Будни старого психиатра. Байки о пациентах и не только - Доктор Иваныч

– Здравствуйте, я – мастер цеха. Что с ним такое?

– Ничего хорошего. Инфаркт плюс АВ-блокада. Сейчас в областную повезём.

– Значит, он теперь долго не выйдет?

– Да, долго. А может и вообще не выйдет, ему же физический труд будет противопоказан.

– Эх, ё! А от чего это всё? Он на больничном-то был всего один раз, когда палец сломал.

– Скорей всего, из-за высокого холестерина и крови сильно густой. Но это просто предположения.

Эх и издёргался я по пути в стационар! Ведь от такой патологии можно ожидать что угодно, в том числе и внезапную смерть. Но, к великому счастью, всё закончилось благополучно.

Далее нас вызвали на ДТП к мужчине тридцати девяти лет. Ехать предстояло далеко, за город, а потому возмущению моему не было предела. Ещё бы, вызов экстренный, но за двадцать минут никак не доедешь. Поэтому взялся я за рацию:

– Центральная!

– На приёме.

– Это шестая. Надежд, ты дала нам срочный вызов, но мы далеко находимся. Передай его на третью подстанцию, им же ближе!

– Не могу, третья сегодня закрыта, там электричество отключили, все бригады по другим подстанциям раскидали. Самые ближайшие только вы.

– Ладно, всё понял.

– Спасибо, Юрий Иваныч!

Место ДТП находилось рядом с областной психиатрической больницей. Гаишники уже работали, человек восемь зрителей, подобно оцеплению, выстроились шеренгой на обочине. Пострадавший лежал на мокром грязном асфальте у края проезжей части. К счастью, был он в сознании. Быстренько загрузили его в машину, и прежде чем осматривать, я сперва порасспрашивал:

– Что вас сейчас беспокоит?

– Вот тут всё болит, – показал он на нижнюю часть живота и область таза. – И правая нога болит, наверно, сломал.

– Ноги можете выпрямить?

– Нет, больно.

– А вы их чувствуете?

– Да.

Когда стали выяснять паспортные данные, он сообщил, что в настоящее время лежит в четвёртом отделении психиатрической больницы и во время прогулки решил сходить в магазин. Это бывшее отделение неврозов, а ныне – психотерапевтическое. Лечатся там люди вменяемые, без психозов, а потому и режим достаточно свободный. Ежедневно они могут гулять без присмотра, но выход за территорию им запрещён. В общем, пострадавший не только себе нашёл беду, но и работников отделения подставил. Теперь, как водится, всех напропалую накажут, особо не разбираясь в виновности-невиновности.

Диагностировал я много всего: перелом костей таза, под вопросом ушиб правого бедра, гемоперитонеум[13] 2-й степени и травматический шок 2-й степени.

Пострадавшего обезболили наркотиком и наладили капельницу с кристаллоидным раствором. Когда я вышел, чтобы пообщаться с гаишниками, ко мне тут же подошли двое мужчин:

– Ну что с ним такое? – спросил один из них.

– Травмы всякие-разные.

– А вы куда его повезёте?

– А вы ему кем приходитесь?

– Да мы с ним в одной палате лежим, сейчас надо будет врачу обо всём рассказать.

– Тогда скажете, что увезли в отделение сочетанной травмы областной больницы.

– Ну Андрюха и попал, блин! Мы же вместе дорогу переходили. Я прошёл нормально, а на него машина откуда-то выскочила, сразу бамс – и всё!

– Что же делать, значит так уж было суждено.

Сообщив свои данные гаишникам, увезли мы пострадавшего на долгое-предолгое лечение.

Далее нас вызвали к девушке девятнадцати лет, у которой психоз приключился.

Открыла женщина средних лет приятной внешности и тормознула нас в прихожей:

– Здравствуйте! Погодите, дайте я вам всё расскажу. В общем, она болеет с семнадцати лет…

– Извините, а она вам кем приходится?

– Как кем? Дочь. У неё шизоаффективное расстройство и раз в год бывают обострения. Как всегда, депрессия и «голоса». Мы сегодня утром были в ПНД, хотели, чтоб ей направление в больницу дали. А она взяла и отказалась! Уж мы её и так и сяк уговаривали, но нет и всё, ни в какую! Ей там навыписывали всего, а толку-то что, без больницы она в себя не придёт.

– А вы надеетесь, что она сейчас передумает и согласится?

– Она уже согласна, сама попросила вас вызвать.

Больная лежала на кровати, повернувшись лицом к стене. Услышав, что мы вошли, она медленно и нехотя села.

– Здравствуйте, Даша! Как ваше настроение?

– Никак, плохо всё…

– А что именно плохо-то? Что вас беспокоит?

– Надоели эти «голоса» дурацкие! Пытка какая-то!

– Они откуда слышатся, со стороны или из головы?

– Из головы.

– И что они вам говорят?

– Какая-то женщина объявляет: «Сейчас придёт мама!» Противный такой голос, не знаю, как назвать… Компьютерный какой-то, нечеловеческий. А мужик меня обзывает постоянно: «Ты уродина, ты страшная, ты никому не нужна».

– Даша, но вы понимаете, что эти «голоса» ненастоящие, что они из-за болезни?

– Да мне легче, что ли, от этого? Пусть из-за болезни, но они же реально меня мучают!

– А это значит, что нужно полечиться в больнице. Вы там уже бывали и знаете, что что все «голоса» уйдут бесследно.

– Но там же как в тюрьме! Ничего нельзя, всё запрещено! Сейчас меня в наблюдалку положат вместе со всякими дурами!

– Даша, нужно потерпеть лишь первое время. И если всё будет хорошо, то вас переведут в четвёртое отделение. Вы же это знаете, наверно?

– Знаю… Ладно, сейчас соберусь…

Шизоаффективное расстройство (ШАР) представляет собой этакий гибрид шизофрении и нарушений настроения. Оно может быть беспричинно повышенным, маниакальным; беспричинно пониженным, депрессивным или смешанным, маниакально-депрессивным. В отличие от шизофрении, ШАР протекает доброкачественно, между эпизодами болезни всегда имеются «светлые» промежутки с полной ремиссией. А главный положительный момент заключается в том, что это заболевание никогда не приводит к необратимым изменениям личности. Вот по этой причине можно с уверенностью сказать, что Даша не превратится в беспомощного инвалида с разрушенным личностным ядром.

После освобождения нам обед разрешили. Но вначале, как всегда, я карточки сдал в диспетчерскую. Ведь обедать нужно спокойно, с чувством, с толком. А если тебя грызёт мысль о несделанных делах, то какое может быть удовольствие от еды? Быстро сдать не получилось, пришлось переписывать карту вызова на ДТП из-за неправильного времени. Реальный доезд составил двадцать восемь минут, а нужно, чтоб не более двадцати. Отказаться переписывать нельзя, иначе страховая и наше руководство сделают очень суровое «а-я-яй».

На этот раз ни о каких «пойти прилечь» даже и речи не шло. Вызов дали минут через пятнадцать после обеда: задыхается мужчина сорока трёх лет с травмой шеи. Опять, <распутная женщина>, задых! Ни одна смена без этой пакости не обходится!

Квартира находилась в двухэтажном доме старой постройки. Хотя было бы правильней назвать её «алкохатой». Кругом грязь и вонь невообразимые. Там нас встретили трое мужчин и одна дама, внешности которых прекрасно