Препод 5 - Александр Олегович Курзанцев

— Да, прекрасное вино.

— Глядя на вас, ни за что бы не подумал, что передо мной столь юный, с высоты моих шести сотен лет, маг, — произнёс ничуть не оскорбившийся моим манипуляциям ректор.

Я приподнял бровь:

— Шесть сотен⁈ Достойно уважения. Мне есть куда стремиться.

— О, это был нелёгкий путь, полный невзгод и опасностей, — с усмешкой произнёс магистр, откидываясь в кресле, — но самой фатальной ошибкой моих врагов было недооценивать силу магии жизни. Походная аптечка, лечилка, клистирная трубка — так они меня называли. Пока не поняли, что именно я решаю, кому из них жить или умереть.

Икай сверкнул глазами:

— Стихии, конечно, зрелищней, не в обиду вам будет сказано, вы же огневик, но магия жизни убивает также надёжно и, зачастую, куда более неожиданно.

Судя по всему, убивать ректору приходилось немало, и делал он это, не побоюсь этого слова, с неким даже удовольствием. Тут я вспомнил о мутанте, который остался в коридоре.

— А этот ваш сотрудник, — я кивнул в сторону двери, — не знаю, как его зовут. Он, насколько я понял, не человек, вернее, некий биологический конструкт на базе человека.

— Всё верно, — благосклонно кивнул Икай, — это мой телохранитель, первый рубеж обороны против негодяев, решивших покуситься на мою жизнь. К сожалению, глупцов, желающих бросить мне прямой вызов, не осталось, а место ректора очень уж заманчивое, поэтому часто пытаются напасть исподтишка.

— Часто? — приподнял бровь я.

— Раз в пару-тройку лет стабильно, — ответил магистр, — в основном стихийники. Считают, что если застать меня врасплох, то я не успею ответить. И отчасти они правы, на воздействие магией жизни надо чуть больше времени, вот мой телохранитель его и обеспечивает.

— Он может противостоять стихийным заклинаниям? — удивился я, — а каким образом?

— А это мой профессиональный секрет, уж извините, Вольдемар.

Ну, да, я-то тоже стихийник, зачем ему карты раскрывать. Тем более, у них тут, как я посмотрю, насильственный передел власти и рейдерские захваты вполне себе обыденное явление.

— Честно сказать, такое для меня в новинку, — признался я, — у нас как-то поспокойней, что в Империи, что в Королевстве.

— Потому что магичество у вас кастрированное, — тут же фыркнул ректор, — эта их хвалёная инквизиция шага в сторону не даёт ступить. Где это видано, маги на службе у простолюдинов. Понятно, что не все, всё же у магистров свободы побольше, вы это, я думаю, тоже скоро ощутите, когда попадёте в клуб избранных, но честно скажу, такая злость иногда просыпается, когда слушаю истории наших студентов, которым повезло из Империи сбежать, как их там притесняли и заставляли, извините, какими-то, говночистами работать.

— Ну, да, есть недостатки, — вынужденно признал я, — но в Королевстве с этим проще. Там сильная нехватка магов и отношение к одарённым немного другое.

— Да, я понимаю, почему вы открыли колледж именно там, — снова пригубил вина магистр, — меньше контроля, больше свободы, но хочу предупредить, у имперской инквизиции руки длинные, а Королевство, несмотря на свою независимость, находится под протекторатом Империи. Мой вам совет, почувствуете неладное, не ждите до последнего, перебирайтесь к нам. Здесь вы сможете как маг куда больше себя реализовать.

Мы ещё немного поболтали о том о сём, пока допивали бутылку, а затем Икай, энергично поднявшись, предложил провести по Академии экскурсию. Я отказываться не стал, и мы пошли знакомиться с местным хозяйством.

— Это у нас главный учебный корпус, — показал магистр на здание сразу за ректорской башней, украшенное полуколоннами с лепниной и сверкавшее стёклами множества окон, — здесь основные лекционные залы и аудитории для практических занятий. Мы придерживаемся несколько иного принципа обучения, не как в Империи. У нас нет закреплённых за группами профессоров, обеспечивающих весь объём учебной подготовки группы, наши профессора распределены по направлениям, и группы ходят к ним на занятия.

В Итонии, похоже, система обучения была ближе к земной, понял я из объяснений. Именно что уровня высшего образования, а не среднее-специального, каким, по факту, для общей массы одарённых были имперские академии. И обучались тут не три, а пять лет. И боевому направлению тоже сразу, а не как в Империи, только тем, кто поступал в Легион. Впрочем, подводные камни были и тут. До пятого курса дотягивали далеко не все. Икай с некоторым прискорбием сообщил, что от поступивших на первый курс студентов к пятому остаётся едва ли двадцать процентов.

— Неужели столько погибает⁈ — неприятно поразился я.

Икай замер на секунду, непонимающе глядя на меня, а затем расхохотался.

— Вы тоже, мой друг, в плену глупых побасенок относительно наших порядков? — отсмеявшись, произнёс он, — нет, всё не так плохо, как, вероятно, выставляют в Империи. Уверяю, мы крайне внимательно следим за безопасностью наших студентов. Нет, бывают прискорбные эксцессы, но только лишь исключительно из-за личной неосторожности. Если говорят, не ходить на второй этаж в правое крыло в двести седьмую аудиторию, потому что это смертельно опасно, то и не надо туда ходить. Но всегда находится пара, а то и тройка глупцов, решивших, что мы придумываем, и опасность не настолько смертельна. Что ж, их трупы или то, что от них осталось, только служат примером остальным, что надо правильно оценивать свои силы. Для мага это крайне полезное умение.

— А ещё не лезть, куда не следует, и слушаться старших, — пробормотал я.

— Всё верно, — покивал ректор, заложив руки за спину, — но повторюсь, это единичные случаи.

— А разве между студентами не бывает конфликтов?

— Конечно, бывают, но во время занятий любая попытка применить магию жёстко наказывается, да и на территории академии тоже, мы всю эту красоту, — обвёл ректор рукой двор, — делали не для того, чтобы её каждый день портили заклинаниями. Нет, для разрешения любых разногласий у нас есть определённый порядок и место, где это можно сделать. Пойдёмте, покажу.

Местом для поединков оказалась здоровенная арена, формой похожая на древнеримский ипподром, вытянутый овал с трибунами по периметру. Стоило нам пройти под аркой в одной из трибун, как я ощутил, будто лёгкое покалывание на