышав тихий властный голос, заставивший меня обернуться.

— Алина?

Воронов стоял около двери в то самое многострадальное подсобное помещение. Его глаза прожигали во мне дыру.

— Мы же вроде все выяснили? — хмуро свела брови, неосознанно отступая.

— Подумал, я все-таки имею право знать, за что извинялся? Не так ли? — усмехнулся, склонив голову в бок.

— Давай закроем тему? — я нервно провела руками по волосам.

— Ну, как же? — похлопал себя по бедрам, обтянутым эластичной джинсой. — У меня не было с собой «резинок», — он кашлянул в кулак. — Так что, если мы все-таки были близки, есть вероятность… — распарывал мое мнимое спокойствие своими горящими дурным огнем глазами.

— Зачем ты мне всё это говоришь? — сглотнула, — Думаешь, я… — окончательно растерялась.

На что он намекал? Что за бред?

— Вдруг ты забеременела и мне, как порядочному мужику, придется на тебе жениться?

— Воронов… — скривила губы, — прекрати нести эту чушь…

— Я вполне серьезно, — сделал шаг навстречу. — Ответственно подхожу к данному вопросу. Не разбрасываюсь своей спермой направо и налево…

Только разговоров про его сперму и не хватало…

— У нас ничего не было… Можешь расслабиться! Тебе не придется на мне жениться…

Кривоватая улыбка коснулась его чувственного рта.

— Жаль.

Жаль…

Я смочила пересохшие губы кончиком языка, сглатывая ком в горле. Так… странно.

Головой я ненавидела его и презирала, однако это никак не мешало воздуху между нами клубиться и потрескивать от напряжения.

— Алина, — он сделал паузу. — Если тебе что-то понадобится — обращайся. Помогу по старой дружбе.

По старой дружбе… Ну, спасибо. Может, еще в ножки упасть?

— Я привыкла рассчитывать только на себя. Пока как-то справляюсь. Ангел хранитель не дремлет, — посмотрела на носы своих новеньких туфель, приобретенных с премии.

— Везет твоему ангелу-хранителю, — почти беззвучно заметил Кирилл.

— Не уверена. От меня одни проблемы…

Разговор явно выдохся, однако никто из нас не спешил сдвинуться с места. Так и стояли посреди пустого коридора, взглядами пуская друг в друга ядовитые стрелы.

— Можно спросить у тебя еще кое-что? — Воронов вдруг перешел на шепот.

Я неуверенно пожала плечами. Не понравился мне его взгляд…

— Если тебе были так неприятны мои ласки и прикосновения, тогда почему ты намокла? Тоже хотела меня?

Глава 19

Опешила от такой беспардонности.

— У тебя мания величия, Воронов! Думаешь, все поголовно тебя хотят?

— Меня не интересуют все. Меня интересуешь исключительно ты, Лебедева… — вкрадчиво произнес, ощупывая мое тело наглым взором, будто он все еще имеет какие-то права, — Я кое-что вспомнил, и эта информация идет в разрез с твоей ненавистью и крокодиловыми слезами. Только ли от отвращения ты дрожала в моих руках, красавица?

Сердце бешено колотилось, наблюдая черную бесконечную пропасть в его глазах. Казалось, он вот-вот утянет меня туда за собой…

— Чего ты от меня хочешь? Можешь возрадоваться — отомстил так отомстил! Унизил! Напугал! Показал, где мое место! Чего еще добиваешься? Незрелый обиженный мальчик! — я закусила губу, чтобы та не дрожала, выдавая мое внутренне состояние.

Воронов ухмыльнулся.

— И где же твое место, взрослая девочка? Напомни? М? — поинтересовался ледяным тоном.

— Одно могу сказать точно — подальше от тебя, Кирилл. Знаешь, раз уж ты снизошел до разговора со мной, я кое в чем признаюсь: когда я тебя увидела, промелькнуло что-то… из прошлого. Но ты так мастерски обратил это в пыль. Перечеркнул все светлое, что между нами было. А эти мерзотные вопросики… Ничем не лучше Левицкого! Хотя нет, даже Левицкий себе такого не позволял… — с моих губ сорвался горький смешок.

— Я перечеркнул все светлое, да? — сощурился, насмешливо покачав головой из стороны в сторону.

— Зачем все это ворошить? — устало вздохнула, — Хватит, Воронов! Прекрати меня мучить… И еще… Действительно, пора вести себя по-взрослому. Почему, собственно, я должна увольняться? Твой брат сделал мне интересное предложение. Надо быть полной дурой, чтобы отказаться из-за какого-то поехавшего кукухой парня из прошлого!

Не дожидаясь его ответа, я ретировалась в комнату для персонала… Хорошо, что в этот момент там находился Вадик, и можно было хоть немного перевести дух.

* * *

Вечером того же дня, переделав все дела по дому, я засела над очередным платьем для своей капсульной коллекции, стараясь выкинуть события последних часов из головы.

Но как будто у меня когда-то это получалось? Действительно, смешно.

«Почему ты намокла?»

«Ты тоже меня хотела?»

Ну, до чего же самоуверенный! Да все с ног валятся от его плещущейся через край сексуальной энергии! Придурок!

— Ай-й… — со зла чуть не прошила себе палец.

Слизнув с подушечки указательного капельку крови, я вздрогнула от продолжительного звонка в дверь.

Ну, кто там?

Свету я сегодня уже не ждала — по выходным она ночевала у своего парня. Да и в будние дни оставалась у него все чаще и чаще, отчего наша двушка находилась в полном моем распоряжении, хотя я почти не покидала пределы своей маленькой комнаты.

Ответив в домофон, выяснилось, что это курьер. Нехотя открыла… Возможно, привезли заказ для соседки — она была заядлой любительницей онлайн шоппинга.

Однако, я ошиблась…

Доставка оказалась по мою душу.

Корзина цветов.

Кроваво-красных маков.

Опиум. Безумие… Воронов.

Продолжив смысловой ряд, нетрудно было догадаться, кто автор сего презента. Закрыв за курьером дверь, я теребила небольшой, сложенный вдвое белоснежный прямоугольник в руках. Наконец, набралась смелости заглянуть внутрь.

Прости.

И подписано от руки.

Поехавший кукухой парень из прошлого.

Я сразу узнала Его почерк. Столько раз любовалась им, сидя за соседней партой. Глупая. Правда ведь, еще на что-то надеялась…

Поставив корзину на подоконник, я задумчиво рассматривала пьяняще прекрасные цветы. И где он отыскал маки в начале октября? Этот дурманящий запах… Зелье нашей первой больной любви.

На миг зажмурилась от слепящего света фар прямо в лицо.

Увы, съемная квартира располагалась на первом этаже блоковой многоэтажки, а окна моей комнаты выходили во двор, хорошо хоть хозяева установили решетки, в противном случае ночевать одной было бы совсем жутко.

Задернув занавески, я погасила свет и легла в кровать.

При мыслях о нашем сегодняшнем общении с Кириллом, его так называемых «извинениях», последующих цветах и записке, написанной от