Трое из Леса возвращаются. Меч Томаса - Марго Генер

– Пощади! – раздался крик болотницы. – Там моя душа!

Она вынырнула из воды, зеленые волосы расплылись широкой лужей вокруг нее, глаза большие и перепуганные, болотница протянула к волхву руки в умоляющем жесте и жалобно смотрит.

Олег потребовал строго:

– Обещай больше не вредить.

– Обещаю…

– И доставить всех нас троих к дому, который зрит твое око.

– Доставлю…

– И не попытаешься навредить по пути и потом, – дополнил Олег и сильнее сдавил золотые стебли. – Мне оторвать стебель для надежности? Мало ли, обманешь. Ты хоть и болотница, но все-таки женщина.

Болотница поморщилась от боли, ее голос прозвучал обреченно и покорно.

– Не обману, маг… Не рви, не губи…

Олег расправил плечи и проговорил, расслабляясь:

– Вот так бы сразу.

Болотница взмахнула обеими руками, справа от нее всплыл широкий лист кувшинки, она забралась на него и села. Теперь, когда ни вода, ни лепестки не прикрывают ее ноги, видно, что вместо у стоп у нее утиные лапы.

– Не смотри так, – со смущением и печалью отозвалась она. – Мне самой они не нравятся. Но с такими легче плавать.

Олег кивнул.

– Хвалю. Красота в полезности, а не в напускном.

На губах болотницы мелькнула слабая улыбка. Она вытянула руки, брови сдвинулись, пальцы быстро зашевелились, послышалось ее несвязное и быстрое бормотание.

Глава 10

Блестящая поверхность воды задрожала, чернота пошла кругами, а в воздухе густо запахло гнилой тиной и клюквой. Олег поморщился, вокруг него запах такой плотный, что даже образовался клубок тумана. Болотница продолжала бормотать и шевелить длинными кривыми пальцами, на которых заостренные когти с цоканьем сталкиваются и роняют искры в воду.

Кувшинка, на которой Олег продолжает цепко держать золотистые отростки, качнулась и поплыла в сторону.

– Без неожиданностей, – предупредил волхв болотницу, наблюдая, как сам плывет в кувшинке.

Болотная дева, продолжая горбиться и бормотать, кивнула. В сторону отплыла не только кувшинка, но и веточки, ряска и остальная зелень на поверхности. Темная вода в середине заводи пошла обильной рябью, забурлила. В следующий момент из нее показалась коряга, она медленно поползла из воды вверх, словно полновластный хозяин, которого посмели рано разбудить. Лунный свет на ее изъеденной временем коре маслянисто блестит, с сучков срываются капли и исчезают в черной воде.

– Передстань… – громко прошептала болотница.

Громко булькнуло, коряга выпрыгнула на поверхность, как поплавок, и стало видно, что это уже не коряга, а скорее, зверь в виде коряги – массивное тело из мокрого бревна, в месте слома зияет красная пасть с острыми щепками вместо зубов, глаза заменяют два горящих алым сучка. У твари четыре ноги из толстых кривых веток, она тяжело булькает, стало быть, дышит.

Олег косо посмотрел на образину и перехватил золотые отростки гигантской кувшинки покрепче.

– Это что за жуть? – поинтересовался он.

Болотница обиженно надула губы и сложила руки под грудью, выгодно ее приподняв.

– Это не жуть, а Веточка, – сообщила она. – Она очень ласковая и всех любит.

Олег оглядел Веточку недоверчиво и потер подбородок.

– Людей тоже любит? – поинтересовался он.

Глаза болотницы радостно сверкнули, она быстро закивала.

– Просто обожает!

– Я имею в виду, не есть, – уточнил Олег.

Воодушевление болотницы тут же утихло, лицо растерянно вытянулось, она развела руками и проговорила:

– Тогда не очень любит.

Пальцы Олега сдавили золотые отростки, болотница с болью скривилась, болото наполнилось ее жалобным стоном, а девица согнулась пополам.

– Не губи… – прошептала она громко, протягивая к Олегу руку в просящем жесте.

Олег покачал головой.

– Ты меня обмануть хочешь. А я не хочу быть обманутым, – сообщил он и потянул отростки на себя.

Болотница закричала безысходно и страшно, зеленые глаза в ужасе распахнулись, она упала на колени в воду, красивое тело с округлыми формами задрожало.

– Прости! Прости, маг! – выкрикнула она. – Каюсь, хотела обмануть! Прости! Не бойся, не причиню я тебе вреда…

Болото словно замерло вместе со своей хозяйкой, воздух застыл, мир погрузился в заполненную ожиданием тишину. Олег с задумчивостью потер подбородок с мелкой, но жесткой щетиной. Болотница вроде и нечисть, существо иного толка, а тоже пытается выжить. Тяга к жизни есть у любой твари, даже если она и не человек. Другое дело, для чего живет такая тварь и как определить, полезна ли эта жизнь.

– Клянись своей душой, – потребовал Олег, – что не будет вреда мне и моим спутникам ни от тебя, ни от твоей силы, ни от твоих приспешников. И что наоборот станешь защищать нас от всего, что может принесть вред.

Он надавил пальцем на один из отростков, тот заискрился, а болотница сильнее согнулась и застонала:

– Хорошо, маг… Не оставил ты мне выбора…

Олег пожал плечами.

– Я хотел по-хорошему, – честно ответил он. – Ты не захотела, а возжелала грубо. Разве я могу отказать красивой женщине?

На губах болотницы мелькнула тень улыбки, такой печальной, что показалось – на болоте стало тоскливее и тише, она тяжело вздохнула.

– Ладный ты маг. Жаль, что не могу я тебя себе оставить. Видать, участь моя такая – остаться последней хозяйкой болота во всем мире.

Взгляд Олега изучающе скользнул по золотым отросткам. Душа болотницы заключена в них. Если оторвать все три, она погибнет, но тогда и им будет труднее выбраться из топи. Если забрать лишь один, она ослабнет, но сможет питать своей силой это ожившее бревно.

– Я знаю, что ты задумал, – проговорила болотница упавшим голосом, проследив, куда он смотрит. – Не веришь мне. Я бы тоже не поверила. Мне остается только умолять тебя, маг…

Болотная женщина перед ним сейчас как-то осунулась, сияние кожи померкло, плечи опали, голова сникла, а волосы зеленой лужей растеклись по поверхности воды. В изумрудных глазах болотницы такая усталость, что Олег невольно понял ее. Она разыскивает родную душу, а он сам давно в поисках правды и знает, как это изматывает и разочаровывает, когда верная мысль ускальзывает в момент, когда кажется, что нашел. Болотница правит топью не одну сотню лет, видела, как приходят и уходят поколения, но страшнее всего – ее род исчезает, а ей грозит одиночество и забвение.

– Меняй суть, – посоветовал Олег. – Иначе не выживешь.

– Да как же я поменяю, – горько усмехнулась болотница. – Я же болотная дева, живу в трясине.

– Твоя природа – болото, – сказал Олег. – В болоте много есть. Пар, топь, дно, перегной. Станешь полезной людям – обретешь новую жизнь.

– А как же замуж? – со вздохом спросила болотница.

– Кто тебе запрещает и то, и другое?

На лице болотницы появилась глубокая задумчивость, изящные брови сдвинулись,