Восьмой дан Владимира Путина - Дмитрий Игнатьевич Выдрин

Путин : Согласен. Это пресловутые трудности перевода. Хотя за ними много философии: семь самураев – это спасители, а освободители рядового Райана – это спасатели. Но сейчас о другом – вы научили меня, что победа невозможна, если жалеешь себя. Ваша самая нелюбимая фраза «оцукарэ сама дэсита?», то есть «вы устали?»

Кано : Да, я ненавидел эту фразу, но уточню: победа невозможна, если ты себя жалеешь. Но она недостойна, если ты не жалеешь своего противника.

Путин : Когда вы провели свою знаменитую схватку с гигантским русским боцманом, все были поражены, что вы явно думали о победе, но и старались не покалечить его о жесткую палубу.

Кано : После этого я зарекся сражаться с русскими. Да, они себя не жалеют. Но думайте и о противнике. Вы – мой первый русский ученик, который пытается это сделать. Поэтому вас часто не понимают и свои, и чужие. Поэтому вы выигрываете у чужих и даже у своих.

Путин : Я помню ваши знаменитые пять принципов. Первый – наблюдай за собой, наблюдай за своей жизнью, наблюдай за близкими, наблюдай за всем. Второй – всегда и везде владей инициативой. Третий – осмысливай обстоятельно, действуй решительно. Четвертый – знай, когда остановиться. Пятый – придерживайся среднего между радостью и грустью, трудоголизмом и ленью, храбростью и осторожностью.

Кано : Похвально, что вы помните то, что я сам забыл. Хотя главное всегда лежит за пределами принципов. Главное то, что субъективное всегда выше объективного.

Путин : Я это понял, когда читал в детстве, как вы разбрасывали кучу противников, как горячие пирожки, хотя объективно каждый из них был в два раза тяжелее и сильнее вас. Поэтому я и смеюсь, когда мне говорят, что Россия не может тягаться в мировой геополитической конкуренции со странами, чей ВВП на порядок больше. Они не понимают, что на их ВВП есть мой личный ВВП.

Кано : Согласен: дух, бусидо первичны.

Путин : Наверное, поэтому американская администрация сразу после оккупации Японии распоряжением командующего Макартура запретила в стране дзюдо и другие боевые искусства. Они боялись возрождения самурайского духа. Просчитались только с номером приказа о запрете – 404!

Кано : Вам не идет злорадство – все рано или поздно просчитываются, и цифры здесь не имеют значения.

Збигнев Бжезинский

Путин : Меня интригует все «чистое». В том смысле, в каком говорят «чистые металлы», «чистая прибыль», «чистая правда»… То есть некие субстанции без всего лишнего, инородного, без примесей. Тогда легче разобраться в природе, происхождении, возможностях этих субстанций. Вот вы – образчик чистой ненависти ко всему русскому. Ваша ненависть не замутнена, никак, ничем и никогда не закамуфлирована. Никто до вас на Западе так четко не технологизировал эту ненависть: против России, на обломках России, за счет России. Это интригует.

Бжезинский : Интриги нет. Просто я с этим родился.

Путин : Кстати, никто не знает, где вы родились. В ваших биографических версиях называют и Варшаву, и Харьков…

Бжезинский : Вот уж не поверю, что вы не знаете. Вас называют самым информированным человеком в мире. А что до места рождения – это всего лишь маленькая мистификация. Я думаю, политик должен скрывать точное время своего рождения, а политолог – место.

Путин : Что-то связанное с гороскопами, социометрией, личными легендами?

Бжезинский : Почти.

Путин : И все же ненависть…

Бжезинский : Я поляк по происхождению, американец по судьбе, политический игрок по призванию. Перемножьте все это – и что получите на выходе?

Путин : Да знаю я, знаю, что получается. Но чувства, мысли, смыслы – это не результат голой математики. Вот сейчас атаку ваших единомышленников на все русское часто организуют в форме атаки на мою скромную персону. Мне даже где-то лестно, хотя понимаю всю бредовость замысла. Но посмотрите на меня – что во мне лично вызывает у вас особую ненависть: моя внешность, стиль мышления, мои идеи и принципы, образ жизни? За что вы так меня ненавидите?

Бжезинский : Давайте, Владимир, без персонификации. Не будем переходить на личности. Но вот наше отношение к русскому миру…

Путин : Извините, не могу не перебить. Ну почему западные лидеры мнений всегда прячутся за абстракции: за какие-то ценности, общие подходы, глобальное видение? Когда я работал в Германии, увлекся Гегелем. Перечитайте его работу «Кто мыслит абстрактно». Там философ как раз и говорит, что абстрактно мыслят западные филистеры, мещане, кухарки и это может убить Запад. Кстати, он сказал, что конкретно мыслят философы, если они настоящие. А я добавлю – и русские, если они настоящие. И в этом тоже наше отличие от Запада. Может, как раз за это вы нас и не любите? Мы не вмещаемся в ваши абстракции.

Бжезинский : Вы против толерантности, гуманитарных прав, равенства полов, глобальности мира, КГБ…

Путин : Опять двадцать пять – речь не эксперта, а «общечеловека». Да ладно, привыкли уже. А правда, Збигнев, что в одной из постсоветских стран вы пытались взобраться для фото на постамент сверженного Ленина, но ступенька стремянки обломилась? Тяжела, видно, мировая шахматная доска?

Бжезинский : У вас даже постаменты бывшим вождям слишком громоздкие – культ личности.

Путин : А может, просто ваши вожди слишком маленькие для наших постаментов?

Бжезинский : Вот это вечное ваше самомнение – тоже повод для ненависти.

Путин : Это не самомнение, а самоуважение, вообще-то. Збигнев, вы торговали ненавистью от президента Картера до президента Обамы. За ненависть хорошо платят?

Бжезинский : Провокационный вопрос! Я никогда ничем не торговал, кроме знаний.

Путин : Охотно готов поверить – вы умный человек. Только сложно объяснить, за что один ваш сын в юном возрасте стал международным журналистом, а другой – работником конгресса?

Бжезинский : Опять вы хотите меня поразить всезнайством. Не получится! Они просто талантливые парни.

Путин : Ну да, если папа умный – свои талантливые парни по папиной протекции идут в конгресс, а чужие по папиному сценарию погибают в Афгане.

Бжезинский : Русские своих не жалеют!

Путин : Это нам самим решать! Но вот завтракать мне с вами расхотелось – думал, узнаю что-то новое, а только аппетит испортил.

Дональд Трамп

Путин : Откровенно говоря, мне не нравится все чрезмерное: чрезмерный вес, богатство, откровенность… Вы – чрезмерный человек, но почему-то мне нравитесь.

Трамп : Дело в том, что мы очень похожи. Мы из одного карраса, как сказал бы Воннегут.

Путин : Я читал «Колыбель для кошки», но не надо, как говорит Шойгу, искать вежливую кошку в темной комнате, особенно без тепловизора.

Трамп : А я уже ее нашел! Все дело в том, что мы с вами рыжие!

Путин : Я вроде был блондинистым.

Трамп : Нет, вы, как и я, рыжий! По крайней мере, сейчас. Не все понимают суть рыжих, которая их отличает от других, в том числе и в политике. Черные не знают, чего они хотят. Белые знают, чего они не хотят. И только рыжие знают, и чего они не хотят, и чего хотят.

Путин : Но вас в Америке называют «сердитый белый человек».

Трамп : А я рыжий! Спокойный рыжий человек. И ты тоже! Кстати, давай перейдем на «ты». И ты только сейчас стал рыжим, а в начале был то черным, то белым.

Путин : И много нас в союзе рыжих?

Трамп : Пока не очень – ты, я, Сильвио да дочка моя.

Путин : Маловато. А Чубайс?

Трамп : Он не рыжий, а ржавый: не золотой, а железный. Да, нас мало, золота тоже меньше железа, но что дороже?

Путин :