Слезы пустыни - Халима Башир

— Мы будем рядом, — сказала Мона. — Не волнуйся.

— Встанем у ворот, оттуда все видно, — добавила Макбула.

— А если она явится со своими арабскими подружками, мы их поколотим, — пообещала Наджат.

— Да она, может, и вовсе не придет, — предположила Мона. — А даже если и придет, то приведет свою мамочку-учительницу, чтобы та ее за ручку держала…

Мы рассмеялись. Мона всегда шутила, чтобы разрядить обстановку. Осознание, что я не одна, укрепило мою решимость. Я не могла себе представить, какие у меня возникнут проблемы, если я поколочу одноклассницу, дочку учительницы и правительственного чиновника. Но так же, как и с мисс Урсой, я знала, что у меня нет выбора: мне необходимо было постоять за себя.

На следующий день, когда ученицы хлынули из школьных ворот, я встала под большим деревом и сделала вид, что с головой ушла в книгу, поджидая подружку. Уголком глаза я видела Мону и других девочек, столпившихся у ворот. Никто из учителей не догадается, что мы затеяли, сказала я себе. Я ждала и ждала, пока школа не опустела. Возможно, Саира пошла на попятный.

Я уже решила, что больше ждать не стану, когда заметила фигуру, идущую через спортплощадку. Это была Саира, одна — без подружек, без матери-учительницы. Она направилась ко мне. Некоторое время мы стояли лицом к лицу, и Саира сверлила меня пристальным взглядом. Она была на добрых полголовы выше, но я ничуть не боялась ее. Наконец она взглянула на дерево, на землю, затем снова на меня.

— Ну и для чего ты меня позвала сюда? — презрительно хмыкнула она. — Ах да, вам, деревенским девчонкам, приятнее встречаться под деревом, да? Чувствуете себя как дома…

Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не броситься на нее и не швырнуть на землю. Я умирала от желания сбить с ее лица эту надменную ухмылку, но не хотела начинать драку сама. Пусть она сделает первый шаг, тогда у меня по крайней мере будет некое оправдание перед учителями. Когда меня вызовут к директрисе — а я не сомневалась, что так и случится, — я честно скажу, что именно Саира первой подняла на меня руку.

— Почему ты ведешь себя так, будто это твоя школа? — парировала я. — Она не твоя, не моя и ничья.

— Понятия не имею, о чем ты, — ответила она. — Ты просто все делаешь назло, как вчера, когда так хамски лезла мимо меня…

— Неправда, и ты это знаешь! Ты ведешь себя так, будто это твоя личная парта. И твоя личная школа.

Саира подбоченилась:

— В бутылку лезешь, да?

— Послушай, самое время тебе научиться делиться этой школой с другими.

— Да что ты говоришь? И кто же меня научит, уж не ты ли? Вот это мне нравится! — Она наклонилась вперед. — На хорошую трепку ты нарываешься!

— Знаешь, что я думаю? — сказала я. — Я думаю, что ты ведешь себя, словно школа принадлежит тебе, только по одной причине: потому что твоя мать здесь учительница.

— Слушай, я знаю все о тебе и твоих проблемах с учителями. Отказалась класс убирать, да? Слишком низкая работа для деревенщины-загава, да? Ну, вот это и правда новость!

— Они тебе все рассказали? — ахнула я. — Твоя мать и мисс Урса…

Саира вытянула руку и принялась тыкать меня в грудь.

— Уж известно, какая ты скандалистка. Не воображай, что мисс Урса все это забыла. Или директриса. Они до тебя доберутся. Ох, доберутся они до тебя…

Когда она снова ткнула меня, я схватила Саиру за руки и прижала их к ее бокам:

— А ну-ка стой нормально и говори со мной уважительно. Попробуй, вдруг получится.

— Отпусти! — вскрикнула она. — Как ты смеешь! А ну отпусти меня!

Я сделала, как она просила, и отступила.

— Вот тебе! Сама напросилась! — закричала Саира и бросилась на меня, схватив за блузку у шеи.

Я услышала резкий звук рвущейся ткани. Поддев Саиру под руки, я отшвырнула их от себя и тоже схватила ее за блузку. Она сделала первый ход, так что теперь драка началась. Я сильно толкнула Саиру назад, к дереву, и увидела потрясение в ее глазах, когда, притиснув к стволу, попыталась разорвать на ней одежду. Но ее блузка была из хлопка гораздо лучшего качества, чем у меня, и не рвалась.

Саира схватила меня за волосы и начала драть их с корнем. Волна гнева поднялась во мне, вырвались наружу все разочарования школьных дней. Я не замечала боли. Занеся правую руку, я с силой ударила Саиру по лицу. Удар парализовал ее, и я воспользовалась этим преимуществом. Сделав подсечку, я повалила ее наземь, уселась сверху, схватила за шарф и стала закручивать его у нее на шее. Охваченная слепой яростью, я снова и снова слышала крики, не веря, что сама же и кричу:

— Я тебя убью! Я тебя убью! Я тебя убью!

Руки мои сжимались все сильнее. Глаза Саиры вылезли на лоб, лицо побагровело. Внезапно я подняла глаза. Вокруг собрались мои подруги, с энтузиазмом подбадривая меня, и от этого я пришла в чувство. Саира была родом из арабского племени и полагала, что она лучше нас. Учителя делали ей огромные поблажки, а меня оскорбляли. Но все-таки смерти она не заслуживала, и я разжала хватку.

Я поднялась на ноги и встала над ней; она держалась за горло, хватая воздух ртом. Ее глаза были полны невыразимого ужаса. Что бы ни случилось дальше, сейчас я преподала ей урок, которого она никогда не забудет. И это доставило мне удовольствие. Я наклонилась и рывком поставила Саиру на ноги. Несколько секунд она со страхом глядела на меня и моих подруг, затем заковыляла к главному зданию школы.

Я знала, что это затишье перед бурей, и приготовилась к тому, что за этим последует. Через несколько мгновений появилась Саира, таща за собой свою мать-учительницу.

— Девочка! Эй, ты там! Девочка! — закричала мать Саиры с лицом, перекошенным от ярости. — Ты что это наделала! Да как ты посмела! Как ты посмела!

Я почувствовала, что мои подруги подошли поближе, образовав группу поддержки.

Мать Саиры остановилась перед нами. Из-за ее плеча выглядывала дочь. Волосы ее были забиты листьями и грязью — ведь я поваляла ее по земле. Один только вид Саиры ободрил меня