Не грози Дубровскому! Том II - Антон Панарин

— А если я выйду из клетки, а потом решу ослушаться? — С вызовом спросил забинтованный.

— Я тебя убью. — Холодно сказал я и посмотрел ему в глаза. — Чего притихли? Посидеть молча день, а после наслаждаться жизнью или сдохнуть из-за тупого гордеца? Уверен среди вас лишь разумные люди, и вы поймёте почему я выставил подобные условия.

— Нам вернут оружие? — Поинтересовался толстяк с дурацкими усами.

— Всё ваше барахло лежит на втором этаже, но вы его получите только завтра утром. До этого момента оружие будет только у меня, — Поняв, что они не знают кто этот я, решил представиться. — Меня зовут Дубровский Виктор Игоревич. Помогать мне следить за порядком будет Львов Лев Львович и Мышкина Юлиана Сергеевна. Поднимайте руки, кто согласен на моё условие.

Я думал, что аристократы будут ломаться и ждать первого собрата, давшего слабину, чтобы после сказать: «Я держался до последнего, но раз уж все решили…», но нет. Аристократы за мгновение подняли руки все до единого. Даже сумасшедший Бориска заголосил.

— Славься Дубровский Виктор Игоревич! Спаситель наш! Славься! Славься!

Но посмотрев на этого дурачка, я решил его пока не выпускать. Остальных же аристократов я выпустил на свободу и указал на крайний дом слева. Там располагалась столовая наших надсмотрщиков, куда и ломанулись аристократы чтобы наконец поесть чего-то кроме помоев. Ломанулись все кроме Огнёвых и Картаполова.

— Вить, выпускай давай. Всё ж без нас сожрут. — Сказал Илья Огнёв, нацепив свою самую добродушную улыбку, такую же я уже видел в джунглях. — Клянусь всем на свете что будем тебя слушаться. Открывай.

— Ты же не собираешься их выпускать? — Спросил Лев встав рядом со мной.

— Они пытались убить меня и тебя. Как думаешь я настолько добр чтобы прощать убийц? — Я посмотрел на Льва вопросительно подняв брови.

— Да что-то непохоже.

— Грув, зацепи лозами клетку. Покажем нашим друзьям местные достопримечательности. — В моём голосе прозвучал металл.

— Грув! Грув!

Малыш захлестнул клеть двумя лозами, после чего отбросил их как ящерица отбрасывает хвост.

— Ну что Лев Львович, хватайся. Покатаем братьев. — Усмехнулся я.

Огнёвы увидели на моём лице недоброе и тут же заголосили.

— Э-э-э! Вы чего это? Вы куда нас тащите? Мы же поклялись подчиняться! — Орал Егор.

— Да, клятва убийц так дорого стоит, что за неё и кроху хлеба не купишь. — Пыхтел Лев, пока мы волокли клетку к обрыву.

— Каких убийц⁈ Дядя, ты нас с кем-то путаешь! Ты чё несёшь⁈ — Заорал Илья и бросился к лозам пытаясь их разорвать одной рукой.

— Ребятки, хватит притворяться. Вы трижды пытались убить меня в академии, а сегодня пытались убить Льва. Таких тварей как вы отпускать нельзя. Считайте, что вы сами вырыли себе могилу. — Сказал я и остановился у самого обрыва.

Обойдя клетку, я спросил:

— Будет последнее желание? Может родне что-то передать?

— Чтоб ты сдох тварь! — Выкрикнул Егор и попытался в меня плюнуть, но промахнулся, а вот старший брат был куда более доброжелателен.

— Вить. Пощади, умоляю. Это всё Егор. Это он меня подговорил. У меня с тобой тёрок нет. Мне вообще весь этот конфликт не нужен. Отпусти, всеми богами молю тебя. Ты меня больше никогда не увидишь и не услышишь обо мне. — Выпалил Илья, а Егор смотрел на своего старшого и не мог поверить, что тот его предаёт.

— Ладно братья. Я вас отпускаю.

— Правда? Спасибо тебе! Ты не пожалеешь! Я тебе обещаю! — Радостно заголосил Илья за секунду до того, как я пнул клетку сбросив её в обрыв.

Братья улетали в черноту бездны, и только протяжное «Сукааааа» разносилось по кавернам. Через полминуты послышался глухой удар. Без возможности колдовать эта парочка гарантированно разбилась насмерть.

— Я, кажется, понял шутку. Ты сказал, что отпустишь их, но вместо этого сбросил с обрыва. Ты имел ввиду что отпустишь им грехи, да?

— Так и есть. — Усмехнулся я и пошел в обратную сторону.

— Забавно. Я, конечно, не осуждаю то, что ты избавился от этой парочки, но хочу сразу предупредить. Если хоть кто-то из спасённых аристократов видел гибель Огнёвых и доложит их отцу, то это создаст огромные проблемы и тебе, и мне. Но я с тобой до конца. Отобьёмся. — Лев кивнул и улыбнулся.

— Рад это слышать друг. А насчёт аристократов не волнуйся, они сейчас в дальней части дома жрут всё что видят. С той стороны здания ни одно окно не смотрит на нас. А если кто и увидел, то сейчас меня это не заботит. Главное выбраться отсюда.

Вернувшись назад, я озадаченно посмотрел на Картаполова.

— С одной стороны мне тебя не за что убивать. А с другой стороны, твой отец вырезал весь мой род. — Я взял театральную паузу и посмотрел на Михаила.

— Делай что хочешь. На меня всем плевать. И отцу, и окружающим. Я всего лишь слабак с сильной фамилией. — Картаполов усмехнулся и продолжил исповедь. — И ты прав. Я сам всё испортил. Всю жизнь стремился что-то доказать отцу, а в итоге падал всё ниже и ниже. Пытался брать на себя непомерную ношу и каждый раз не оправдывал возложенных на меня ожиданий. — Михаил смотрел в пустоту и сказал поникшим голосом. — Знаешь, за всю жизнь меня любила лишь мама. А мой старик её убил. Если ты прикончишь его, я тебе скажу за это спасибо. А если убьёшь меня… — Он вытер лицо ладонью и посмотрел мне в глаза. — Что ж, я буду не против. Наконец то снова встречусь с мамой.

— Сильная речь. Что думаешь Лев? — Спросил я у друга.

— Думаю, что у парня низкая самооценка.

— Согласен. Послушай, что я тебе скажу Миша. Вёл ты себя как говнюк во время нашей первой встречи. Но за хамство я не убиваю. Это, во-первых. — Загнул я палец посмотрев ему в глаза. — А, во-вторых, открой глаза! Сюда попало двести пятьдесят человек, а выжило чуть меньше шестидесяти. Ты попал в двадцать процентов сильнейших магов со всех академий империи. Поэтому я не могу согласиться с тем, что ты слабак с сильной фамилией.

Михаил уставился на меня, не понимая куда я клоню.

— Судя по всему ты хороший маг, а я не привык разбрасываться толковыми людьми. Я предлагаю тебе сделать выбор. Ты можешь присягнуть мне на верность здесь и сейчас. Грув, кольцо. — Ко мне подошел древень и протянул перстень похожий на мой. — На кольцо наложено заклятье. Если предашь меня, то в тот же момент умрёшь. Если будешь верой и правдой служить, я постараюсь чтобы жилось тебе отлично и глупые мысли не лезли в голову.

Михаил, не понимая, что происходит смотрел на меня и было заметно как в его голове сейчас завывает ураган мыслей. Спустя минуту он спросил:

— А если откажусь, ты меня сбросишь с обрыва?

— Совершенно, верно. Врагов за спиной я больше не оставляю. — Я хищно улыбнулся, для того чтобы Картаполов поверил в мой блеф, ведь в перстень не было встроено никакого заклинания.

Михаил встал с колен и приложив руку к сердцу сказал:

— Я присягаю на верность роду Дубровского и пусть мою душу сожрут боги, если я тебя предам.

Из глаз Михаила покатились слёзы. На слёзы радости было непохоже, скорее уж внутренняя борьба с самим собой. Борьба с голосом который всю жизнь нашептывал ему «ты ничтожество, ты ни на что не годен!». Парень поверил голосу и даже бросил пытаться что-то изменить. Так, предпринимал робкие попытки, которые тут же бросал при появлении первых трудностей.

Я открыл клетку и вручил ему перстень.

— Теперь моя фамилия Продубровский? — Спросил Михаил, одевая кольцо.

— Что? Зачем тебе фамилию менять? У тебя ведь есть своя. Нет, если она тебе противна, то можешь сменить, дело твоё. Ты мне не раб, делай что душе угодно, главное приди на помощь, если я попрошу. И прекращай уже себя презирать, это раздражает. Пойдём в дом, пока аристократы не съели всё съедобное. — Усмехнулся я и хлопнул Картаполова по плечу.

В столовой царило сдержанное веселье. Аристократы лопали пироги и вяленое мясо, запивая всё это пивом. Но у бочки с пивом стояла вооруженная Мышкина и выдавала не больше одной кружки на человека. Умная девочка. Немного уменьшить стресс будет не лишним, а вот перебравшие спиртного нам не нужны.

Про Огнёвых никто из аристократов даже не вспомнил, ведь с ними