Сорока и Чайник - Артём Скороходов

Зюйд вынул изо рта плюгавого изжеванную тряпку.

— Лео! — сразу запричитал тот. — Хорошо, что ты пришел! Это ошибка! Этот салага мне несет какую-то чушь! Лео! Выслушай!

— Хорошо, Корявый, я тебя очень внимательно слушаю, — немного наклонился к нему Леонард.

— Это же я! Ты чего? Я ничего такого! Я же всегда за тебя! Я не мог!

Младший Зюйд подошел к Сороке, прислонился к стене и закурил.

— Насчет твоего брата, — тихо сказал Фёдор. — Мне очень жаль.

Младший уставился в пол и сжал кулаки.

— Как он умер? — почти шепотом спросил он.

— Он дрался до последнего.

Младший кивнул и отвернулся.

— Лео, какого черта! Это не я! — продолжил причитать Корявый.

— Только ты и Борей знали, когда и куда придет груз.

— Это Борей! Кто же еще⁈ Мне он никогда не нравился! Борей — крыса! Он хотел всё прикарманить себе!

Леонард расстроенно покачал головой. Аккуратно, даже с некоторой заботой, засунул ему в рот кляп.

— Подержите его руку, — спокойно сказал он Зюйду и Фёдору, потом достал маленькую гильотинку для сигар.

Фёдор стал помогать. Ладонь, которую они держали вместе с младшим, дрожала и сжималась. От Корявого невыносимо несло потом и луком. Лео засунул дергающийся мизинец на этой руке в гильотинку.

— Не будешь говорить правду? Уверен? — после чего с силой ударил по гильотинке. Корявый завыл. — Продолжаем? Давай следующий пальчик.

Корявый задергался и закивал, Младший вынул кляп.

— Не надо! Не надо! Я всё скажу! Это Нахталь! Тварь резиновая! Это всё он!

— Это который Нахталь? — с интересом спросил Леонард. — Из кальмарьей забегаловки в Карьерах? Бармен?

— Да! Он! Он у резинок за главного! Хватит, ребята! Я же свой!

— Вот и хорошо, Корявый, — улыбнулся Леонард. — Хорошо, что ты набрался храбрости и рассказал правду. Младший, узнай у него все подробности. А мы пойдем на крылечке подышим свежим воздухом. Тут слишком несёт крысятиной.

Леонард отошел к двери и тихо сказал младшему:

— Как закончишь, прокати его на баркасе по заливу.

Зюйд оскалился.

— Лео, ты куда⁈ Ты чего⁈ Лео! — испуганно воскликнул Корявый.

Его дальнейшие слова прервал кляп, заботливо вставленный крепкой рукой.

* * *

Дверь в кафе «Фахтангатоль» с треском распахнулась. В забегаловку вломилось несколько парней, вооруженных дубинками и металлическими прутьями. Кальмары, что сидели за столиками, сразу вскочили и бросились наружу в другую дверь. Люди им не препятствовали. К барной стойке подошел младший Зюйд. Кальмар-бармен прижался к полке с бутылками и попытался сползти куда-то вниз.

— Ну что, пирожок с морепродуктами, расскажи, будь любезен, где же мой старый друг… как его звали? — Зюйд повернулся к Фёдору.

— «Нахталь пятьдесят второй», — подсказал Умник.

— Нахталь пятьдесят второй.

— Вот, точно. Ну что, лупоглазик, где же этот Нахталь?

Кальмар за стойкой указал тремя трясущимися щупальцами в сторону двери на кухню. Сопротивления никто не оказывал, повара и официанты тряслись, булькали и пытались забиться в углы. От пинка распахнулась очередная дверь, и на парней накинулись пара осьминогов, которых тут же успокоили дубинками. В дальней комнате, на диване, лежал осьминог в плохом состоянии. По блеклым оттенкам можно было понять, что он болен, пары щупалец не было, а вместо них были намотаны тряпки, заляпанные голубой кровью.

— Этот что ли Нахталь? — спросил младший, подходя к раненому. — Сорока, это он?

— А я почем знаю, — ответил Фёдор и встал рядом. — Они все на одну рожу.

Раненый слабо шевелил щупальцами и булькал какой-то речитатив, похожий на молитву. На людей, что стояли над ним, он не обращал внимания.

— Эй, резинка, — рука младшего пошлепала по мягкой голове осьминога, — сконцентрируйся. На меня смотри.

— Фахтанг пофтафн фафн. Фаф мифтахн гасп. Фаф тифан котафар…

Фёдор смотрел, как пульсировали горизонтальные зрачки головоногого.

— Глухо, — разочарованно заявил Зюйд. — Похоже, он по-человечьи не понимает.

— Мы осьминоги, — тихо сказал Фёдор. — Мы львы, мы касатки. Тигры и волки. Мы великие воины и господа. Хищники. Ты всё еще хищник? Или теперь тебе страшно, резиновый? Теперь ты ешь только водоросли?

Осьминог замолчал и уставился на Сороку.

— Мы упустили Смерть. Мы упустили Вечно Голодного, — сказал головоногий без малейшего акцента. — И мы все теперь мертвы. Ты тоже мертв, обезьяна. Тебе вскроют лысую голову и заберут твою душу. Ты мертв обезьяна. Привыкни к этой мысли.

— О! — воскликнул Зюйд. — Заговорил по-нормальному. Где наш груз, убогий?

— Наша Ветвь Нахтальеха мертва, — продолжал осьминог. — И не вы, куски мяса, победили нас. Но Мать в безопасности. Великая Мать в безопасности! Мы возродимся в этом пустом мире! Смерть идёт! Сердце Тьмы проснулось!

Его голос сорвался на бульканье, он дернулся и замер.

— Где наш груз? Эй, я тебя спрашиваю!

Младший взял осьминога за основание головы и попытался поднять. Но тот лежал бесформенной грудой щупалец.

— Он мертф, — сказал другой осьминог, придавленный к полу одним из бойцов. — Нафталь пяфьдесят фторой мертф.

— Точно мертв? — младший приподнял тело Нахталя повыше, демонстрируя его Фёдору.

— А я почем знаю? — удивился тот. — Выглядит не очень, это факт.

— Вот дерьмо, — расстроился Зюйд. Но потом встрепенулся и обратился к нескольким осьминогам, что лежали на полу. — Так! Новый план, мои маленькие резиновые друзья! Сейчас я с вами сыграю в одну очень интересную игру. Кто первый мне расскажет, где наш груз, тот останется жив. Остальные отправляются на корм кошкам.

— Мы софгли ефо. Эфо был флохой фруз.

— О, уже хоть что-то. Фёдор, помоги подняться этому неблагородному господину. Поподробнее, мой пупсик резиновый! Не скрывай мельчайших подробностей!

* * *

— Ты как? — спросил Фёдора Зюйд.

— Великолепно, — мрачно ответил Фёдор, разглядывая, как парни несут ящики с карабинами в грузовик.

— Ты это, прости меня. Ну за то, что я тогда в кузове на тебя бросился…

Фёдор уставился на младшего, пытаясь понять, о чем он. Потом вспомнил и удивился: всего четыре дня прошло, а как будто полжизни.

— Я уже и забыл.

— Значит, между нами никаких проблем?

— Конечно нет.

— Ну что, мальчики? — к ним подошел Дювалле. — Как дела?

— Нормально, — ответил Зюйд.

— Все в порядке, Леонард Владимирович, — сказал Фёдор. — Я, пожалуй, домой пойду. Отосплюсь.

— Да, конечно, мальчик мой, езжай. Может тебя подвезти?

— Да нет, не надо. Тут недалеко. Дойду.

Леонард проследил, чтобы всё добытое со склада, про который рассказали осьминоги, было погружено в грузовики. Конечно жаль, что эти головоногие идиоты сожгли «черную пыль». Она расходилась в кальмарьих притонах в одно мгновенье и с большим наваром. Но тут на складе, кроме украденных карабинов, они нашли кучу всего полезного. Оружие, дюжину ящиков хорошего вина и самое интересное