Инженер. Часть 7. Вторая итерация - Евгений Южин

– Верю, – равнодушно бросил я.

Сотников довольно ухмыльнулся, как будто мой ответ был ожидаем.

– Илья, можно я так буду вас называть?

– Можно. Называйте.

Адвокат снова ухмыльнулся, мне показалось, еще немного, и подмигнет мне.

– Илья, по вашему делу назначен защитник. Насколько я вижу, с вами он до сих пор не беседовал? – Я кивнул. – Должен вас проинформировать, что вы вправе в любой момент отказаться от него и выбрать защитника по своему усмотрению.

– Я правильно понял, вы предлагаете свои услуги?

– Правильно. – Он серьезно смотрел в мои глаза.

– Позвольте поинтересоваться – чем вызвана такая честь?

Адвокат дернул губами, скривился:

– Видите ли, я специализируюсь по вменяемой вам статье УК. И поверьте, лучшего варианта вам найти не удастся.

– Охотно верю. Но не уверен, что мне вообще нужен защитник, Павел Михайлович.

– Зовите меня Павел. Мы ведь одного возраста – не так ли?

– Это сложный вопрос. Оставим его.

– Хорошо. Конечно. – Он откинулся на спинку, оставив на столе правую руку, и принялся методично постукивать ладонью, объясняя прописные, с его точки зрения, истины: – Уверяю вас, Илья, – защитник всегда нужен. Вот, например, знаете ли вы, что были задержаны на основании экспертного заключения, не авторизованного Союзным министерством юстиции?

– Нет, – я мотнул головой. – Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что могу добиться вашего освобождения в течение суток, в то время как государственный защитник еще даже и не соизволил с вами встретиться. И, уверяю вас, он, если вы не потребуете, еще долго тут не появится.

– Прекрасно. Догадывался о чем-то подобном. Но вы не ответили на мой вопрос – откуда такая забота?

– Да, извините. – Он покивал. – Виноват. Не представился. Вы ведь даже без очков. Я, видите ли, штатный адвокат крупной изоляционистской ассоциации. Как вы можете догадаться, у людей, входящих в нее, бесконечные проблемы с государством. Ну да вы, вероятно, и сами в курсе. Так что это моя прямая обязанность – защищать ее членов.

– А при чем тут я?

– Видите ли, Илья, мои клиенты – угнетаемое меньшинство в этом мире. Им приходится вести постоянную борьбу за свои права. А в таких условиях они стремятся использовать любые доступные ресурсы, привлекать любые таланты. Мы постоянно мониторим все действия властей в этом направлении, в том числе любое уголовное преследование по нашей теме. Так что факт вашего незаконного задержания сразу же стал нам известен. – Он с немного наигранной досадой покачал головой: – Извините, что среагировали с опозданием. Но, поверьте, теперь ваши проблемы закончились. Давайте оформим соглашение, и через пару часов вы уже будете на свободе.

– Прелестно!

Деловитое выражение на лице адвоката дернулось, глаза сузились, на мгновение передо мной очутился другой человек – немного усталый, серьезный, с очень внимательными холодными глазами.

– Э-э, – протянул он, вглядываясь в меня. – Не понял.

– Я тоже, – согласился с ним я. – Вы тратите свое время на совершенно постороннего вам человека. Зачем?

Павел откинулся на спинку своего стула. Его лицо опять изменилось – спокойное, деловое, как у дипломата на переговорах по разоружению.

– Я уже сказал, Илья, – мы заинтересованы в сотрудничестве с талантливыми людьми. Полагаем, что и вы, в сложившихся условиях, признаете, что работа с нами может быть выгодна для вас. Уже одна лишь юридическая защита – важный бонус. Но, уверяю, не единственный. Оказавшись на свободе, вы это быстро поймете, уверен. Многие мечтают о возможности работать под крылом весьма состоятельной и могущественной организации.

– Угу, – я кивнул. – Кажется, я начинаю понимать. – Адвокат вскинулся, собираясь перебить меня, но я его прервал, быстро добавив: – Есть, правда, один весьма существенный нюанс. – Я поднял руку, демонстрируя пустую ладонь. – Кажется, вы ошиблись адресом, Павел. Уверен, что у меня нет талантов, которые вы мне приписываете.

Адвокат широко улыбнулся.

– Напрасно вы так, Илья. Для нас все очевидно. Человек, который смог прожить значительную часть жизни без генетической регистрации, не говоря уже о разнообразных имплантах, – несомненный талант. И его опыт весьма важен для нас. Понимаете?

– Понимаю. Но вы оцениваете ситуацию, не владея некоторыми важными данными, – отсюда и ошибка в интерпретации.

– Так объяснитесь. – Павел смотрел так, что было ясно – он готов потратить остаток жизни, выслушивая своего клиента.

Но я им не был. И, разумеется, не собирался ничего объяснять. Хотя, надо было признать, опыт прожитых лет действительно чего-то стоил. Во всяком случае, стоил жизни тех людей и скелле, что погибли в результате столкновения разных человеческих культур. Я понимал, что меня покупали – бесцеремонно пользуясь обстоятельствами, вынуждали согласиться на туманные выгоды. Вот только те, кто стоял за этим ухоженным самоуверенным законником, ошиблись. Покинуть изолятор я мог самостоятельно, не пользуясь ничьей помощью. Вот что делать дальше – вопрос. И похоже, что скорее помощь или как минимум непротиводействие государства – вот что было мне на самом деле необходимо.

– Павел, давайте поступим так. Я скоро выйду. И, возможно, свяжусь с вами. Вы повторите свое предложение, но уже в новых обстоятельствах и, я надеюсь, с конкретными деталями. Согласитесь, это будет – если будет – гораздо более честная сделка, не так ли?

Адвокат некоторое время молчал, думал, потирая подбородок рукой и время от времени посматривая на меня.

– Я вас понимаю, – наконец произнес. – Но мне кажется, что вы ошибаетесь. Давайте-ка лучше поступим по-другому: я повторю свое предложение, ну, скажем, – он поднял к потолку глаза, – через неделю. И поверьте, мы не обманываем. Сделка в любом случае будет честной.

– Верю, – безразлично согласился я. – Давайте.

Павел завис. Он молчал, рассматривая меня. Было похоже, что он немного растерялся. Потом мотнул головой, не вставая со стула и не меняя позы, только оттопырил пальцы на руке, поглаживающей подбородок:

– Хорошо.

За спиной щелкнуло, затылка коснулся легкий сквозняк. Я молча поднялся и так же молча шагнул мимо равнодушного конвойного, оставляя позади молчаливого законника с его безусловно выгодным предложением.

Жвало был чем-то доволен. Его крупное лицо хмуро взирало на Володина с одной из стен служебного кабинета, но по прищуренным глазам, по тонким морщинкам в их уголках, по мелким бесятам, поблескивавшим в глубине, оперативник понимал, что грозы не будет.

Дважды переделанный генетический тест однозначно подтвердил – моложавый лысый мужчина с немосковским загаром, множеством мелких шрамиков и ссадин на руках, как если бы он регулярно использовал их для труда – не стучал по клавишам или месил воздух в Вирте, а резал, рубил, строгал, пилил, паял и варил неподатливый металл, – со следами искусно залеченного смертельного ранения и застарелыми штаммами бактериальной