Семена Хекка - Дэ Венский

— А теперь рассказывай Шисс Регос, дальний родственник Дорне Регоса, моего друга по кличке Крысолов. Кто ты на самом деле? Кровь Дорне очень уж специфичная. В свое время я с ней замучился.

— Он не мой родственник, — сказал появившийся в проходе Дорне, — Он из изолированного клана, группы людей, что отказалась когда-то смешивать кровь…

— Хорошая попытка Дорне! — скрестив руки на груди остановил его Нил, — Но за столько веков, таких не осталось. Я вот ни об одном не слышал и не читал.

— Ну ладно, тебя не проведешь. Я столько думал над этой версией для запасного плана. Как ты догадался?

— Никак, просто проверял. А версия хороша, — улыбнулся настоятель, — Ну так что? Он призванный да?

Дорне кивнул:

— Я собирался тебе сказать. Только позже…

Нил его уже не слушал. Утихший вихрь, набрал силу настоящего урагана. Хлопали дверцы, звенели склянки, запахло травами. Наконец, он остановился, замерев с большой банкой в руках:

— Мне нужно еще немного крови, — прохрипел Нил тяжело дыша.

Моя многострадальная рука, спряталась за спину:

— Эээ… мне не жалко Нил. Правда! Но на сегодня хватит.

— Да Нил, пусть отдохнет. В следующий раз наберешь, — поддержал Дорне, глядя на бегающие глаза друга.

— Не думаете ли вы, — постарался я перевести разговор в другое русло, — Что тот старик в храме, набрал крови для такого же опыта?

Грегич посмотрел на Дорне, потом на меня и сумев перебороть себя шумно выдохнул. Поставив банку на стол сказал:

— Вероятнее всего. Больше с ней ничего интересного нельзя сделать. Похоже, что встреча с епископом состоится намного раньше.

— Для чего им проводить такие опыты? — задал я еще один вопрос, — Ведь церковь борется против измененных.

— Как бы тебе сказать, — начал Нил, но его перебил Дорне.

— Ты скоро узнаешь, — Вскоре предстоит небольшое приключение. Всплыло кое-что интересное. Осталось дождаться, когда придет весточка от моего информатора с подробностями…

* * *

Этой ночью лёгкий снегопад превратился в настоящую пургу, успокоившись за пару часов до рассвета. Как только стихия улеглась дозорные заметили посреди снежного поля рассыпающееся дерево Хекка и наше звено поднялось по тревоге. Дерево Хекка горит без огня, но греет сильнее, чем пылающий костер, покрывая все вокруг собственным пеплом. Лужа растопленного снега уже замерзла, превратившись в скользкое зеркало.

— Не успел год начаться, — проворчал отдышавшийся Бородач. Снега навалило прилично, в некоторых местах можно было провалиться по пояс. Снегоступы помогали, но такая прогулка все рано очень выматывала. — Фин и Шисс, распрягайтесь и грузите эту сосульку. Мастер Чанс любит, когда ему привозят такие экземпляры. Они почти как свежие и всегда целые.

Мы дотащили сани до вмерзшей в лед лапами твари не больше собаки и отцепились. Фин вытер лоб, уставившись на цель. Немного подумав обнял за бока замершее животное и собрался его оседлать. Сапоги заскользили по льду и воин завалился, утаскивая за собой «сосульку». Раздался хруст — ноги твари отделились от тела, оставшись торчать четырьмя колышками. А неловкого товарища придавило.

— Криворукий болван! Заставить бы тебя растопить тушу и пришить эти лапы, — Бородач ругался, но не смог сдержать улыбку. Фин не видел этого, пытаясь вылезти из под тела. — Мастер Чанс научит тебя аккуратности. Больше целых тварей, он любит только покричать! Чего ты там вертишься, вставай и выдалбливай эти обрубки. Помоги ему Шисс, а то вмерзнет сейчас и будет звенеть в санях второй ледышкой.

Меня что-то кольнуло в словах наставника, но я отвлекся, сталкивая груз с напарника. С помощью небольших ломиков, специально прихваченных на такой случай, удалось отделить вмерзшие конечности. Теперь самое сложное — длинный участок до более или менее утрамбованной дороги, где ждала нас остальная часть отряда с лошадьми.

— Нам еще повезло с размером, — сказал идущий впереди Бородач, — Сани почти полупустые. Как-то раз такая гора замерзла, мы и сами впрягались, и коней, еле дотянули до города.

— Для чего им это? Я еще понимаю, новые или редкие виды, но этот обычный нюхачь. Их же постоянно носят, чего там изучать, — сказал пыхтящий Фин, не поспевая за быстрым шагом.

— Тебе в еду добавляют, чтоб без мяса кашу не ел, — ответил церковник. Настроение у него поднялось и от утренней угрюмости не осталось и следа. Еще бы: тварь оказалась небольшой, к тому же за ней не пришлось бегать. — Говорят нести, значит надо нести. Может яды пробуют, а может чучела набивают, не наше дело.

Куда же Цвон и без огня. На костре в походном котелке вскипала вода. Мы попили травяной сбор и мне пришла идея, как спасти Фина от неудачной охоты. Зачерпнув в кружку кипятка я полил лапу на месте слома и прижал к телу нюхача. Держал около минуты, на всякий случай. Трюк сработал и она приклеилась.

— Где ты был, когда перед самым въездом в город, у нас отвалилась голова прыгуна, — сказал Бородач, — Ох и досталось всем!

— Все равно держится не очень крепко, — пожал я плечами, — Если они поймут, нам что-то за это будет?

— Ничего, — подёргал Цвон за вторую лапу, вернувшуюся на место, — Пусть гадают, почему ноги отвалились когда тушка растает.

Дерево появилось недалеко от города. Через два часа мы уже проехали основные ворота. Орден Знаний охраняется почти так же сильно как и покой епископа. Здесь изучают тварей: слабые места, их привычки, способы охоты и так далее. Здесь собираются и хранятся все секреты церкви.

Мы проехали первую стену отделяющую территорию ордена и попали в буферную зону. Каменную коробку с одним входом и одним выходом. Из черных провалов бойниц ощетинились острые металлические болты, готовые нашпиговать тела нарушителей в любой момент.

Конечно Цвон и Бородач были здесь неоднократно и их знали. Но без строгой процедуры проверки не обошлось. Личность определяли по уникальному набору символов на медальоне. Кроме этого задавались вопросы. Проверка закончилась и появилась пара носильщиков. Они уже переложили тело нюхача и собрались его уносить, как раздалась мелодичная трель. Кто-то умело насвистывал, пародируя лесную птаху.

Стражники засуетились, вытянулись по струнке. Усатый капитан заправился, стряхнул невидимые пылинки с плеч. Дверь открылась и появился старик в белом балахоне, с медальоном украшенным большим рубином по центру. Я опомнился и ударил себя кулаком в золотой круг на груди, повторив жест приветствия за всеми.

— Мастер Чанс, — произнес капитан.

— Всего лишь нюхач, — сказал старик, не обращая внимания на приветствие, — Немедленно доставить к третьему входу.

— Да мастер Чанс!

Глава ордена в сопровождении двух стражников направился к выходу. Носильщики подняли нюхача и понесли к проходу. Большие ворота не открывали видимо из-за