Закутки дальних дорог - Иар Эльтеррус

Гномки и дварфийки почти не отличались друг от друга — невысокие, массивные, очень фигуристые девушки. Пока что они выглядели просто прекрасно, от них веяло тяжелой, первобытной женственностью, буквально сбивающей с ног. А вот если растолстеют, то станут уродливыми тумбочками, однако импланты помогут им избежать этого, управляя обменом веществ. Артем принял клятвы, после чего спровадил новых вассалов к домоправительнице, чтобы приставила к делу. Женщины гномов и дварфов все до единой прекрасные хозяйки, это общепризнанный в Миросплетении факт. Вот пусть и помогают.

Дождавшись, пока остальных девушек уведут, Артем подошел к цвергам, с которыми предпочел разбираться наедине. Они молча стояли и надменно смотрели на него золотистыми глазами с вертикальным фиолетовым зрачком, слабо шевеля щупальцами на щеках.

— Кто вы? — хмуро спросил Артем. — И что вашему роду и клану нужно от меня?

— Мы дочери Великого клана Лаоданираветанор, Керватосолинагидир и Рамакаситоламин Дирамоканатлгиваноланисир, — гордо заявила левая цверга, щелкнув иглами зубов. — Клан прислал нас в дар, чтобы заверить Восьмого Авари в своем расположении и почтении. Мы обучены всем высшим искусствам, в том числе и тайным. Мы видим, у вас тут творится незнамо что, и обещаем навести должный порядок.

— Порядок? — приподнял брови Артем. — Меня имеющийся порядок вполне устраивает. И кто вы такие, чтобы говорить мне такое?

— Мы — цверги! — гордо заявила Керватосолинагидир.

— И что? — насмешливо посмотрел на нее молодой Странник. — Вы для меня никто и звать никак. Вы пришли проситься в вассалы, но при этом смеете мне что-то указывать? Вы даже не бывали в моей постели ни разу, так что, повторяю, вы пока никто и ничто.

— Последнее можно исправить прямо здесь и сейчас... — возбужденно прошипела цверга, сбрасывая свои шелковые одеяния и эротично изгибаясь.

— Обойдетесь! — отрезал Артем, но осмотрел обнаженную девушку с интересом, в ней было что-то от насекомого, особенно ломаные движения, но одновременно она вызывала желание, неправильное, порочное какое-то желание, от которого испытываешь тошноту, но все равно хочешь удовлетворить его. — Пока не время. Можете прийти после ужина вместе со всеми, но учитывайте, что вы — всего лишь одни из многих, а не единственные и неповторимые. И никаких привилегий у вас не будет. Не устраивает? Скатертью дорога! Отправляйтесь домой.

Цверги ошарашено смотрели на его, с ними еще никто и никогда так не обращался, да что там, они искренне полагали, что такой тон в общении с представительницами великого народа попросту невозможен. Сначала девушки хотели возмутиться, но потом вспомнили, кто перед ними. Если их вернут, как не справившихся, то дома этого не простят, затравят. А то и вообще в жертву богине принесут. Значит, придется подчиниться. Однако растерялись цверги очень сильно, не привыкли, что их ни во что не ставят.

Керватосолинагидир подняла с пола свои одеяния и не спеша оделась, с трудом сдерживая слезы стыда. Какой позор! Она, цверга из древнейшего и благороднейшего рода, предложила себя, как последняя шлюха, она готова была отдать владыке свою невинность, а ее великий дар отвергли! Вытерли об нее ноги, как об половую тряпку! Было настолько больно и обидно, что дыхание перехватывало. Рамакаситоламин помалкивала, тихо радуясь про себя, что не последовала примеру более решительной троюродной сестры и сама не опозорилась.

— Вот клятва, — продолжил между тем Артем, создавая за своей спиной голограмму с текстом самого жесткого из всех возможных вариантов вассальной клятвы. — Я вам не доверяю, поэтому так и только так. Не нравится? Опять же скатертью дорога!

Кто-то настроил владыку против цвергов, поняла Керватосолинагидир. Она прочитала клятву и поняла, что практически никакими правами обладать в его доме не будет, с мечтой доминировать среди женщин нового клана придется распрощаться. А уж тем более с тайными мыслями о том, чтобы вынудить владыку действовать в интересах ее народа. Что ж, выбора все равно нет, и девушки, поежившись, принесли клятву на жезле древних, ощутив, как она легла на душу тяжким бременем.

— Что прикажете, владыка? — тихо спросили цверги, когда все закончилось.

— Идите к другим женщинам на первый этаж, — распорядился Артем, — вечером, как я уже говорил, жду вас вместе с нимфами и вампиршами. Также строго настрого запрещаю показывать свое превосходство над кем бы то ни было! Иначе будете наказаны, и жестоко. Например, ссылкой на декаду в бордель для простонародья с обязательством исполнять любые желания посетителей. Даже самые извращенные.

Представив себе такой кошмар, девушки едва не разрыдались, их затрясло от ужаса, глаза расширились и наполнились слезами, на что молодой Странник удовлетворенно кивнул — сбил все-таки спесь с надменных стерв. Ему очень не понравилась реакция Иллениэль на цверг, эльфийка их откровенно боялась, настолько боялась, что не рискнула даже рассказать, кто они такие. И это целительница возрастом во много тысяч лет, архимагистр нескольких направлений магии? Что-то здесь нечисто. Ничего, зато теперь эти две стервы не смогут ему противоречить ни в чем и расскажут все, что он пожелает узнать об их народе. Надо только не забыть и обязательно расспросить их, как только появится хоть немного времени.

Керватосолинагидир и Рамакаситоламин поклонились и скрылись с глаз все еще сердитого сюзерена, любой приказ которого отныне являлся для них непреложным законом. Ничего подобного они не ждали, были уверены, что так и останутся в привилегированном положении, не зря же во время пути остальные девушки и воины охраны буквально стелились перед ними и выполняли любой каприз. К сожалению, владыка оказался настроен против их народа, и ничего поделать с этим было нельзя. Поэтому цверги и поспешили покинуть зал, в котором проходило представление новых вассалов, тут же попав в руки дородной полуорки, которая отвела девушек в довольно скромные покои, но по большой комнате каждой, по крайней мере, выделили. К тому же здесь была ванная, и они со стоном облечения отправились приводить себя в порядок после долгой дороги.

Артем не знал, что за несколько комнат от зала приемов происходил совсем другой разговор, имевший для него далеко идущие последствия. И не только для него. Иллениэль с Инарой отвели юных эльфиек в уютную гостиную. Те в явном шоке смотрели на чернокожую, беловолосую дроу, не понимая, что она здесь делает и почему по-дружески беседует