Демон в университете магии 2 - Евгений Валерьевич Решетов

— А-а-а, сексмарафон или так — спринт? — усмехнулся я, двинувшись по знакомому коридору с плакатами, на которых молодые люди выполняли различные магические пассы.

— Ни то, ни другое, — помрачнел парень. — До этого не дошло. Кузнецова сказала, что пока рано. Но если и дальше всё будет так же хорошо, то у нас непременно состоится это…

— Кажется, ты на крючке, мой наивный друг. Теперь тебе не отвертеться от дорогих подарков. Уверен, что Кузнецова всячески будет намекать, что без подарков ей жизнь не мила, а, соответственно, и ваши плотские утехи откладываются.

— Да ну нет… она не такая, — нахмурился Ветров, однако в его глазах мелькнули искорки паники.

— Дело твоё. Но лучше сразу приготовь хорошие тосты на случай, если она разобьёт тебе сердце, и ты будешь вином заливать своё горе, — посоветовал я и увидел, что около закрытого зала для тренировок уже стоят чуть ли не все мои одногруппники.

Артём и Виктор приветливо мне помахали, а вот граф Калинин одарил приветливой улыбкой и многообещающим змеиным взглядом. Кажись, он опять что-то задумал. Надоел уже, честное слово.

— Доброе утро, — поздоровалась благоухающая духами Лиза, подойдя к нам с Гришкой. — Слышали последнюю новость?

— Какую? — без особого энтузиазма спросил Ветров, погруженный в свои мысли.

— Графиня Дымова и внучка ректора вчера снова поцапались. Видимо то, что произошло в кафе «Императрица» сильно сказалось на их дружбе. Они даже в университет сегодня не пришли, — проговорила девушка и с улыбкой посмотрела на меня.

— И что там произошло? — заинтересовался Гришка и тоже глянул на меня. — Миша, ты же там был. И кстати, ты так и не рассказал мне, как вы там посидели.

— Я много выпил и мало что помню. Но Каролина и Варвара вроде бы действительно поссорились, но это произошло не за столом, а в укромном месте, где их, наверняка, практически никто не видел, — напустил я тумана и в целом даже не солгал.

— Жаль, — непритворно расстроилась Елизавета, поправив кудряшки, упавшие на чистенький лобик.

— А где они второй раз-то поцапались? — спросил у девушки Ветров.

— Вроде как они столкнулись в их любимом магазине. И их ссора была очень эмоциональной. После неё некоторые люди даже начали говорить, что эти две девушки больше, чем дружили… ну, вы понимаете, — понизила голос Лиза, улыбнулась и выразительно подмигнула.

— Да быть того не может! — ахнул Гришка, разинув рот.

— Точно, конечно, этого никто не знает, — пожала плечиками Лиза. — Но опять же, по слухам, ректор ходит сам не свой. Ведь ежели вскроется, что его внучка больше по девочкам, чем по мальчикам, то это нанесёт определённый удар по его семье.

— Миша, ты замечал за ними что-то подобное? — жадно выдохнул Ветров.

— Нет, — проронил я, потирая подбородок, словно силился вспомнить поведение Каролины и Варвары.

— Оно и немудрено. Никто на их месте не будет показывать такие… э-э-э… деликатные отношения, — произнесла девушка и глянула мне за спину. — Георгий Александрович идёт. Какой-то у него потрёпанный вид.

Я обернулся и увидел мрачную, помятую физиономию князя. Он медленно спускался по ступеням, порой морщась и потирая подбородок.

— Пьянствовал, — с апломбом определил Ветров. — Но не так сильно. Хотя глаза вон красные. Видать, ещё и недоспал.

— Видимо, — проговорил я, смекнув, что князь, кажется, ещё и с Вороновым накатил винишка после их совместной работы.

— Доброе утро, ваша светлость! — гаркнули мои одногруппники.

— Господи, вы чего такие громкие? — простонал он, бросив на нас недружелюбный взгляд. — Больше ни слова без моего приказа.

Мы ответили кивками, а князь удовлетворённо хмыкнул, вытащил подрагивающей рукой ключ и начал пытаться вогнать его в замочную скважину. Но у него ничего не выходило.

— Волков, кажется, кто-то заколдовал замок. Попробуй ты, — проговорил князь и передал мне ключ. Я взял его, заметив ревнивый взгляд графа Калинина. Да и остальные одногруппники, кроме моих друзей, без всякой радости отметили, что князь дал ключ именно мне. Следовательно, у него появился новый любимчик.

Я мысленно усмехнулся, без проблем открыл замок, распахнул дверь и щёлкнул выключателем, врубив освещение.

— Свет я бы и сам включил, — буркнул Георгий Александрович.

— Боюсь, что выключатель тоже был заколдован, ваша светлость, — усмехнулся я, ощутив, как напряглись мои одногруппники, изумлённые тем, что кто-то посмел подшучивать над князем.

А тот погрозил мне пальцем и сказал:

— Сейчас мне не до тебя, Волков, но потом напомни, чтобы я тебя обязательно окатил волной острот.

— Хорошо, ваша светлость.

Георгий Александрович кивнул и проговорил:

— Сегодня начинаем с медитации. Подготовьте зал. Ароматические палочки и прочее… Ну, вы сами знаете.

— Ваша светлость, а позволите ли вы мне провести с Волковым тренировочный бой? — со сладенькой улыбкой выдал граф Калинин. — Мне же нужно провести работу над ошибками. А если мы начнём с медитации, то потом у нас может не остаться времени для тренировочных боёв. Думаю, что никто из моих любимых одногруппников не будет против, ежели мы с Волковым отнимем у них десяток минут. Мы даже может проголосовать, кто «за», а кто «против».

— Проголосовать? — мрачно посмотрел на него князь. — Ты чего мне тут демократию устроил? А что потом? Давай еще простолюдинам дадим власть, чтобы бабы в сёлах голосовали. Совсем с ума сошёл, Калинин. Только я здесь решаю, как пройдёт занятие. И рано тебе ещё делать работу над ошибками. Волков снова победит тебя.

— При всём уважении, ваша светлость, но я в этом сильно сомневаюсь, — вскинул голову аристократ.

— А я не сомневаюсь. Хочешь поспорим? Если ты одолеешь Волкова, то получить пятёрку за семестр. А если проиграешь — будешь прибирать зал после вашей сегодняшней тренировки. Один.

Граф задумался, косясь на одногруппников. В нём со скрежетом и искрами столкнулись противоположные эмоции. Он рьяно желал у всех на виду доказать, что сильнее меня и тем самым взять реванш за прошлое поражение. Однако граф с такой же страшной силой боялся вновь проиграть, понимая, что князь врать не будет. Если он сказал, что рано ему биться с Волковым, значит, так оно и есть. Да ещё этот спор, поражение в котором грозит очередным