Жизнеописание. Избранные письма - Герхард Терстеген

на служе-ние Богу и ближнему. Одна благочестивая дама, как-то раз пришедшая к нему, увидела, что его лицо сплошь покрыто мелкими каплями пота. На вопрос, что с ним, Терстеген ответил: «Я совсем ослаб. Было много посе-тителей, затем много писал, вот ещё шесть писем лежат неотвеченными». Дама из сочувствия хотела удалить-ся, чтобы дать ему хоть немного покоя, но Терстеген не отпустил её и с улыбкой сказал: «Нет-нет, оставайтесь, пожалуйста! Не нужно меня щадить. Никакого покоя!» И, заметив, что его собеседница весьма опечалилась, он поднялся, стал ходить по комнате и радостным голосом пропел несколько духовных стихов, желая подбодрить этим себя и её; затем он продолжил разговор с нею. Из сего ясно видно, что помогать людям воистину было его родной стихией.

беспокойств и опасностей, причиняемых войною. Но вокруг меня много людей, и они весьма бы опечалились, если б я уехал, ибо не все ведь могут покинуть город». См.: van Andel. S. 60–64.

115

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

Обращение с людьми мира сего

С людьми мира сего Терстеген без нужды не сообщался. Если же ему приходилось быть в их среде, то он вёл себя так, что возбуждал к себе величайшее почтение; само его присут-ствие назидало окружающих. Один живущий неподалёку от него трактирщик рассказывал: «Проходя мимо дома Тер-стегена, я всякий раз ощущал некое благоговение; а когда я вспоминаю его самого, то испытываю такие же чувства, как будто я побывал в церкви». Подобное впечатление о нём соз-давалось, помимо собственно духовных даров, кои ни от кого не могли быть сокрыты, во многом и благодаря его добро- сердечному и открытому обхождению с каждым челове-ком. Впрочем, Терстеген, попав в общество мирских людей, предпочитал молчать; но, когда предоставлялась возмож-ность сказать нравоучительное слово, он не упускал сего.

Вот один из таких случаев. Путешествуя однажды в Голландию и остановившись на постоялом дворе, Терсте-ген застал там большую компанию знатных лиц и богатых торговцев. Он сел в углу и, прислонившись головой к стене, сделал вид, что задремал. Между тем присутствующие, на-говорившись друг с другом на разные темы, захотели играть в карты. Тут Терстеген открыл глаза и произнёс: «У меня есть с собой прекрасные карты» — и, в ответ на желание увидеть оные, вынул из кармана Новый Завет. Тогда всё общество, крайне удивившись, вопросило, не повредился ли он умом. На это Терстеген ответил: «А вы, друзья, нормаль-ны ли?» — и пересказал им все их суетные и никчёмные раз-говоры, коими они занимали себя продолжительное время. После сего он, используя слова и выражения из их же речей, стал убеждать их, как неразумно они поступают, тратя столь драгоценное время на такие бессмысленные вещи. Некото-

116

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

рые не могли не согласиться с ним; остальные, по меньшей мере, призадумались; игра в карты не состоялась.

Отношение к внешней церковности

Как наш Терстеген относился к употреблению внеш-них благодатных средств, можно с достаточной полнотой усмотреть из 97-го письма в сборнике его нидерландских писем53. Он высоко ценил все добрые руководства к Богу и к Иисусу, но предостерегал от неверного и неразумного использования оных. Всякие обвинения, что он отвраща-ет людей от церкви и от причащения, безосновательны; никто из знавших его никогда не слышал от него ничего подобного. Он предоставлял каждому полную свободу поступать так, как тот находит лучшим пред Богом. Если кто-то сомневался, как ему быть, и спрашивал Терстеге-на, то после тщательного исследования дела получал от него не более чем совет. Приведём пример. Одному дру-гу, чувствующему в себе препятствия к участию в Таин-стве Алтаря54 и тем не менее понуждаемому пастором к причащению, Терстеген, после испытания его духовного состояния, порекомендовал: «Пойди к своему пастору и скажи ему: “Ваше преподобие! я прошу вас оказать мне милость и дать моей совести свободу самому решать, при-ступать мне к Таинству или нет; сейчас я не готов к это-му. Если же вы не соизволите на сие, то я поступлю, как вы повелите”». Пастор, увидев такое смирение, с любовью пошёл ему навстречу. — Тех, кто затруднялся определить 53 См. наст. изд., письмо 111.

54 Об отношении Терстегена к особенностям причащения в Реформатской Церкви см. подробные объяснения в примеч. 5 к уже упоминавшемуся письму 110.

117

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

меру своего участия в церковных чинах, Терстеген предо-ставлял самим себе, настаивая только на том, чтобы они не шли против совести, ибо, напоминал он, всё, что не по вере, грех (Рим. 14:23).

Отношение к брачному состоянию

Некоторые считают, что Терстеген отвергал брачное со-стояние; но это также совершенно безосновательно. Мно-гим он, сообразуясь с их устроением, прямо рекомендовал вступать в брак, не говоря уже о том, что со многими хри-стианами, живущими в супружестве, его связывали узы самой близкой и доброй дружбы. Для себя самого он дей-ствительно предпочёл безбрачие, поскольку полагал, что в таковом состоянии он лучше может любить Бога и служить ближним, чем будучи обременённым заботами о жене и де-тях. Что именно он думал о браке, можно подробно узнать из его писем; особенно обстоятельны в этом отношении 112-е письмо из четвёртой и 4-е письмо из первой части его не-мецких писем55.

Предсмертная болезнь и блаженная кончина

Мы подходим к концу нашего повествования. Вся жизнь Терстегена по внешнему человеку была исполнена болез-ней, немощей, страданий и скорбей. Его тело было настоль-ко ослаблено недугами, что нередко он выглядел как уже умерший. Тем более удивительны его неустанные труды, кои неизменно продолжались вплоть до смерти; из сего ясно усматривается, что Бог особым образом поддерживал его и

55 См. наст. изд., письма 118 и 119.

118

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

вопреки всему порядку естества даровал ему долгие годы жизни, дабы сей Его избранный сосуд мог преизобильно воз-вещать имя Божие пред многими людьми (Деян. 9:15). Что касается его внутренней жизни, сокровенной со Христом в Боге (Кол. 3:3); его духовного бдения, борений и молитв; тяжких бремён, какие он нёс в обращении с ближними, — то здесь мало что можно сказать, поскольку наш друг почти не давал о том знать.

Его последней болезнью была, судя по всему, водянка лёгких. Обнаружилась она в конце марта 1769 года и при-чиняла ему сильные боли и стеснение в груди. 30 марта он внешне крайне ослабел, внутренне же пребывал во многой любви к Богу и всецелом предании себя в Его всемилости-вую волю. 31-го числа в час дня последовал удар, вызвав-ший судороги всех членов тела. От сего часа началось