Владычество 3 - Рэнди Алькорн

— Мой брат Харли говорит, что белые плохо различают черных.

— Да. И благодаря этому тебя тоже было легко подставить. Этот большой черный парень одевается, как ты, показывается в полутемном баре, затем выходит с девочкой и целует ее под фонарем. Да и ты не помог делу, написав свой домашний номер на своей визитке. Ты действительно звонил ей домой?

— Я знаю. Это было глупо.

— Да. Но глупость — это не то же, что изнасилование и наркотики.

— Нет. Но кто этому поверит?

Все трое знали ответ.

— Кларенс, — сказал Джейк, — я хочу помолиться о тебе сейчас.

Он опустил одну руку на стекло, Кларенс присоединил свою руку к его руке, а Олли неловко сидел рядом, пока Джейк молился вслух.

Днем, через 21 час после ареста Кларенса вывели из камеры и оформили на выход. Спустя сорок минут он вышел из двери в вестибюль Центра юстиции и попал в объятия Женивы. Они долго не отпускали друг друга.

Выйдя в дверь, они прошли мимо краеугольного камня Центра с известной цитатой из Мартина Лютера Кинга: «Несправедливость где-либо — это угроза справедливости повсюду».

88

Женива привезла Кларенса в адвокатскую контору Боулза и Сириани.

— Сколько стоило выкупить меня под залог, Грант?

— За три обвинения это 31 тысяча, так что 10 % — это 31 сотня.

— Будет?

— Ну, ты ухитрился нахватать еще несколько обвинений. Оскорбление действием, класс Б. Что-то вроде нанесения тяжелых телесных повреждений.

— Ты имеешь в виду драку в камере?

— Да, для поступивших.

— Он все время называл меня ниггером и затем оскорбил мою маму.

— Это не противозаконно.

— Должно быть.

— Кларенс, этот парень рецидивист, арестованный за вооруженный грабеж. Что ты хочешь? Добавить употребление нехороших слов и оскорбление чьей-то мамы к вооруженному нападению и нанесению увечий. Тебе пришлось ударить его?

— Я думаю, что был немного расстроен. У меня был плохой день.

— Напомни мне, чтобы я держался от тебя подальше в твои плохие дни. Ты сломал ему нос.

— Да, точно, я слышал какой-то треск, — он посмотрел на Жениву краем глаза.

— Твое последнее обвинение — оскорбление действием офицера при исполнении, — Кларенс выглядел удивленным. — Два офицера говорят, что они пришли в камеру, и ты швырнул одного из них об стену.

— Я не знал, что это был офицер. Я думал, что это кто-то из заключенных в камере.

— Ты все усложнил, мягко говоря. Окончательный залог составил шестьдесят тысяч, так что мы должны были заплатить шесть.

— Где ты взяла шесть тысяч? —- спросил Кларенс Жениву. — У нас в банке всего две тысячи.

— Теперь там пять, — сказала Женива, — Джейк и Джанет добавили еще две тысячи. Пастор Клэнси в церкви — еще восемьсот. Наша группа изучения Библии добавила остальное.

89

Кларенс склонил голову, не сказав ничего.

— Хорошо, надо обговорить стратегию, — сказал Грант Боулз, — Ник проверил все по поводу твоего ареста. Там были некоторые моменты, которые мы можем оспорить. Мы можем сказать, что офицер должен был отправить эго дело следователям и экспертам по сексуальным оскорблениям. Также он не проверил тебя на наркотики и не отвез девушку к медикам для исследования спермы. Это нужно было сделать в течение 48 часов. Нам повезло, что он этого не сделал.

— Почему? — сказал Кларенс. — Если бы он сделал, это оправдало бы меня, — он смущенно посмотрел на Жениву, которая тихо сидела рядом, держа его за руку, — там не было бы ни наркотиков, ни спермы или была бы чужая сперма, а не моя. Так?

— Конечно. Так или иначе...

Кларенс посмотрел на адвоката долгим тяжелым взглядом. Впервые ему показалось, что ему не верят.

— Грант, я не делал этого. Никогда. Если ты не веришь, то я хочу иметь дело с другим адвокатом.

— Кларенс, моя работа защищать тебя, и именно это я собираюсь делать. Но если ты уверен, что не виноват, то можешь пройти проверку на детекторе лжи, и это поможет нам всем.

— Если я уверен? Конечно, уверен. Я не делал этого!

— Хорошо. Тогда мы пройдем эту экспертизу. Для прокурора это будет хорошим аргументом. Они смогут найти, в чем тут кроется проблема.

— Значит, я смогу рассказать им свою версию истории? — сказал Кларенс.

— Нет, так не делается. Они просто выслушают твоего обвинителя. Они не выносят окончательный вердикт, просто определяют, есть ли основания продолжать дальше.

— А если есть?

— Тогда выписывают ордер на арест. Но с тобой это уже происходило. Так что тебе нужно просто прийти на обвинительное слушание.

— Это когда?

— Во вторник, в 2 часа дня, третья комната в задней части Центра юстиции. Там бывает одно такое слушание в неделю. И там будет масса других людей.

Кларенс вспомнил, что в «Трибьюн» был репортер, которо-

90

му было поручено посещать еженедельные слушания обвинения. Как респектабельный гражданин и как свой брат репортер, конечно же, Дэн Феррент не занесет его имя в блокнот. Особенно не по делу с малолеткой. Или занесет?

У него опустилось сердце. Он продолжал думать о своих детях, особенно о Джоне. И о том, что люди будут думать и говорить.

— Мэнни разговаривал с офицером, арестовавшим тебя, — сказал Олли, когда они сидели в его гостиной, — они приятели.

— Это