Спасите меня, Кацураги-сан! - Алексей Аржанов

— Это уже не ваши заботы, — перебил егоя. — Я вижу, что Номура-сан назначил вам гормональные противовоспалительные. Вы действительно принимаете их регулярно?

— Да, — кивнул мужчина.

— Но приступы всё равно возобновляются по ночам? — уточнил я.

— Верно, Кацураги-сан.

— Кем вы работаете? — спросил я.

— А? — удивился Имаи.

Похоже, Номура-сан даже не спрашивал его об этом.

— Я — фермер, — ответил он. — Вы даже не представляете, Кацураги-сан, как тяжело каждый раз добираться до сюда из моих краёв.

— Разводите скот или занимаетесь посевами? — спросил я.

— И то и другое, — сказал Имаи и принялся охотно рассказывать обо всех подробностях своей работы.

Я слушал мужчину вполуха, параллельно пытаясь понять, за что зацепиться. И ответ был вполне очевиден.

Взглянул на грудную клетку Имаи Тору. Вся она сияла множеством мельчайших, микроскопических частичек. Разумеется, такого Номура-сэнсэй увидеть никак не мог.

Эту способность я открыл в себе два дня назад. У предшественника были задатки к магии, но очень слабые. Полпроцента из ста, если сравнивать с потенциалом моего прошлого тела. Но здесь уже было с чем работать.

В лёгких Имаи Тору было множество микроскопических аллергенов, которые и вызывали у него приступы одышки.

— Вы чем-то опыляете свои поля, Имаи-сан? — поинтересовался я.

Имаи грустно улыбнулся.

— Да, но доктор Номура уже спрашивал меня об этом, — сказал он. — Я пользовался химикатами и раньше, но таких проблем у меня не возникало.

— Но вы поменяли поставщика, я прав? — предположил я. — Примерно один-два месяца назад.

У Имаи Тору отвисла челюсть от удивления.

— Верно, Кацураги-сан. Вы полагаете…

— Да, — кивнул я. — Видимо, предыдущие химикаты были более хорошего качества. Смотрите, как мы с вами поступим, Имаи-сан. Сейчас я выпишу вам тот же препарат, но с более высокой дозировкой. Тогда его будет хватать на сутки. А вы попробуйте заменить удобрения на те, которыми пользовались ранее.

— Хорошо, Кацураги-сан. Давайте попробуем, — кивнул Имаи.

Доктор Номура часто оставлял в ординаторской свою печать. Мне повезло, она лежала в верхнем ящике стола и в этот раз. Я выписал на имя Имаи Тору новую дозировку препарата и заверил рецепт печатью своего наставника.

Прежде чем покинуть ординаторскую, Имаи Тору низко поклонился мне.

— Спасибо вам, Кацураги-сан. Я этого не забуду.

— Не спешите, — улыбнулся я. — Вы ещё даже не начали новое лечение.

Хотя я уже знал, что оно ему точно поможет. И если бы Номура-сэнсэй назначил дополнительное обследование, он бы мог прийти к тому же выводу, что и я. Вот только разница была в том, что Номуре было плевать, а мне — нет.

Видел я и в России таких, как доктор Номура, но там проблема решалась простой сменой места работы. В Японии ситуация обстояла несколько сложнее. Меня распределили в больницу Камагасаки, и здесь я должен отработать под наставничеством доктора Номуры минимум два года.

Но в мои планы не входит вылизывать ботинки этому старому бездарю.

Я бы не достиг успеха в прошлой жизни, если бы всегда делал, что мне велят. К местным порядкам и ритму жизни уже адаптировался, осталось придумать план, как подняться выше.

Я покинул ординаторскую и не спеша пошагал назад — к кабинету Номуры. Торопиться всё равно не было смысла.

Выговор за опоздание я получу в любом случае. Вести приём этот кретин мне не даст, а от стажировки под его руководством толку нет совсем. Тем более я перенёс все знания о медицине из прошлой жизни, учиться в больнице Камагасаки мне уже нечему.

Разве что названия препаратов отличались, но их я выучил ещё в первый день. Да и не использовали здесь магические компоненты… но это только на первый взгляд.

— Я не понимаю, сколько я ещё должна бегать по вашей больнице? — возмущалась пожилая женщина около регистратуры.

Её голос уже начал срываться на крик. Классическая ситуация для нашей поликлиники. Ни дня без скандалов!

Я уже начал подозревать, что судьба не просто так воскресила меня в теле Кацураги Тендо. Больница Камагасаки больше всех остальных походит на типичную русскую поликлинику.

В одной из таких я и начинал оттачивать своё мастерство целителя.

Насколько мне известно, в других клиниках Японии ситуация куда лучше. Но туда мне ещё только предстоит пробиться.

— Прошу вас, не злитесь, Хаяма-сан, — успокаивала женщину молоденькая медсестра.

Сакамото Рин. Ещё одна вечная жертва этой проклятой больницы. Бедную медсестру гоняют все, кому не лень. Особенно доктор Номура любит подбрасывать ей скандальных пациентов и бумажную волокиту с ними. И сейчас я наблюдаю очередную разборку.

— Как я могу не злиться⁈ — вопила пациентка, тряся листом А4 перед лицом медсестры. — Сначала в вашей больнице угробили моего мужа, а теперь и со мной хотите разделаться? Я бегаю с этим направлением со вчерашнего дня, и каждый час у вашего руководства находятся новые отговорки, чтобы его не подписывать. Я всего лишь хочу поехать в санаторий. Неужели так трудно это оформить? Я прошу невозможного?

— Хайма-сан, у вас не хватает одного анализа в направлении… — прошептала Рин. — Поэтому заведующий и не подписывает.

— Но я ведь сдавала этот анализ! — рявкнула Хаяма.

Вроде Япония — культурная страна, а стоит бабкам попасть в поликлинику, как все нормы приличия исчезают, как по волшебству.

— Да, но наш анализатор сломался и теперь его придётся пересдать… — сказала медсестра и прищурилась, поскольку боялась, что вскипевшая от ярости женщина нападёт на неё.

— Дайте мнесвоё направление, Хаяма-сан, — встрял в их разговор я.

— Кацураги-сан! — обрадовалась Рин.

Женщина с недоверием протянула мне своё направление. Я достал ручку из кармана и быстро написал в нём пару строк.

— Всё, — вернул направление я. — Теперь заведующий подпишет. Желаю вам хорошего лечения в санатории.

— Хм, — хмыкнула Хаяма. — Сразу бы так!

Женщина исчезла за углом, и Рин тут же тяжело выдохнула. Медсестра низко поклонилась мне и протараторила:

— Спасибо вам, большое, Кацураги-сан. Если бы не вы, я бы ещё…

— Всё нормально, Рин. Расслабься, — успокоил девушку я. — Что, у нас опять в лаборатории поломка? Когда же они заменят эти старинные анализаторы… Им уже давно место на свалке.

— Кацураги-сан, а что вы написали в её направлении?