Злые улицы 2 - Наиль Эдуардович Выборнов

– Ну не сдавать же сейчас назад, - ответил Ломбардо. - Все-таки уже собрались тут.

– Да не, я не об этом, - сказал мой напарник. - Забылось уже, что это такое: валить кого-то в центре города. С войны год прошел, нормально жили, деньги зарабатывали.

– Пора привыкать, - вздохнул я. - Я же тебе рассказывал, что сказал дон. Скоро будет новая война. Так что опять будем с пушками по городу бегать. Я вот думаю, лишь бы легавые не привязались, иначе ведь и их валить придется. Чем это кончится, хрен знает.

– Доедем до места, где легавых не будет. Обгоним их и расстреляем прямо из окон. План простой и надежный.

– Ага, как швейцарские часы, - хмыкнул я. - Больно-то ты увидишь ночью, где есть легавые, а где их нет.

Ирландцы прибавили скорости, и Тони пришлось притопить педаль газа. На самом деле на ночных улицах можно и погонять. Полиции нет, пешеходов, так и норовящих попасть под колеса днем, тоже. Все нормально.

– Русские, блин, - сказал Джо. - Но я думаю, все не так просто будет. По-любому ведь Комиссия вмешается. Не дадут нам так усилиться.

– У них полрайона Тотти в нашем городе, - согласился я. - К тому же это самая сильная Нью-Йоркская семья. Если влезут, нам не отмахаться, разве что остальные семьи поддержат нашего дона.

– На самом деле этот придурок всех достал, так что поддержат, - сказал Джонни. - Я общался с солдатами из других семей. Многие из них хотели бы видеть дона Гвидичи председателем Комиссии.

– Ага, только если его убрать, то все кончится войной, - сказал я. - Передеремся за наследство. К тому же наверняка каждый из этих боссов видит главой именно себя. Всем не дают покоя лавры Лаки Лучиано, босса всех боссов.

– Счастливчик, - протянул Ломбардо. - Бедный ублюдок.

Тем временем мы уже выехали из ирландского квартала и гнали по длинной и широкой хорошо освещенной улице. Народа тут почти не было. Похоже, что пришло наше время.

– Все готовы? - спросил я. - Натягивайте маски.

Схватившись за шарф, я поднял его, закрыв рот и нос, надвинул пониже кепку, оставив только глаза. Остальные проделали то же самое.

– Газуй, - сказал я Тони. - Поравняйся с ними.

И принялся крутить ручку, опускающую стекло. Не через него же мне стрелять, в самом деле.

А когда наша машина догнала машину ирландцев и стала ехать вровень с ней, я высунулся из окна, вскинул "чикагскую печатную машинку" и утопил спусковой крючок. Ствол подбросило вверх, но перк "контроль отдачи" сработал, и его тут же увело вниз. В дверце машины появилось множество дыр, стекла покрылись пулевыми попаданиями и осыпались в салон. Водитель и пассажир задергались.

Тачка выехала в сторону, врезалась в столб, и остановилась, из-под капота валил пар. Что-то мы пробили там, радиатор, наверное.

Тони плавно остановил машину, и мы с Джо выскочили из нее. Я подбежал к задней двери, а мой напарник наоборот к капоту. Он вскинул автомат, и выпустил еще две короткие очереди, целясь в головы ирландцев. Чтобы их точно не откачали.

Открыв дверь, я схватил ручку саквояжа, быстро осмотрел его. Он лежал на полу, так что пули в него не попали. Нет, рваные купюры тоже можно реализовать, но пришлось бы обращаться к Левенштейну, а тот точно потребовал бы свою долю.

– Валим! - крикнул Джо, а через секунду я услышал сирену.

К машине я бежал так быстро, как не бежал никогда, запрыгнул на заднее сиденье, и захлопнул за собой дверь. Секунду спустя раздался звук закрывающейся двери с той стороны, куда ввалился Джо, и Тони резко тронул тачку с места так, что меня аж вдавило в сиденье.

Из-за поворота выскочила полицейская машина, с уже включенными сиренами. Тони выкрутил руль и каким-то чудом умудрился избежать столкновения. Наша тачка снова стала набирать скорость, легавые развернулись и помчались за нами.

– Быстрее! - крикнул я. - Дави на газ!

– Да это колымага не едет быстрее! - ответил Тони. – Кто ее вообще выбирал!

Джонни, очевидно не рассчитывал на то, что нам придется уезжать от полиции. Он выбрал не совсем ушатанную развалюху, машина была вполне в приличном состоянии. Но для погони она явно не годилась.

– Придется стрелять, - проговорил я.

– По легавым? - спросил Джо. - Не хотелось бы.

– А что делать, - выдохнул я и перезарядил автомат.

Развернулся, долбанувшись головой о потолок, высунулся в окно, прицелился, и принялся короткими очередями поливать машину полиции, целясь по двигателю.

Убивать полицейских мне не хотелось. Нет, если загонят в угол и дело будет идти к смерти или тюрьме, то я сделаю это, не раздумывая. Однако сейчас мы вполне себе могли сбежать, если выведем из строя тачку.

Над машиной появилась полоса прочности . Один из полицейских высунулся в окно, и принялся палить по нам из револьвера. Не очень-то скорострельное оружие, тем более, что его долго перезаряжать.

Джонни присоединился ко мне, и полоса прочности стала уменьшаться с удвоенной скоростью. Блин, в магазине всего пятьдесят патронов. Тоже хорош, надо было взять по два запасных или даже три. Лишних патронов никогда не бывает, пора бы это уяснить.

Нет, у меня есть еще и пистолет, но прицельная дальность по игре у него - двадцать пять метров. А мы хоть немного, но оторвались.

После очередного выстрела, мне выпал крит, и машина преследователей заглохла. Но тут же из-за угла вылетела вторая полицейская тачка, все так же оглашающая все окрестности сиреной.

Я на рефлексах развернулся и выстрелил, и каким-то чудом умудрился попасть водителю прямо в голову. Полицейская машина бортанула нас, и стала медленно останавливаться.

– Давай переулками, - сказал я, возвращаясь в машину. - Пока новые не появились.

– Не получится, - сказал Тони.

Я обернулся, и понял, почему. Как назло, ни единого выезда в стороны не было, а на следующем перекрестке нас уже ждали.

Наш водитель вдруг резко утопил педаль газа, и я вжался в сиденье, схватившись за ручку обеими руками.

От удара полицейскую машину отбросило в сторону, меня качнуло вперед и приложило головой о переднее сиденье так, что над полоской здоровья появился дебаф "оглушение", а перед глазами все поплыло.

Я помотал головой, и понял, что тряхнуло всех, но Тони даже в таком состоянии продолжил гнать