Оружие в его руках 2 - Osolio

Я оглядела прохожих, персонал, работающий в кафе, и заметила одного паренька. Он был невысокого роста, светлые кудрявые волосы вечно ниспадали ему на лоб, закрывая глаза, и тот нервно их отбрасывал назад. Его тонкие пальцы пианиста что-то быстро строчили на маленьком блокноте. Он казался безобидным, а еще по потертой одежде и по синякам под глазами, было заметно — мальчишка нуждался в деньгах. А я нуждалась в помощи.

Бросив короткий взгляд на Луи, я поднялась со стула и, предупредив его, что отойду в дамскую комнату, чтобы не передумать, быстрым шагом пошла к этому молодому человеку. Я мило улыбнулась, на что парень подарил мне свою кривоватую улыбку, опустил глаза и стал дальше что-то писать. Заметив, что я все еще рядом с ним, он снова поднял на меня свой взгляд и спросил:

— Вы что-то хотите? Чай, кофе, сок? У нас очень вкусные чизкейки.

Я заколебалась. Его голос был приятным, а глаза были наполнены такой добротой, что я тысячу раз внутри себя ругала за свои планы. Как можно подставить такого милого мальчика? Ему на вид лет двадцать!

— Я бы хотела, чтобы вы сделали мне коктейль. — Я села за барный стул, постоянно оглядываясь в сторону веранды, обзор на которую был минимальным.

Взяла салфетку и нацарапала всего три слова.

Тысячу баксов хочешь?

Парень долго смотрел на салфетку, потом на меня и выдал твердое:

— Я не продаюсь. — Он поставил мой Манхеттен перед моим носом и намеревался уйти, но я его остановила.

— Ты можешь помочь многим в борьбе с наркоторговцами. — Он хмыкнул и закатил глаза. — Я серьезно. Моя мать сторчалась от этой дури, я не хочу, чтобы кто-то еще умер, как она. — Выплюнула я, мысленно прося прощения у Господа за свою ужасную ложь. — Тебе нужно только позвонить копам и сказать, когда и где будет отгрузка, и кто принимает заказ.

— А ты откуда знаешь? — Прищурился парень. — Ты из них?

— Чувак, — я махнула рукой перед его лицом, — моя мать умерла от этой дряни.

Я просто подслушала случайно разговор двух барыг.

— Кто ты такая, чтобы я тебе верил?

— Та, кто может поделить с тобой краденые две тысячи баксов из кармана вон того парня, — я показала рукой на Луи, надеясь, что тот не повернет свою голову на нашу сторону. — Это их главный. Я ради памяти о матери, готова сама им в глотку эту дрянь затолкать. Только мне нельзя. Меня вычислят сразу, а я еще пожить хочу.

Повисло молчание. Я уже поднялась с барного стула и повернулась в сторону выхода, как услышала усталое:

— Подожди. Я согласен. Только деньги я не возьму. Купи себе билет на них в другую страну и держись подальше от этих ублюдков.

— Если ты мне поможешь, я так и сделаю.

— Что нужно говорить?

— Звонишь в полицию, — я на радостях запрыгнула на стул и облокотилась локтями на стойку. — Говоришь, что с Рей Хука в час ночи будет отправлена в Милан баржа с тридцатью килограммами синтетического наркотика. По прибытию в место назначения, заказчик будет лично принимать товар.

— Имена?

— Не говори. Сделай звонок из автомата, чтобы все было анонимно.

— Хорошо. — Кивнул парень, а я, все-таки бросив ему пару сотен на стойку, побежала уже к ищущему меня глазами Луи.

Луи долго всматривался в мое лицо, на что я невинно улыбнулась и поцеловала его в щеку.

— Ты что, выпила?

— Чуть-чуть для храбрости. — Мужчина удивленно ухмыльнулся.

— Интригующее начало.

Позади Россини появился грузный мужчина лет пятидесяти. Его иссинячерные волосы были уложены гелем назад, словно он ворвался в двадцать первый век из девяностых. Его костюм и золотые запонки на манжетах выбивались из окружающей среды.

— Кажется, твой компаньон пришел. — Кивнув в сторону мужчины, произнесла я.

Луи повернулся и встал с места, пожимая руку незнакомцу.

— Николас, — кивнул мой спутник и предложил сесть ему напротив нас. — Познакомься, это Андреа Россини.

— Красавица невестка, — улыбнулся мужчина и посмотрел на меня, — я рад с вами познакомится. Вы и вправду красивы, как и о вас говорят.

— Не думала, что мужчины сплетничают о чужих женщинах. — Мои щеки загорелись, и я нервно рассмеялась. Луи сузил глаза, глядя на меня. Я снова чтото делала неправильно.

— О! Как только вы появились в жизни Стефано, весь клан только и говорит о том, что у него своенравная, но хрупкая жена.

— Она давно выучила свои уроки, — вмешался Россини. — Теперь она тише воды, ниже травы, Ник.

— Что-то непохоже. — Усмехнулся собеседник. — Ладно, перейдем к делу. Все готово?

— Это тебя надо спросить. — Луи положил кисти рук на стол. — С нашей стороны все готово. Мы примем баржу ровно в срок, заказчики в курсе. Вы должны только вовремя все отправить. — В этом не сомневайся.

К нам подошел официант — тот самый парень, которого я просила помочь. Он посмотрел на моих спутников и одним кивком передал мне, что все будет хорошо. Он исполнит мою просьбу. Его рука крепко держала ручку, когда тот спрашивал не желаем ли мы чего-нибудь заказать.

— Мне американо, — произнес Ник. Его хриплый прокуренный голос не был приятным. Я сравнила его с голосом Луи. У того хрипотца была изюминкой, а у Николаса голос можно было сравнить со скрежетом металла.

— Мы пойдем. — Произнес Луиджи. — Надеюсь на твою ответственность.

— Я с тобой в песочнице играл, Россини.

— Забываешься. — Цыкнул на него Луи, ожидая, пока я вылезу из-за стола. — Я — Капо.

— Ты — Капо. — Кивнул Ник. — Но ты еще и сопляк, который так до сих пор и не понял, что нельзя удержать клан разбазарив его на три страны.

— Так думаешь ты, — отрезал капо парижской мафии. — А я думаю совсем иначе. Жду груз вовремя, Ник.

Это было его прощанием. Мы сели обратно в машину и поехали в сторону дома. Луи был серьезен. Такое выражение лица раньше внушало мне страх, но сейчас я была обеспокоена. Его что-то тревожило, и он был молчалив.

— Будь осторожна с мужчинами клана, Андреа. — Наконец подал голос Луи. — Любое твое слово может повернутся против тебя. Даже самое невинное.

— Не думала, что простая шутка может так на тебя повлиять.

Я встретилась с взглядом полным осуждения. Луи закурил сигарету, открыл люк нажатием кнопки и снова обратился ко мне.

— Николас — старая гнида, но его нельзя убрать с поста лишь потому, что когда-то его поставил на это место отец. Отец считает его другом, поэтому он так себя ведет.

— Почему он