Корейские мифы - А. Н. Николаева

Поблагодарил воин родственников повелителя морей и отправился дальше. И с тех пор ходить по горам стало безопасно.

Глава 7

Животные – простые и волшебные

Лев из воды и крылатый конь

Помимо драконов в корейской мифологии есть и другие фантастические существа. Это, например, лев-хаечи, который, правда, мало похож на обычного льва, скорее на нечто среднее между львом и тюленем. У хаечи большое бревнообразное тело, которое при этом покрыто не шерстью, а каким-то подобием рыбьей чешуи. Иногда также на голове хаечи присутствует рог наподобие единорожьего, но покороче. Лапы у хаечи короткие и толстые, уши – почти незаметные, но зато у него большие глаза навыкате, нос картошкой и острые клыки. Изображения хаечи обычно ставят парами у входов во дворцы, храмы и парки; в этом случае они считаются стражами того пространства, рядом с которым располагаются. Это роднит их с китайскими львами-стражами – «ши-цзы», которые выполняют те же функции, но внешне более напоминают драконов. Головы хаечи повернуты в ту сторону, с которой может прийти опасность.

Считается, что главная функция хаечи – охрана построек от пожаров, так как сам он является существом, связанным с водной средой, а значит, способен бороться с огнем. А еще хаечи – борец за справедливость: он наделен способностью чуять врунов и неправду и иногда может даже расправиться с тем, кто пытается обманывать других.

В 2009 году хаечи (правда, стилизованный, «мультяшного» вида) был избран одним из символов города Сеула.

Изображение льва-хаечи

В 2019 году был выпущен корейский сериал-дорама «Хаечи», повествующий о претензиях на трон королевского отпрыска Ли Гыма, отстраненного от наследования из-за низкого происхождения его матери. Вокруг юноши собираются несколько человек из разных слоев общества, также выступающих за социальную справедливость – в рамках и стандартах времен династии Чосон. То есть хаечи в этой исторической дораме лишь упоминается как символ справедливости и правды.

Еще одно фантастическое существо из корейских мифов – крылатый конь Чхоллима (кстати, интересный факт – крылатые лошади встречаются в мифологических системах многих древних культур: вспомним хотя бы греческого Пегаса). Имя Чхоллима переводится как «тот, что может пробежать в день тысячу ли». Это много или мало? Мера длины «ли» была заимствована корейцами в Китае, и ее параметры с течением времени несколько раз менялись. В среднем ли составляла от трехсот шагов до 500 метров. В любом случае скорости у коня получаются довольно приличные – и это еще без использования крыльев!

Согласно легенде, на Земле не нашлось ни одного человека, способного укротить этого коня, и поэтому он улетел в небо, но навсегда остался символом порыва, скорости, стремления вперед.

Во второй половине 1950-х годов в Северной Корее развернулось рабочее движение, во многом схожее с нашим стахановским, основанное на социалистическом соревновании. И оно получило название «движение Чхоллима»: людей призывали совершить скоростной прорыв в промышленности и сельском хозяйстве, ассоциировавшийся со скоростями мифического коня. Более того, в 1961 году в Пхеньяне на холме Мансудэ был открыт монумент, который хорошо виден из многих районов города: огромный каменный обелиск, увенчанный фигурой стремительно взлетающего Чхоллима. На его спине восседают крестьянка со снопом спелого риса в руках и рабочий, держащий в поднятой руке устав Трудовой партии Кореи.

Крылатый «небесный конь» упоминается в одной любопытной легенде – правда, как второстепенный, даже, скорее, третьестепенный персонаж.

…Много лет назад в одной небольшой деревне жил юноша со своей старой матерью. Были они очень бедны, и зарабатывать на жизнь приходилось тем, что молодой человек собирал в лесу хворост и продавал его на рынке. И вот однажды утром парень, как обычно, направился с лес. Собирает он хворост и валежник, связывает в вязанки и складывает их в кучу. И вдруг видит – выбегает ему навстречу из чащи олень; олень этот сильно хромает, как будто что-то с ногой у него приключилось. И говорит юноше человеческим голосом:

– Пожалуйста, помоги мне спрятаться где-нибудь! За мной бежит охотник, он уже ранил меня в ногу и хочет добить.

Молодой человек велел оленю лечь на землю и закидал его вязанками хвороста. И едва он успел сделать это, из чащи показался охотник.

– Скажи-ка мне, не пробегал ли тут олень, хромающий на одну ногу? – обратился охотник к парню.

– А как же, – ответил тот. – Только что пробежал и направился в сторону вон тех гор.

Поблагодарил охотник и пошел дальше. А парень, выждав немного, снял с оленя вязанки хвороста и сказал, что тот может идти по своим делам.

– Спасибо тебе, что помог, – сказал олень. – В благодарность за это я помогу тебе исполнить какое-либо желание. Чего бы тебе хотелось?

Подумал молодой человек и сказал:

– Пожалуйста, помоги мне найти хорошую невесту!

– Ничего нет проще, – ответил олень. – Видишь вон ту гору вдали? На полпути к вершине там в одной из впадин есть небольшое озеро. Один раз в месяц, в полнолуние, в это озеро по радуге спускаются небесные девы и купаются в нем. Спрячься рядом с озером, дождись, когда девы прилетят купаться, и спрячь платье той, которая больше всех тебе понравится. Без платья она не сможет вернуться на небо, потому как оно помогает ей летать – вот тут-то ты и предложи ей выйти за тебя замуж.

Сделаем небольшое отступление. В наших и европейских переводах корейских легенд подобных персонажей часто называют «феями». Но это «европеизированный» перевод, который не совсем отражает действительность. Девушки, о которых говорил олень, это персонажи даосских мифов, «приспособленных» к корейской культуре. И один из более логичных переводов их названия звучит как «летающие девы», «небесные девы» или «девы небес». Первоначально, видимо, они были олицетворением различных стихий и сил природы.

Схожие персонажи – «небесные девы» или «небесные феи» имеются и в японской мифологии. Там им помогает летать особое платье, сотканное из птичьих перьев.

…Итак, олень посоветовал юноше спрятать платье одной из небесных дев.