Орден Кракена 5 - Дмитрий Ангор

Дворецкий, помедлив, дожидается меня, и следует за мной обратно.

— Альфред, попроси слуг принести в зал ящик из-под стола в моем кабинете, пожалуйста, — прошу его, подходя к двери.

— Конечно, сейчас же сделаю, — отвечает дворецкий, часто моргая. — Кстати, Нормана я тоже вызвал. Он уже расставляет закуски и чайные приборы. Как я понял, вы его ждали.

— Все верно, Альфред, молодец! — хвалю его за оперативность и, открыв дверь, вхожу в коридор.

Дворецкий ускоряется, и обгоняет меня, чтобы выполнить указания. А я прикидываю про себя, направляясь к залу: «Рад встрече с этим картографом, и надеюсь, что он прибыл не с пустыми руками. В противном случае, наверное, он не приехал бы. Салазар, как я понял из нашего недавнего общения, оказался достойным человеком. Он стар, и давно отошел от дел, но все еще привязан к этому месту. И хотя Салазар не хочет покидать эти края, он отправил свою внучку и ее мужа в безопасное место. Это разумное решение. Зачем подвергать их жизни опасности? У нас тут и зомби бродят, и горгульи летают, а от правления шести лордов простым людям добра ждать не приходится.»

Войдя в зал, сразу замечаю за столом седовласого голубоглазого Салазара, с большой папкой в руках. Рядом с ним Норман разливает чай по чашкам.

— Барон Кракен! — первым обращается ко мне картограф. — Как видите, не зря я сохранил у себя устаревшие и древние карты.

— Здравствуй, Салазар. Давай перейдем на «ты». Как твое самочувствие?

— Спасибо, не жалуюсь. Но старость все же не радость: кости постоянно болят, вены вздуваются, и голова кругом идет, — отвечает он душевным голосом.

— Ничего, у меня есть для тебя небольшой подарок. Сейчас мои слуги его принесут, — улыбаюсь ему, садясь рядом.

— Мне бы лучше золото, как мы договаривались, хе-хе, — хохочет старик.

— И золото тоже будет, — заверяю его и достаю из хранилища подготовленные заранее сундучки. — Вот твои десять тысяч золотых, как ты просил.

— Замечательно! Ведь мне пришлось перерыть весь дом, чтобы найти карты. Некоторые пришлось даже добывать через знакомых, которые до сих пор работают и имеют доступ к старым архивам. Пришлось им немало заплатить за это, — продолжает старик.

— А как ты умудрился достать те карты, что у тебя были? — интересуюсь у него.

— Очень просто, — прищуривает он хитро глаза. — Тебе повезло, что я увлечен своим делом. Эти старинные карты не такие уж и старинные. Я нанимал профессиональных художников, чтобы они создали идеальные копии с оригиналов. Таким образом, у меня есть доступ к информации, которую сложно получить даже в городских архивах.

— Ну, а помимо карт, чертежи сооружений тоже имеются? — уточняю у него.

— Конечно, чертежей у меня предостаточно, — кладет он папку на стол, отодвигая от себя кружку. — Сейчас все увидишь.

Едва он это произносит, как слуги вносят в зал деревянный ящик, и старик удивленно косится на него.

— Что там такое? Я ведь его не утащу, — говорит он.

— Это мой подарок за твою работу, — поясняю ему. — Внутри полно сушеных трав на все случаи жизни. Будешь заваривать себе чай от бессонницы, ревматизма, и прочего.

— Думаешь, это поможет мне избавиться от моих болячек? — Салазар дрожащей рукой поглаживает свой гладко выбритый подбородок.

— Уверен в этом, ведь эти травы очень мощные и редкие, не то, что продают на рынках. Их заготавливал профессионал по правильной технологии, — отвечаю ему.

— Что ж, спасибо, Джон. С тобой оказывается можно иметь дело. Когда я встретился с тобой в первый раз, подумал: какой странный любопытный тип, желающий узнать больше о прошлом, — заявляет он и, прокашлявшись, просит слуг отнести ящик в его карету.

Я же, с нетерпением, раскрываю папку и разворачиваю карты со множеством пометок. Из папки также выпадают листы с зарисовками объектов, построенных веками ранее.

— Интересно, — вырывается у меня, и мои глаза жадно изучают каждую деталь.

Старик, наблюдая за мной, улыбается и отодвигается подальше. Отдалившись от карт, он берет кружку в руки и отхлебывает чай. Но я, уже словно перестаю слышать все вокруг. Мой мозг активно работает, впитывая в себя всё увиденное. Чем дальше я ворочаю карты и перебираю чертежи, тем больше погружаюсь в свои мысли.

Так-так-так… Что же мы имеем? Черты строительства зданий прошлых веков значительно отличаются от почерка современных строителей. Кхм… с одной стороны, это неудивительно, но древние сооружения выглядят объемнее, продуманнее, и гораздо весомее по затраченным ресурсам. Это сразу бросается в глаза, несмотря на то, что современное развитие должно было шагнуть далеко вперед. И, кажется, я знаю, с чем можно связать такие различия. Ведь когда-то Изнанка была открыта в этом мире, а значит, и люди, благодаря этому, рождались сильнее. Все должно было процветать, а сейчас всё идет на убыль из-за её долгого закрытия. Эх, нужно больше энергии, чтобы разобраться с этим.

Подумав об этом, перевожу взгляд на картографа и, облокотившись о стул, интересуюсь:

— У тебя здесь не все отмечено, Салазар. Какие из древних построек уцелели? Вижу, конечно, катакомбы, сохранившиеся с давних времен, какие-то руины в горах. Но, может быть, поблизости от нас осталось что-то интересное?

— Разумеется, но я не стал отмечать эти опасные места, — отвечает мне Салазар, поправляя очки на лице.

— Расскажи поподробнее, что ты имеешь в виду, — прошу его, и с любопытством готовлюсь слушать.

Картограф, сложив руки на животе, начинает свой рассказ издалека. Оказывается, что в давние дни в Мальзаире, как и во многих других городах, существовали Гильдии исследователей. Они занимались зачистками и сбором ценностей именно в таких уцелевших местах. Но часто в заброшенных, и некогда величественных зданиях, находились древние алтари, которые до сих пор подпитывают всевозможных жутких тварей. Исследователям такая работа с каждым разом становилась всё менее привлекательной. Мало того, что платили им меньше, чем авантюристам, так как заброшенные места и руины особой материальной выгоды не приносили, да и работа была значительно опаснее. Вскоре Гильдию исследователей закрыли, а в такие злосчастные и забытые постройки больше никто не совался.

Узнав об этом, я смотрю прямо в глаза картографу и говорю:

— Интересные же ты вещи мне поведал, Салазар, но так и не назвал подобные места поблизости от нас.

Он начинает перечислять и показывать