ТСК: Особый случай/Точка преломления - Константин Владимирович Ежов

надо. Моей отлучкой воспользовались все, но только Фроська прошмыгнула в помывочную, красная как рак. Интересно, она всерьёз думает, что я там что-то не видел? Или её выпирающие рёбра обладают особым эротизмом? Вообще-то, мои симпатии к ней зиждутся на другом! Эх, женщины! Если Игоревна всё же как-то жалась, хоть и пыталась это скрыть, но красные пятна на лице сдавали её с потрохами, а вот Хо Тхи Ти стеснения от моего присутствия не испытывала ни капельки. Да! Таки получил в результате свою порцию стриптиза! А как она продефилировала в помывочную…. Блин! Я же раздеться хотел! Угу. Только вспомнил про это не сразу. А когда последняя из спутниц скрылась за дверью.

— Я греться, — заявил женской троице, проходя через помывочную.

— Я тоже, — заявила племянница мафиозного босса и тут же подорвалась за мной.

Это вызвало цепную реакцию у остальных. Первой устремилась за ней наш стрелок горный и только потом Фроська, демонстрируя всем своим видом смелость дерзкого нахохлившегося воробья. Во всяком случае, именно это мне пришло в голову. Естественно, как истинный джентльмен, пропустил дам вперёд. И не только, чтобы очередной раз насладиться видом первых двух. Не давала мне никак покоя мысль. При схожем телосложении Ти воспринималась прямо-таки безоговорочно лучше Игоревны. И нашему горному стрелку не помогли груди четвёртого размера, против третьего у азиатки. При том, последняя даже слегка «шире в кости», что ещё сильнее снижало визуальный эффект от них. Такое впечатление, будто это очень тщательно обработанная картинка, а не живой человек. И поверьте, от такого испуг не появляется, а как раз наоборот. Но на мысли наводит. Если бы она была из наших, сказал бы однозначно, как минимум из «второго круга». Не простые родители у неё были, ох не простые. Нужно было уточнить. Хотя и сам мог догадаться, кто мог дружить с «моим» дедом, пусть и примерно. А вот чем может грозить мне, стоит поразмыслить.

— Ты чё, вообще ошалел! — воскликнула Фроська, оттолкнув меня в сторону.

— Извини. Задумался.

Серьёзно. Да так, что чуть на неё не уселся, не видя ничего вокруг.

— А я была бы не против, — заявила Ти сразу же.

— Слушай, давай серьёзно. Если не прекратишь так себя вести, даже думать о подписании с тобой договора перестану. У меня и без тебя проблем выше крыши, хоть они и не такие острые. Бери пример вот с них. Если что, вам долго жить вместе. А про право худшего и так знаю.

— Да, господин, — легко согласилась она.

Даже глаза характерно потупила и неуловимо изменила позу, продемонстрировав покорность.

— Ну что, париться? — решила разрядить обстановку Игоревна.

— Я пас, — ответил ей.

— Но почему, господин? — решила не отставать она.

— Разве не видишь эти шрамы? Соединительная ткань не имеет чувствительности, а не повреждённых участков на коже не так и много, да и ощущения от них в итоге, странные. Потому просто погреюсь.

— Не понимаю, где их так много можно было получить. Ваши родители были садистами?

— Хм. Тоже версия. Но вряд ли. На самом деле просто не помню. Но выясню, придёт время! А пока учусь жить заново. Давайте уже просто помоемся. Нам ещё одежду подобрать надо. Это и тебя касается, Хо Тхи Ти. Один черт, хуже уже не станет.

Будем надеяться, её тётушка права, и достаточно моей фамилии. Ещё новые комнаты обустраивать. Интересно, а с этим можно присоседиться к халявному приобретению одежды? Или это будет уже наглость?

Глава 8

— Юстина, мне сегодня сделали предложение.

— Неужели теперь это право за женщинами⁈ Как низко ты пал Анджей….

— Прекрати пороть чушь. Я серьёзно!

— Ладно-ладно. Какое именно?

— Стать личным тренером по боевым искусствам у дворянина «второго круга».

— Хоть ты мне и старший брат, но сейчас несёшь полную чушь! Прости уж за мою прямоту. Чтобы там доверили воспитание молодёжи посторонним! Да не бывает так!

— Я и сам понимаю, как это звучит, но даже не это самое шокирующее. Знаешь, как фамилия потенциального подопечного?

На это девушка ничего не ответила, а только вопросительно посмотрела.

— Захаров!

— Однофамилец?

— Вот и нет.

— Постой, но его же убили. Что опять воскрес⁈

— Сестра, речь не про него!

— Тогда вообще ничего не понимаю!

— Речь про его внука….

— У этого чудовища есть дети⁈

— Тише-тише. Если бы не его появление тогда, ещё не известно, как далеко зашли в итоге Багратиони.

— А что толку⁈ Род Сангушко буквально раздавлен! Мы хоть и не главной ветви, но где теперь находимся? А через что пришлось пройти нашей матери⁈

— Юстина, успокойся. Тогда не было бы тебя, и, возможно, я в итоге не выдержал бы всего этого и сломался. Император нам ничего не был должен, однако защитил «звёзды», послав своего личного слугу.

— Прямо-таки бескорыстно⁈

— И много ты знаешь бессребреников? Мы сами виноваты, что так бесславно проиграли войну.

— Ладно, забыли, — сказала девушка решительно, тряхнув головой.

— Так что решать будем? — задал насущный вопрос Анджей.

— Это как будто милостыня нищим.

— А мы теперь они и есть. Сама посмотри, — ответил он ей и повёл рукой вокруг.

Это был убедительный аргумент. Небольшая комната в 12 квадратов на подземном этаже. Соответственно, нет даже маленького окошка. Подвал, он и есть подвал. Обставлена совсем небогато. А если учесть расположение дома…. Снимать что-то более приличное у брата Сангушко-Млодый попросту не было средств. Сестра училась в университете и сейчас проходила преддипломную практику, соответственно деньги в дом приносил пока только он. Нет, на каникулах Юстина тоже подрабатывала, если удавалось найти место.

— Тогда чего спрашиваешь?

— Не сердись. Его фамилии достаточно, чтобы защитить твою честь от посягательств профессора.

— Я договор подписывать не буду!

— Да кто про него говорит-то? Но сама вспомни, что тебе его ассистентки рассказывали.

От последних слов брата она как-то вся сжалась.

— Вот! Он ещё имплантат обещал, — продолжал он убеждение строптивой.

* * *

— Тётя Таня и тётя Ти можете здесь располагаться.

— Фрось, а это точно комната… — на последнем слове Игоревна замялась.

Производила то ощущение пустого помещения из-за малого количества мебели и большой площади, превышавшей сорок квадратных метров.

— Трифона? Но вам лучше его господином Захаровым