Темный охотник #7 - Андрей Розальев

— Я не причиню тебя вреда.

Грифон по-собачьи склонил голову набок, явно удивляясь такому развитию событий, но потом всё же угрожающе щёлкнул клювом. Короче говоря, зверь сам не понимал, что ему сейчас стоит думать.

Вроде бы интересно, а вроде бы и тревожно как-то.

Ну а я продолжал приближаться, держа руки на виду.

— Спокойно, — произнёс я скорее больше для самого себя. — Спокойно. Просто поговорим.

Чёрт его знает, насколько точно передавала интонация мои намерения, но грифон пока не реагировал никак, и я смог подойти достаточно близко.

— Спокойно, — в очередной раз повторил я. — Спокойно.

И протянул грифону руку. И вновь он повёл себя, как огромный алмазный пёс с крыльями — вытянул шею и принюхался ко мне. Дыхание… ладонью я ощутил дыхание существа, которое буквально состояло из алмазов.

Удивительно, но оно было горячим.

— Не ссы, Капустин, — прошептал я.

И чу-у-у-у-ууть-чуть потянулся рукой вперёд. А затем ещё чуть-чуть. И ещё. Если вдруг зверь не хотел, чтобы его касались, ему была доступна такая опция. Просто отодвинься, да и всё.

Однако грифон позволил себя тронуть.

В момент прикосновения я тут же наладил ментальную связь. Эдакое примитивное общение при помощи даже не мыслеформ, а простых побуждений, но с перспективой на нечто большее. И первое, что я сделал, так это пригласил грифона посетить Океан. При этом постарался передать, что в мотивах моих нет ничего дурного.

Согласился.

Ништяк.

Закрыв глаза, я перенёсся на берег Океана. Грифон уже был тут, и мы с ним стояли в той же самой позе, что и наяву.

— Не бойся, — на всякий случай сказал я и теперь-то до грифона мог дойти настоящий смысл моих слов. — Это место, где души могут свободно общаться. Здесь мы можем поговорить.

— Ты Охотник, — первым же делом сказал грифон.

Не спросил, а констатировал.

Голос… как бы его описать? Глубокий и мужественный, но при этом приятно так звенящий, будто тибетская поющая чаша или этот… как его? Глюкофон!

— Почему ты не убил меня сразу, Охотник? — спросил грифон. — Зачем приглашать меня туда, куда ты мог бы затащить меня силой?

Ну что ж…

Сразу к делу, да? Без расшаркиваний.

— Меня зовут Артемис, — сказал я, улыбнувшись и присаживаясь на песок. — И, несмотря на то, что я Охотник, я пришёл не убивать. Я пришёл предложить тебе… альтернативу.

Грифон явно напрягся. Однако любопытство… ведь именно из-за любопытства он и направился сюда вслед за мной, верно? Так с чего бы ему вдруг взять и свернуть этот интересный разговор?

— Альтернативу? — зверь как будто бы покатал слово на языке. — Альтернатива. Но какую же альтернативу может предложить Охотник существу вроде меня?

— Жизнь, — просто ответил я. — Новую жизнь, полную смысла, событий и новых возможностей…

Ну а дальше я рассказал грифону о своём плане. Не вдаваясь в лишние подробности, я объяснил, что собираюсь сделать могущественный артефакт, уникальный и единственный в своём роде.

А потом перешёл к главному:

— И твоя душа может стать частью этого артефакта.

— Погоди-погоди, — совсем по-человечьи нахмурился грифон, и в голосе прозвучало явное возмущение. — Ты что, предлагаешь мне стать… вещью? Прости, Артемис, но это оскорбление не только для меня, но и для любого другого разумного существа!

— Нет-нет, — улыбнулся я. — Ты неправильно понял. Ты станешь не вещью. Ты станешь душой артефакта, самим его естеством. И поверь, пылиться в арсенале тебе не придётся. Впереди назревает что-то очень интересное, и я предлагаю тебе поучаствовать в этом. Даже не посмотреть в первых рядах, а именно поучаствовать.

Кажется, воображение грифона уже разыгралось. Ну а я с радостью накинул ему подробностей:

— Ты будешь защищать великую воительницу и мать одного из удивительнейших детей, что когда-либо рождались в этой Вселенной. Тебе придётся лично поучаствовать в событиях, которые изменят судьбы целых миров. Согласись, просто «вещь» ничего не решает, а вот тебе, если согласишься, придётся решить очень многое… И самое главное: если ты не согласишься — ничего не будет. Я не могу тебя заставить, мне нужен исключительно доброволец.

Для проформы грифон хмыкнул. Однако огонёк азарта зажёгся в алмазных глазах.

— Расскажи побольше о женщине, которой ты предлагаешь служить.

Что ж…

Признаться, я и сам её не знаю. Так что пришлось вывалить всё то, что рассказала мне Тёмная. О способностях тёмного целителя, о борьбе с силами зла, о беременности от Великого Охотника. Ну и о питомце-драконе упомянул.

Последнее отозвалось у грифона сильнее всего. Кажется, у него от такой новости смешались чувства. Во-первых, он явно проникся к Кате уважением за то, что та смогла приручить зверя такой… м-м-м… категории. Ну а во-вторых, ещё не согласившись, грифон уже мысленно начал соперничать с драконом.

И это хорошо.

Это, блин, прекрасно. Спортивный интерес — это именно то, чем можно соблазнить существо, которое чхать хотело на материальные блага и почести со стороны двуногих макак.

— Допустим, — прищурился грифон.

А потом тряхнул крыльями. Чёрт… мне на секунду показалось, что перья при этом издали что-то типа мелодии, но нет. Просто приятное такое, мелодичное позвякивание.

— Допустим, — повторил он ещё раз и тут я понял, что половина дела уже сделана. — А этот артефакт? Он будет достоин алмазного грифона?

— Более чем, — ухмыльнулся я. — Это будет броня. Кираса, сделанная из мифрила. Ты же знаешь, что такое мифрил?

Как я дошёл до этой мысли? Тёмная правильно догадалась, к кому обратиться. Чтобы понять, что оценит Охотник, надо мыслить, как Охотник. А для нас высшая цель — защита человечества. И коль скоро это самое человечество обрело для моего брата конкретный образ любимой женщины, то очевидно, её защита для него — первоочередная задача. А судя по рассказам Тёмной, эта Катя — та ещё егоза, и на месте ей не сидится. Как вот моя Аня… кхм… ладно. В общем, что первое я сделал? Защитный артефакт. Наверняка брат Сандр мыслит схожим образом, но, как заверила меня Тёмная, вот такого — одушевлённой мифриловой брони — у Кати точно нет. Точнее, в том мире такого вообще нет ни у кого.

А почему именно грифон? Всё очень просто. Иммунитет к любой магии света, включая всякий там Святой.