Мельвир - Kornyal Walden

Что и случилось накануне моего дня рождения. За несколько дней до этого Рендзал привез из деревни загадочный длинный сверток, завернутый в холщовую ткань, а все мои попытки выяснить, что это такое, пресекал с необычайной для чародея внимательностью.

«Скоро узнаешь!» - зловеще пообещал мой наставник и скрылся со своей таинственной ношей в подвале.

Мое сердце застучало, пустившись в галоп. Сейчас или никогда! Благо, он умудрился забыть прямо на столе ключ. Убедившись, что Рендзал занят в подвале какими-то таинственными и зловещими приготовлениями, я направился прямиком в его кабинет. Открыл ящик стола и выгреб наружу сложенные в нем книги и потолстевшую стопку пергаментов. Судя по тому, что половина там была перечеркнута, эти изыскания давались учителю нелегко.

За минувший месяц я отыскал в библиотеке Рендзала все книги, где упоминались жертвоприношения. Прочел все о кровавой магии, что только нашел. Так что сухие заметки наставника теперь я понимал гораздо лучше, чем в первый раз. Сопоставив написанное с десятком схематичных рисунков, что сменили теперь тот первый с моим лицом, я обнаружил, что схемы жертвоприношения подразделяются на два вида с небольшими изменениями. Одного человека без сомнения во время ритуала должны были убить. На это указывало все. Включая странную приписку к уже знакомому рецепту «листья пастырника?» Я вспомнил, что их Ийес советовал мне когда-то пожевать, когда я был ранен. Сумеречная Тварь утверждала, что от них станет легче. Как ни странно помогло. Или просто лежать, привалившись к теплому боку чудовища, было в любом случае лучше, чем корчиться от боли в одиночестве.

Но вот вторая фигура, неожиданно появившаяся на рисунках моего учителя… Я все никак не мог сообразить, что за Печати изображены на ней. До тех пор, пока не пролистал ту жуткую книгу с жертвоприношениями еще раз. И наконец-то нашел то, что изображал Рендзал. Двойной ритуал, называвшийся «Изъятие Силы». Строки расплывались перед моими глазами, но я читал.

«Если один маг забирает силу другого…»

«Светлым надлежит совершить в самый темный час полнолуния, темным же на рассвете…»

Это была старая магия, та о которой давным-давно позабыли. Книга, защищенная от ветхости наверное тысячей заклинаний, иначе бы давно развалилась… Как и мой мир. Тот, в котором я каждый день согревался от улыбки Рендзала. Наставник решил убить меня, чтобы отобрать мою силу! Стиснув зубы, я поклялся себе, что прикончу старика на следующий день. И больше никогда никому не поверю.

-Очнись, тварь! – прорычал Мельвир.

Судя по плеску и мокрости, чародей вылил на меня ведро воды. Я с сожалением отметил про себя, что на дне не осталось ни капли, чтобы я смог ее выпить. Впрочем, мне снова стало не до того. Кнут опять засвистел в руках Мельвира, заполыхав оранжево-красным огнем. Орать я уже не мог, так что перешел на неразборчивый полустон полувопль. Тело извивалось под ударами против воли, само. Тщетно пытаясь найти хоть один островок безопасности на каменном полу.

«Он меня убьет!» - понял я вдруг так отчетливо, как лишь единожды прежде.

Мельвир… Рендзал… Все смешалось. Лицо чародея расплылось, наверное, от боли на моих глазах уже давно выступили слезы. Из последних сил я зажег фаербол, невзирая на жгучую ни с чем несравнимую боль, которой меня тут же наградили Печати, восстановленные Мельвиром. Маленький оранжево-красный шарик ударился о грудь чародея, и, уже проваливаясь в небытие, я швырнул в него следующий… Так легко я не сдамся! Не дам ему забрать свою жизнь! Даже, если моей смерти желает сам Рендзал Великий…

«Те несколько дней, пока учитель корпел в подвале над таинственным свертком, я изводился как никогда прежде. Знал, что надо бежать. Что когда Рендзал решит, наконец-то, меня предать, будет уже поздно. Я ему не ровня. Но темная ядовитая ярость все сильнее разрасталась внутри меня. Каждый раз, как я вспоминал фальшь его улыбки.

Я ждал этого момента и он, наконец, наступил. Рендзал пригласил меня прогуляться, прихватив с собой таинственный длинный сверток. Мы вышли в сад и дошли до излюбленного места отдыха нас обоих. Возле старого раскидистого дерева, которое чем-то неуловимо напоминало самого Рендзала. Должно быть, складками-морщинами, глубоко избороздившими кору. В хорошие дни мы иногда отдыхали в его тени, пока я перелистывал под присмотром Рендзала особо сложный талмуд с заклинаниями.

- С днем рождения! – произнес мой наставник и протянул сверток.

Как раз в тот самый момент, когда я собирался залепить в него Ледяными Стрелами. Моя рука сомкнулась на холщовой ткани. Сверток оказался увесистым. Еще не веря своим ушам, я поспешно развернул его, ожидая подвох. Что пока буду разворачивать, он нападет. Но нет. Рендзал продолжать улыбаться, а внутри холщовый ткани оказался меч.

Совсем еще новый, покрытый причудливой вязью символов. Стоило коснуться рукояти, и он словно запел. Зачарованный клинок, над которым учитель трудился безвылазно несколько дней! Я растерянно посмотрел на Рендзала, не зная, что и сказать. А как же зловещие записи и рисунки, что были в его столе? Как же… Мог ли он сейчас меня предавать? И если да – то зачем этот меч? Кто дает столь грозное оружие в руки тому, кого хочет убить?! Или… не хочет? Карие глаза Рендзала были теплыми. Он явно ждал, что я что-то скажу, наверное, восхищусь его работой! Да и меч ведь выкован на заказ, я точно знал это!

-С-спасибо, учитель! – выдохнул я. – Он потрясающий!

Мне никто никогда не дарил ничего подобного! Мама обычно была слишком пьяна, чтобы вообще вспомнить о моем дне рождения. Разве что Ийес парочку раз устраивал для меня торжественное пиршество, добыв оленя. Я смотрел магу в глаза. Неужели Рендзал может желать мне зла?! Ну, ведь бред же! Да и с чего вообще я взял, что ритуал жертвоприношения имеет отношение ко мне? Подумаешь, рисунок вышел на меня немного похожим! Наверняка это получилось случайно! Мало ли у него