Не грози Дубровскому! Том II - Антон Панарин

Подпустив противников на расстояние удара, я сделал шаг вперёд и по широкой дуге рубанул алебардой. Лезвие со скрежетом врезалось в доспех, соскользнуло вверх, и попало чётко в шею грызуна, срезав его голову.

До центра арены оставалось десять метров, а проклятые грызуны взяли меня в кольцо. Уродливые морды скалились, из их пастей текла вязкая слюна, а глаза горели жаждой крови. При этом грызуны порядком воняли.

Увидев, что меня взяли в кольцо, арбалетчики расслабились и решили добить Юлию. Но давать им такой возможности, я не собирался. Размахнувшись, я швырнул алебарду по широкой дуге прямиком в стрелков. Не долетев пары метров она громко звякнула, ударившись о землю, но отвлечь грызунов всё же смогла.

Увидев, что я без оружия крысолюды пошли в атаку. Грызун ударил топором и распорол мне рубаху, слегка порезав кожу. Прыгнув вперёд, я поймыл крысу за лапы и со всего размаха рубанул лбом ей в нос. Жалобно пискнув, грызун ослабил хват и у меня появился новенький одноручный топор. Впрочем, полюбоваться им я не успел.

Со спины послышался топот ног, и крутанувшись на месте, я в последний момент сумел увернуться от тычка копьём. Лезвие прошло мимо, и скрежетнуло по доспеху крысы, у которой я отнял топор. На отскоке я ударил по древку копья перерубив его.

Не давая мне передохнуть, одноглазый грызун швырнул в меня кинжал. Вращаясь в воздухе, он нёсся мне в грудь, но я успел отпрыгнуть назад и отбить его обухом топора. Краем глаза я заметил, что стою внутри магического круга. Крысы насторожились, и отступили назад, освободив пространство для выстрела арбалетчиков.

Пока они расступались, я одновременно призвал Слая и Клювика. Покинув мою тень, Клювик подхватил слизня и взмахнув крыльями полетел к арбалетчикам, которые тут же перевели внимание с меня на коршуна. Три щелчка и два промаха, но один болт достиг своей цели и пробил насквозь и Слая, и Клювика.

Клювик исчез и вернулся ко мне, а вот рана полученная Слаем моментально затянулась. На подлёте к крысолюдам, слизняк расплескал своё тело тонкой плёнкой и накрыл собой арбалетчиков. Жуткий писк, наполненный болью и ужасом, пронёсся по арене. Грызуны катались по земле, пока их тела стремительно таяли.

Зрители арены освистали меня. Видимо им не понравилось то, что я до сих пор жив. Лишившись арбалетчиков крысолюды тут же, бросились в атаку желая не дать мне времени на использование магии. План был отличный, но я уже имел дело с их сородичами, хотя они и были значительно меньшего размера.

Когда крысы приблизились, из земли вырвались сотни лоз и оплетя грызунов. Через пасти проникли внутрь и разорвали им сердца. Я показушно рухнул на песок арены вместе с трупами крыс и услышал голос ведущего:

— Нууу. Это было что-то странное. Я даже не особенно понял понравилось ли мне. Как вам?

— Шляпа полная!

— Ой завались! Всяко лучше, чем предыдущий бой!

— Пойдёт!

— Вижу мнения разделились. Да, неоднозначный бой. Но парень молодец, храбро сражался. Ладно, тащите его обратно в клетку, и будем выпускать следующих. — Скомандовал ведущий.

Пока они болтали я призвал Грува в форме лозы и приказал ему закопаться так глубоко, как только сможет. А когда бои закончатся он будет должен выбраться с арены. Из-за своих воплей, никто из зрителей не услышал короткого «Грув». Лоза соскользнула по моему предплечью и утонула в песке арены.

Сверху на арену упала металлическая сетка с огромной ячейкой размером в два метра, и я мгновенно потерял возможность использовать магию. Как же хорошо, что Грув не питается маной.

На песок выбежала толпа уродов вместе с крысолюдами. Грызуны утащили своих собратьев, чтобы сделать из них консервы, а уроды пожаловали по мою душу.

— А ты паскуда заставил понервничать. Я испугался что ты сдохнешь. Сто рублей всё же это сто рублей, не хотелось бы их проиграть. — Усмехнулся Мирон и приказал. — Хватайте его и несите обратно в клетку.

Уроды скорчили выражение лица, говорящее «заткнись умник, мы и без тебя знаем, что делать.», но огрызаться никто не стал и приказ был мгновенно выполнен.

Меня повели под руки в сторону клетки, а я смотрел по сторонам на три десятка арбалетчиков, которые прямо сейчас целились в меня. Да, уродов я мог бы прикончить за секунду и попытаться сбежать. Но проклятые арбалетчики сделают во мне слишком много лишних отверстий…

Когда меня запихнули в клетку, я заметил одну очень важную деталь. У Мирона на поясе висел какой-то артефакт, нажав на который он заставил дверь клетки закрыться. Странно. Видимо этот металл не даёт использовать ману, а вот если в клетку встроено магическое устройство, то таких проблем не возникает.

Мышкина прыгнула мне на шею и рыдая стала целовать меня.

— Я думала ты погибнешь. — Сбивчиво всхлипнула Юлия и стёрла слёзы ладонью.

— Ты знаешь, я как раз планировал выжить ради такой радушной встречи. — Улыбнулся я и прижал её к себе.

— Это что, кровь? — Испуганно она посмотрела на свою руку, окрашенную красным.

— Так! Голубки, заткнулись! А то сейчас элистричиством тряхану, мигом умолкните. — Возмутился одноглазый, грузя нашу клетку на телегу.

* * *

Иркутская академия магии.

Кабинет ректора.

— Вадим Станиславович, я собственными глазами видел, как мои друзья упали в портал! — С красным лицом и трясущимися руками выпалил Оболенский.

— Молодой человек, успокойтесь. Вы просто получили травму головы и вам привиделось. — Спокойно ответил ректор, постукивая пальцами по столу.

— Проклятье! Да с чего вы взяли что у меня травма⁈ Да, есть небольшое рассечение, но я в здравом уме! Мы должны что-то делать!

Казалось, что Оболенский вот-вот сорвётся и вцепится в глотку ректору.

— Григорий Ярославович, два уважаемых мной мага сообщили что ваши друзья погибли. Я их знаю больше двадцати лет и у меня нет оснований им не доверять. Потеря студентов — это трагедия для академии, а потеря друзей для вас и вовсе ощущается как конец света. Знали бы вы сколько друзей я похоронил за свою долгую жизнь. Порой такое случается. Отправляйтесь в лазарет, я попрошу вас тщательно обследовать и исцелить. Думаю, после этого память к вам вернётся. — Ректор говорил мягко, но в каждом слове ощущалась жесткость.

— Да почему меня никто не слушает⁈ — Возмутился Оболенский и вышел из кабинета громко хлопнув дверью.

В том походе погибли три студента, их тела лежат в морге и ещё семеро пропали без вести. Можно было бы списать всё на ежегодные потери, но из-за слов Оболенского в душе ректора с новой силой разгорелись сомнения, которые и без того терзали его.

Каждый год кто-то из студентов погибал. Правда не всегда исчезали тела. А вот когда они исчезали, то зачастую поблизости находится профессор порталов Станислав Карлович. Странное совпадение. Но без доказательств обвинять человека бессмысленно, тем более что в других походах тоже пропадали студенты, правда в десяток раз реже.

* * *

В поселении царила мрачная атмосфера. Студенты видели, как увозили десятки им подобных, а назад возвращались лишь единицы. Никто не питал слепых надежд насчёт выживания. Но при этом все как один задавали одни и те же вопросы «Как там?», «Что делать, чтобы выжить?», «Всё так плохо?», «Где остальные ребята?».

Мимо нас протащили клетку Льва и Огнёвых. Я встретился глазами с другом и коротко сказал.

— Любой ценой доберись к центру арены.

Лев кивнул, а Огнёвы, переглянувшись начали шушукаться. Увидев реакцию братьев, я добавил:

— Следи за спиной.

* * *

Каверны. Арена.

Львов Лев Львович.

Лев смотрел сквозь решетку клетки, как на арену вываливается толпа из двадцати крыс. Семь арбалетчиков, четыре копейщика, пять мечников и четыре грызуна вооруженных двуручным оружием.

— Если будем действовать слаженно, выживем. Делимся на две группы, вы пойдёте направо, — Лев посмотрел на Огнёвых,