Невеста мёртвого царя - Ева Рэйн

- Царь Кощей? – дружелюбно спросила я, чуть склонив голову в приветственном кивке.

- Он самый, красна девица. Только не с тобой я говорить пришел. Сына моего позови, да поскорее.

Не приукрашивая можно сказать, что от таких новостей у меня челюсть отпала. Обернувшись, я уставилась на Баюна, который все-таки принял человеческий облик и как раз натягивал рубаху, готовясь к нежеланной встрече. Подумалось – насколько же это неудобно, каждый раз переодеваться до и после превращения. Вечно я думала не о том, видимо, потому и жизнь моя так глупо складывалась.

- Что ж ты все возишься, аки красна девица… сюда поди, непутевый. Сколько лет к отцу не заглядывал, нос воротил, а ведь у самого рыльце в пуху.

Баюн, как раз появившийся в дверях, заскрипел зубами. Видно было, что он с трудом держит себя в руках.

Едва сдерживая ярость, Баюн с ненавистью посмотрел Кощею в глаза.

- По себе других не суди. Я раз ошибся, а у тебя в привычку людям вредить вошло. Никак похоть свою сдержать не мог. Мать сгубил, душа не болела – все по бабам бегал. Может, и отец ты мне, да только я твоим сыном быть не хочу.

Кощей опешил, не зная даже, что ответить на такую дерзость. Только глаза сверкали и борода гневно трепетала на ветру.

- А давайте спокойно поговорим? Или чаю попьем? По-семейному… – встряла я, поняв, что вот-вот разразится скандал.

Кощей, быстро взглянув на меня, тут же отвел глаза.

- Ну, коли сама Вечёрка просит… пожалуйте в гости. Эй, избушка, следуй за мной!

Мужчина свистнул и перед ним появился костяной конь в драгоценной сбруе. Мертвое животное грызло удила, выдыхая черный дым и помахивало таким же дымным хвостом. Запрыгнув в седло, Кощей двинулся вперед.

- И зачем влезла, несмышленая? Надо было дверь закрыть, да ехать дальше, а ты… - Баюн обреченно махнул рукой.

- Не у всех такая роскошь есть, как отец, который общаться хочет. Что имеем - не храним, ага? – огрызнулась я, сердито взглянув на него.

Через некоторое время подъехали к терему. Огромный, с высокими башенками, он идеально вписывался в мертвый пейзаж – был таким же роскошным, золотым и… пустым. Несмотря на идеальную архитектуру, ничто в этом строении не трогало сердце, и выглядело оно как экспонат в музее – посмотрел и забыл.

Выйдя из избушки, мы последовали вслед за отцом Баюна внутрь дома. Оказавшись в просторной комнате, я разочарованно покачала головой – да как тут вообще можно жить? Все, абсолютно все вокруг – снова из золота и драгоценных камней. Какой-то сейф, а не семейное гнездышко. Еще и трогать ничего нельзя – понятно почему у Кощея никак не выходило жениться. Сам на лицо не очень, в обращении груб, дом как склеп. Фе.

- Эй, безымянный. Стол нам накрой. Гости есть-пить желают. Меды давай хмельные, икру черную, и чего там еще бывшие цари едят.

Баюн, услышав про бывших царей, снова скрипнул зубами. Я миролюбиво потрепала его по плечу и села за стол. Невесть откуда налетел легкий ветерок, и на сверкающей золотой скатерти появилось множество изысканных блюд. Хм… это точно не самобранка, видимо, какое-то другое чудо.

- Это что, осетр? – я ткнула пальцем в сторону блюда с огромной печеной рыбиной.

- Ага. Он самый. – Баюн, сев рядом, с тоскливым видом барабанил пальцами по столу.

Кощей украдкой разглядывал сына, но никак не мог придумать, что сказать дальше. В гробовом молчании я подтянула к себе блюдо и положила в мисочку кусок осетра. Осторожно понюхала и поковыряла рыбу, но к счастью, все было в порядке. Никакого золота или бриллиантов, об которые можно сломать зуб.С аппетитом приступив к еде, не забыла угостить Мусия. Кощей смотрел на ивника с большим интересом, но сам к еде даже не прикасался.

Неожиданно я поперхнулась, с трудом проглотила пищу и замерла. Боль, ледяная и тягучая, расползалась в груди. Я пыталась вспомнить, давно ли пила целебную воду, но не могла. Мысли путались, даже дышать удавалось с трудом. Захрипев, я потянулась к Баюну слабеющей рукой, но тут же потеряла сознание.

- Ада! Приди в себя!

Голос Баюна совсем рядом. Он зовет и надо проснуться, но мне так тепло и спокойно… ничего не хочу. Ай… зачем так сильно меня тормошить?

Я с трудом разлепила веки и недоуменно моргнула. Все лицо и перед сарафана залиты водой, я лежу на руках у Баюна, рядом стоит напряженный, испуганный Кощей. В груди все еще болит, глухо и тяжело.

- Открой рот, пей! – приказал Баюн, подставляя к моим губам знакомую фляжку.

Я покорно сделала несколько глотков. Боль отступила, сменившись привычной тяжестью. Странно… раньше вода действовала куда лучше.

- Погоди-ка. Добавь это. – Кощей, полоснув себя по пальцу ножом, накапал в горлышко фляжки немного своей крови.

Фу. Гадость какая. Почему опять кровь? Я не хотела пить, но Баюн настоял, видя, что я еще совсем слаба и с трудом дышу. Как ни странно, кровь Кощея сработала – тяжесть пропала, но теперь я поняла, что скоро она вернется… и приведет с собой боль.

- Что с ней? – усадив меня обратно за стол, Кощей с тревогой взглянул на сына.

Бледный, уставший Баюн неопределенно пожал плечами.

- Да сказывайте, как есть! Сам же знаешь, что помочь могу!

- А нечего там сказывать. Пока судьбу свою не исполню – будет моя душа таять. И как истает совсем – пропаду навсегда. Вот мы и едем к Лиху, но чутка опаздываем уже, судя по всему.

- К Лиху? Зачем?!

Я только руками развела.

- Судьба такая.

- Злая у тебя судьба, девица. Чего сразу не сказали, отпустил бы да не препятствовал… - Кощей помрачнел, сердито взглянув на нас обоих.

- Так, а Вы не в курсе? – усмехнулась