Очерки из истории канонического права XI–XII вв.: Ансельм Луккский, Феодор Вальсамон, Нерсес Лампронский - Андрей Юрьевич Митрофанов

равенство канонов и законов: «3-е Постановление 2-го титула Новеллы [упомянутой Вестом – А. М.] есть 131-я Юстинианова Новелла (глава 1), помещенная в V-й Книге Василик, титуле 3-м, главе 1-й, положении 1-м, которое читается так: «Повелеваем, чтобы имели силу государственных законов святые церковные правила, изложенные или утвержденные святыми семью соборами, а именно: Никейским собором из 318 отцев, на котором предан анафеме Арий – соименный безумству, собором Константинопольским из 150 отцев, которыми предан анафеме Македоний – духоборец, Эфесским 1-м, на котором осужден Несторий, Халкидонским, на котором преданы анафеме Евтихий с Несторием, далее – Константинопольким 2-м, на котором преданы бесславию Ориген со своими сочинениями и другие нечестивые, Константинопольским 3-м, который торжествовал победу над разными ересями и утвердил божественные догматы прежних святых соборов, и наконец, Никейским 2-м, на котором неистовствавшие против святых икон наравне с прежними еретиками отвергнуты от Кафолической Божией церкви. Догматы вышеупомянутых святых соборов мы принимаем как св. Писание, и правила соблюдаем, как законы государственные. 44-е Постановление 3-го титула I-й книги Кодекса не помещено в Василиках, не помещены и 1-е и 4-е постановление 1-го титула Новелл, из которых первое есть 6-я Юстинианова Новелла, а последнее 83-я Новелла. Равным образом не помещено в Василиках и 12-е постановление 2-го титула 1-й книги Кодекса. И ты не обращай внимания на них, во-первых, потому что они не противоречат 131-й Юстиниановой Новелле, а во-вторых, потому что не приняты в Василиках. [Заметь настоящую новеллу, которая говорит, что не только правила, изложенные семью святыми соборами, имеют силу гражданских законов, но и утвержденные ими, т. е. правила поместных соборов; и читай 2-е правило 6-го собора, которое утверждает не только поместные соборы, но и постановления других святых отцев]»[254] (здесь и далее пер. В. А. Нарбекова). Итак, Вальсамон опирался в первую очередь на рецепцию светского византийского права, предпринятую в рамках составления «Василик». В рассматриваемом разделе Номоканона XIV титулов в рукописях содержится «другое толкование», которое, возможно, не принадлежит Вальсамону. Автор толкования говорил о дискуссии, имевшей место в патриаршем суде относительно того, имеют ли после опубликования «Василик» церковные правила силу законов. Как утверждал автор схолии, «о законах, изложенных в настоящей 2-й главе, написано, что следует. Однако знай, что некоторые говорили иначе и при том в присутствии святого нашего императора, что правила не должны иметь силы, когда они противоречат законам, потому что они написаны прежде ревизии законов, и что таким образом правила, несогласные с законами, не имеют силы. Другие же, указав правила, которые противоречат законам, и воспользовавшись 131-й Юстиниановой Новеллой, помещенной в V-й книге Василик, титуле 3-ем, главе 1-й, которая говорит, что правила должны быть соблюдаемы, как законы и как св. Писание, заградили уста своих противников. Когда же те сказали, что не следует принимать эту новеллу, так как она считается изданной Юстинианом, а между тем упоминает и о соборах, бывших после Юстиниана, что, по их мнению, очевидная нелепость, эти сказали, что они тем больше принимают эту новеллу, что содержание ее привел от себя император, который пересмотрел и исправил законы. Ибо если бы это было не так, он не присоединил бы, что и правила последующих соборов должны иметь силу, как законы и св. Писание, но и эту новеллу, как и другие Юстиниановы Новеллы, упразднил бы, не поместив ее в Василиках. – Это мнение было принято и святым императором. [Заметь настоящее толкование и, содержа его в памяти, говори, что правила имеют больше силы, чем законы, потому что первые, т. е. правила, изданные и утвержденные императорами и святыми отцами, принимаются, как св. Писание, законы же приняты или составлены только императорами и поэтому не имеют преимущества ни перед св. Писанием, ни перед правилами]»[255]. Таким образом, в схолиях на Номоканон Вальсамон придерживался взгляда о равенстве церковных канонов и императорских законов, изложенного в памятниках законодательства Восточно-Римской империи.

Однако впоследствии – по-видимому, уже после занятия патриаршей кафедры – взгляды Вальсамона на сущность императорской власти и ее роли в церковной жизни переменились и эволюционировали в сторону явного цезарепапизма. Схолии Вальсамона на Синтагму дают возможность убедиться в том, насколько тесным образом в сознании позднего Вальсамона были переплетены священство и царство. В толковании на 69-е правило Трулльского Собора Вальсамон писал: «Настоящее правило запрещает мирянам входить внутрь божественного алтаря, потому что он отделен для одних священных лиц. Но царю, хотя он и мирянин, по некоторому древнему преданию, дозволено, говорит, это, когда он пожелает принести дары Богу. А каким образом в божественное святилище преславного храма Господа нашего Иисуса Христа на острове Халки беспрепятственно входит всякий желающий, я не знаю. А о латинянах знаю, что не только миряне мужчины, но и женщины входят во святый алтарь и сидят даже часто и тогда, когда стоят священнодействующие. Относительно царей некоторые держась буквы сего правила говорили, что им не должно возбранять входить внутрь алтаря тогда, когда хотят принести дар Богу, но не тогда, когда захотели бы войти в него для одного поклонения. А мне представляется это не так. Ибо православные императоры, с призыванием Святыя Троицы назначая патриархов, и будучи помазанниками Господа, невозбранно, когда захотят, входят во святый алтарь, и ходят и делают знамение креста с трикирием, как архиереи. Они предлагают народу и катехизическое учение, что предоставлено одним местным архиереям. В 19-м слове иудейских древностей Иосифа Флавия находится следующая императорская подпись: Тиверий Клавдий, Кесарь Август, Германик, величайший архиерей, консул, во второй раз обличенный трибунскою властию. А как царствующий император есть и помазанник Господень по причине помазания на царство, а Христос и Бог наш есть между прочим и архиерей; то благословно и император украшается архиерейскими дарованиями»[256]. По мнению В. А. Нарбекова, согласно теории Вальсамона василевс, в сущности, не только василевс, но и первосвященник, поскольку ему свойственна и епископская власть, за исключением власти совершать богослужение. И это епископское достоинство принадлежит, по Вальсамону, ему вследствие помазания миром, которое приравнивается к хиротонии архиереев.

Следуя своей логике, Вальсамон делал из цезарепапистической доктрины практические выводы. В частности, в толковании на 12-е правило Антиохийского Собора он писал: «сам патриарх может быть судим царем, как блюстителем церкви, если бы, например, был обвиняем в святотатстве, или неправославии, или в каком-нибудь другом преступлении; ибо мы видели это на практике в разные времена; но суд его не должен подлежать отчету ради величия его престола»[257]. При этом Вальсамон цитировал мнение некоторых византийских судей и ссылался, в частности, на светское законодательство об ответственности патриарха