Покажи мне космос - Лина Каптейн

— Нет, — говорю я себе под нос.

— Если ты правда хочешь перестать бояться, надо действовать по-другому.

— И как же?

— Вы там опять ругаетесь? — кричит Настя, отвлекая нас от разговора. — Лучше поглядите, какая тут красота!

Я замечаю, что ее серые глаза светятся счастьем. Дана со Златой тоже выглядят радостными, фотографируя открывающиеся с площадки виды.

Однако улыбка на губах последней меркнет, когда она оборачивается на меня с Филиппом.

— Да, идите сюда! — вторит своей девушке Костя. — А то не успеете ничего снять. Мы скоро пойдем на следующий подъемник.

Когда, поддавшись на уговоры, я и Филипп подходим ближе, он вдруг произносит:

— Рита не очень хорошо себя чувствует. Думаю, ей не стоит подниматься выше.

Глава 38

Взгляды ребят немедленно обращаются ко мне. И почти у всех они полны жалости, а я терпеть не могу жалость. От нее хочется провалиться под землю. Проще перетерпеть, стиснув зубы, и самой решить свои проблемы, чем вынести подобное.

Филипп, ну зачем?

— Что ты такое говоришь? — тихо произношу я. Надеюсь, никто, кроме него, не слышит.

— Правду, — шепотом отвечает он. — Ты бледная как полотно. Еще и продолжаешь дрожать.

— Тут просто ветер.

Я поплотнее укутываюсь в джинсовую куртку.

— Рит, у тебя действительно какой-то нездоровый цвет лица, — беспокоится Настя.

— Это может быть горная болезнь, — высказывает мнение Дана. — У разных людей она начинается на разной высоте.

— Тогда, наверное, тебе лучше спуститься, — предлагает Костя.

И они туда же…

Только Злата молчит, скорчив постную мину, которая за последние дни стала привычной.

— Не переживайте так, — произношу я, пытаясь убедить ребят, что ситуация под контролем. — Просто я в первый раз в горах. Нужно немного времени, чтобы освоиться.

Я слегка улыбаюсь и делаю шаг к смотровой площадке, но чья-то рука касается локтя, пытаясь остановить.

Конечно же, это Филипп. И почему он постоянно вмешивается?

Мое состояние — мое личное дело.

— Костя прав, — твердо произносит он. — Давай не будем рисковать, и ты вернешься вниз.

— Да, Рит, — вторит ему Настя.

Остальные кивают, и я понимаю, что эту битву мне не выиграть. Они все согласны с Филиппом. Кажется, придется сдаться, хотя внутренне нелегко пойти на такой шаг.

Уступить сейчас — значит уступить страху. Но один в поле не воин, и я наконец произношу:

— Хорошо. Я скоро спущусь.

— Только надо, чтобы кто-то спустился с тобой, — говорит Дана. — Мы не можем оставить тебя одну.

— Я это сделаю, — произносит Филипп, в очередной раз вызывая у меня недоумение. — А вы поднимайтесь на пик, как планировали.

— Ну, тогда я спокойна, — с облегчением выдыхает Настя.

— И я, — кивает ее парень. — Не волнуйся, Рит. С Филом ты в надежных руках.

— Мы постараемся сильно не задерживаться на вершине, — уверяет нас Дана.

А вот Злата продолжает играть в молчанку. Сейчас она выглядит мрачнее тучи — от безоблачного настроения не осталось и следа. Но, кажется, никто ничего не замечает, кроме меня.

— Тогда мы пошли, — говорит Костя. — И вы не тормозите.

— Встретимся внизу! — машет рукой Настя, после чего они с девочками направляются ко входу на второй подъемник.

Однако в последний момент Злата бросает в мою сторону взгляд, от которого мороз идет по коже. Думаю, она могла бы столкнуть меня со скалы, если бы знала, что за это ничего не будет.

Желудок делает кульбит, и становится еще больше не по себе.

Да, мы не подруги. Мало общаемся и, скорее, терпим друг друга. Но я ничего не сделала филологической деве, чтобы она так взъелась.

— Нам тоже пора. Пошли на посадку, — голос Филиппа вырывает меня из мыслей.

— Подожди, надзиратель мой, — говорю я. — Сначала посмотрю на долину. Хоть одним глазком. Иначе ради чего я мучилась?

— О'кей. Но не подходи близко, — предупреждает он, а затем добавляет после короткой паузы: — И я не надзиратель.

— А кто же ты?

— Мне больше нравится слово помощник.

— Да, точно. Как я могла забыть! — Я картинно хлопаю себя по лбу. — Кстати, если правда хочешь помочь, научи не бояться высоты. Ты обещал.

— Конечно, — соглашается Филипп. Однако от следующей его фразы мои брови взлетают до небес: — Во-первых, нужно выйти из зоны комфорта.

— А я разве не вышла?

— Вышла, но слишком резко. Нужно действовать постепенно. Давай начнем со смотровой площадки, раз уж мы здесь. На всякий случай буду держать тебя за руку.

— О'кей, — нехотя соглашаюсь я, взвесив все за и против.

В иной ситуации не пошла бы на это, но отправиться к неогороженному обрыву самой еще хуже. Вдруг нога случайно поскользнется?

Филипп протягивает руку, и я после небольшой заминки вкладываю в нее свою. Его ладонь обжигает, но мне по неизвестной причине становится спокойнее.

Я словно нахожу точку опоры, в которой нуждалась, и уже более уверенно шагаю вперед.

Сейчас смотровая площадка практически пуста. Многие туристы ушли, поэтому никто не заслоняет собой вид.

Когда мы подходим к краю, оказывается, что за ним скрывается вовсе не пропасть, а пологий склон, поросший травой.

Короткая лесенка ведет от площадки к вертодрому — асфальтированному квадрату с нарисованной буквой «Н». Чуть дальше обнаруживается еще несколько строений, и уже после начинается долина реки.

Над нами продолжают возвышаться горные вершины. Отсюда они кажутся обманчиво близкими. Хочется протянуть руку и коснуться скал. Но умом я понимаю, что это невозможно, ведь нас разделяют многие километры.

Остается любоваться заснеженными пиками и лесом в низине, на который облака отбрасывают синие тени.

Умопомрачительная красота!

— Во-вторых, обрати внимание на дыхание, — продолжает Филипп. — Сделай глубокий вдох через нос, а выдох — через рот. Медленно.

Послушавшись его, я набираю полные легкие горного воздуха и чувствую прилив сил. Они постепенно возвращаются после того, как покинули меня на подъемнике.

— Ну? Стало легче? — интересуется Филипп.

Глава 39

— Ну? Стало легче? — интересуется Филипп.

— Да, — честно отвечаю я.

Он слегка улыбается и чуть крепче сжимает мою руку.

— Еще боишься?

— Уже нет.

Возможно, это потому что Филипп рядом и я продолжаю чувствовать тепло его ладони. Одной мне точно было бы не по себе. Но с ним как-то проще, легче, спокойнее.

— Хорошо. Только не беги сразу фотографироваться на качелях над пропастью.

Он указывает на украшенную цветами арку, к которой действительно прикреплены качели. Я вспоминаю, что видела у блогеров фото, сделанные здесь.

— Пожалуй, воздержусь, — смеюсь я. — И на подвесной мост