Вкус крови. Десять историй о русских серийных убийцах - Елизавета Михайловна Бута

Роман сильно повлиял на молодого человека, в особенности тот ряд эпизодов, где взрослый мужчина Гумберт Гумберт видит то, как в Лолите просыпается сексуальность и женственность, как меняются с возрастом ее движения, а Гумберт принимает это за флирт и попытку соблазнения. Асратян сделал из этого вывод: любая девушка хочет быть изнасилованной. При желании отыскать этому тезису подтверждение в психологической литературе вполне себе просто. Любая девушка. Главное – не попадаться.

У Валерия к тому моменту уже сформировался определенный тип сексуального поведения, ему нравилось невыраженное насилие по типу фроттажа: жертва не дает согласия, но не имеет возможности выйти из игры.

Молодой человек закончил институт и устроился на работу в интернат для детей с двигательными нарушениями. В основном там содержались дети и подростки с тяжелыми последствиями полиомиелита и с разными формами ДЦП. Девочки-подростки, запертые в этом весьма мрачном месте, были рады видеть перед собой красивого молодого парня, который с ними болтал и шутил, как со взрослыми. В него опять были все влюблены. По ночам он подходил к кроватям девочек и трогал их, пока те спали. Частенько, если они просыпались, то не показывали виду. Если бы они пожаловались на парня, то никто, конечно, им бы не поверил. Девочки-подростки привлекают к себе внимание, да и только.

Глава 5

В Москву

1982–1987 гг

Ереван начал казаться ему слишком маленьким и захолустным, а тут к тому же он познакомился с симпатичной москвичкой, его ровесницей. Асратян не испытывал к девушке сильных чувств, но та выглядела мило и скромно, была из хорошей семьи и имела собственную квартиру. Девушка производила впечатление робкой и застенчивой лани, которая всегда будет преданно служить своему господину. До какой-то степени так и было, но потом Асратян стал требовать от девушки все больше покорности, а та не понимала, с какой стати должна подчиняться человеку, который живет в ее квартире и за ее счет.

Валерий скучал в Москве. Достойную работу найти не удавалось, а работать только ради денег ему не хотелось. От скуки и тоски по жарким, юным и влюбленным в него сокурсницам он заметил однажды в метро девушку, которая, как ему показалось, флиртовала с ним и зазывно улыбалась. Он познакомился с ней и предложил прогуляться по парку. Девушка легко согласилась пройтись с симпатичным парнем по темным аллеям. Асратян счел это согласие за призыв к действию и изнасиловал девушку.

Школьница оказалась не робкого десятка, а Асратян во время их недолгой прогулки успел сообщить некоторые личные данные, по которым его быстро вычислили и посадили в колонию на четыре года. Довольно мягкий срок за такое преступление. В 1982-м он отправился в колонию, а спустя 2 года его выпустили за хорошее поведение.

Буквально через несколько месяцев его опять посадили за точно такое же преступление. И снова отправили в колонию, из которой он вышел уже в 1987-м году. Существует версия, что с ним плохо обращались в колонии, а возможно, и «опустили» за позорную статью, и поэтому он вернулся на свободу с желанием отомстить за себя, но никаких документальных подтверждений этому нет, а учитывая то, что в тюрьме он вел себя очень продуманно и всегда налаживал контакты с нужными людьми, вряд ли он подвергся сколько-нибудь серьезным издевательствам.

После освобождения Валерий не имел права больше жить в Москве, по закону о 101-м километре. Асратян быстро обзавелся фиктивной пропиской в селе Валуйки Белгородской области, а сам направился в столицу. Здесь он буквально в первый же день познакомился в универмаге с миловидной сорокалетней женщиной. Продавщица Марина Агаева поначалу не восприняла всерьез флирт с парнем на десять лет ее моложе, но Валерий оказался настойчив, и вскоре женщина пригласила его к себе.

Она понимала, что этот роман не продлится долго, но женщина хотела просто легкого и короткого романтического приключения. Дома их встретила четырнадцатилетняя симпатичная девушка Татьяна, дочь Марины. Девочка выглядела чуть младше своих лет и чуть более отстраненной, чем обычные подростки. Марина смутилась, увидев то, как Валерий разговаривает с ее дочерью.

– Ты не обязан это делать, – сказала она, когда они остались наедине.

– Я рад был познакомиться с твоей дочерью, она очень хорошая, не вижу никакой проблемы, – ответил Валерий.

Естественно, после этих слов Валерий остался жить в квартире Марины на станции метро Академическая. Дочь женщины имела целый букет серьезных нарушений психики, причем с рождения. Когда поставили диагноз, муж Марины ушел, не выдержав этого испытания. С тех пор женщина отдала себя на заклание, целиком и полностью посвятила себя дочери, а свою жизнь забросила. К четырнадцати годам девочка была почти нормальной и сохранной, если только вовремя принимала свои таблетки, но Марина предпочитала короткие романтические приключения, считая, что ни один мужчина не согласиться терпеть у себя в доме взрослую больную девушку. Она и не думала, что ее дочь кто-то начнет воспринимать совсем иначе.

Спустя какое-то время Марина начала замечать, что Валерий часто выходит из комнаты ночью, слишком много проводит времени на кухне с дочерью, а пару раз она заставала девочку спящей в их с мужем кровати, пока Валерий сидел на той же кровати в трусах и смотрел телевизор, но женщина старалась гнать дурные мысли прочь. Тане было всего четырнадцать лет, да к тому же она была серьезно больна.

В какой-то момент Марина с дочерью уехала на пару дней к родителям, а Валерий оказался предоставлен сам себе. Тридцатилетний мужчина вот уже год как не работал, а вместо этого «вливался в московскую тусовку». По крайней мере, именно так он говорил Марине. На деле Валерий просто ошивался в центре Москвы, гулял по ГУМу, «Детскому миру», подолгу сидел на Театральной площади и, конечно, ездил в метро в час пик.

В рамках процесса вхождения в тусовку он даже купил себе довольно дорогую видеокамеру, на деньги жены, конечно, и с помощью ее же связей. В тот раз мужчина захотел воспользоваться отсутствием жены и падчерицы. Он сразу заметил юную, бедно одетую девушку, которая испуганно озиралась по сторонам возле «Детского мира».

– Простите, девушка, не сочтите за бестактность, но с таким лицом нужно сниматься в кино, – сказал мужчина.

После этих слов