Кот по имени Семён Семёнович Горбунков - Ольга Станиславовна Назарова

— Привет, дед! — Ирина всегда испытывала особое чувство, переступая порог этого кабинета — робость, радость, гордость за деда, чувство принадлежности к чему-то великому! Зато сейчас, ко всему этому присоединилось чёткое ощущение того, что она выходит на сцену в каком-то Шекспировском спектакле.

— Здравствуй! Почему ты уволилась из института в Новосибирске? — академик Вяземский прекрасно знал, что ответ на любой вопрос должен начинаться с начала.

— Честно? Потому что они по твоей просьбе начали делать за меня мою же работу и злиться из-за этого… Я не хочу быть «навязанным тухлым яйцом», понимаешь, дед?

Академик только крякнул в раздражении.

Глава 16. Разговор с дедом

— И кто же тебе это сказал? — крайне мрачно уточнил академик.

— Наверное, тот, кому было неприятно моё особое положение! — в тон деду ответила Ирина.

— Я не просил о том, чтобы у тебя там было особое положение, — проворчал Вяземский.

— Да, но о чём-то просил, верно? — Ирина точно помнила, как она объясняла деду, просила и умоляла дать ей самой попробовать выстроить свою карьеру, свою работу, свою жизнь.

— Как ты разговариваешь? Как смеешь ты так разговаривать с дедом? — втиснулся в кабинет семейный арьергард, состоящий из отца и тётки. — Отец, ты же не знаешь! Твоя внучка уволилась из приличного исследовательского института и перешла… я даже не знаю, как это сказать… В какую-то фирмочку, нет на заводик… только представьте себе… заводик! По производству кормов для животных и шампуней!

— Невероятно, немыслимо! — верещала за спиной брата София. — Это позор!

Марина Леонидовна открыла было рот, чтобы заткнуть этих элитно-химических критиков, но краем глаза заметив выражение лица академика, решила разумно промолчать. Более того, когда Ирина собралась возразить отцу и тётке, мама её остановила, незаметно пожав руку и чуть качнув головой.

— Иногда разумнее дать людям высказаться, — решила Марина Леонидовна, с радостью осознав, что дочь её поняла и послушалась. — Вон, у Игоря Вадимовича уже брови встопорщились — вернейший признак того, что он пребывает в крайнем раздражении! И что-то мне сильно кажется, что это самое раздражение будет выплеснуто не на Ирочку. А если он даже и попробует что-то высказать моей дочери, то сильно и быстро пожалеет! Впрочем, Антон тоже пожалеет! Взял моду…

Взявший моду Антон активно и трудолюбиво ухудшал своё положение, высказывая дочери о том, что это надо быть исключительно тупой и неблагодарной, чтобы не ценить великую честь родиться в такой семье, как их, с таким дедом и таким отцом, как он!

— Почему ты не посоветовалась? Как ты смела? Я бы запретил, я бы не позволил тебе нас так позорить! — бурно жестикулировал Антон.

— Да, почему? Почему ты хотя бы со мной не посоветовалась? — возмущалась тётка София.

— Да с чего бы? — удивилась Ирина. — Вы, тётенька и с родным сыном-то нечасто общаетесь… А уж со мной и подавно. С какого перепуга я с вами должна откровенничать, а ты пап…

— Антон и София, я вас разве звал? — исключительно холодно спросил академик.

— Папа, но ведь она… — заторопился Антон нажаловаться на дочь.

— Я сам поговорю с Ириной, выйдите оба!

— А Марина? — вдруг уточнила София, почему-то в последнее время отчаянно злившаяся на Марину Леонидовну.

По мнению Софии, невестка вела себя недопустимо!

— Это же она виновата! Распустила девчонку! — зашипела София.

Марина безмятежно улыбалась прямо в лицо обвинительнице, чем вызывала у той горячее желание швырнуть в неё чем-нибудь тяжелым.

— София и Антон! — академик повысил голос. — Я сказал вам что-то непонятное? Выйдите оба! Я сам поговорю с Ириной. И да, Марине можно остаться!

София, решив, что её крики души достигли адресата, и невестке сейчас попадёт соразмерно её проступкам, довольно ухмыльнулась и направилась к выходу из кабинета, прихватив с собой брата.

Как только за довольной Софией и несколько упирающимся Антоном закрылась тяжелая дверь, академик строго посмотрел на внучку, изумлённо подняв брови.

— Так какой такой заводик и фирмочку ты почтила честью принять тебя на работу?

— Я действительно устроилась на небольшой завод по производству кормов для животных, и они будут делать для меня лабораторию!

— Ирина, ну, какая лаборатория… — с досадой поморщился академик.

— Хорошая, новая, с закупкой оборудования по моему списку и выбору.

— Ты так наивна? — сухо уточнил дед. — Лучше бы ты позвонила мне, сообщила бы о проблеме, которая возникла в Новосибирске, я бы разобрался… Сейчас всё вернуть будет несколько сложнее.

— Я не собираюсь туда возвращаться, — отрезала Ирина. — И да… я точно помню, что когда туда уезжала, то просила у тебя только одного — дать мне возможность самой, понимаешь, САМОЙ попробовать поработать и пожить!

— Я просто подстраховал! — хмыкнул дед. — Ты же знаешь, как могут загнобить новичка…

— Нет, ты просто взял и решил всё сделать по-своему, как всегда! И после этого у меня из-под рук доставали работу, доделывали её за меня, а потом этим же возмущались! А потом, из-за того, что моя принадлежность к нашей фамилии стала общеизвестна, у меня ещё и жених появился…

— Жених? — живо заинтересовался дед. — И где же он?

— Полагаю, что остался в Новосибирске — лечится! — фыркнула Ирина.

— От чего?

— Это был вопрос о причине или о болезни? — рассмеялась Ирина. — Если о причине — то потому, что решил, что ты мужу единственной внучки красную ковровую дорожку расстелешь прямиком до Нобелевской премии, а болеть у него стало много чего! Очень внезапно, знаешь ли… Сначала его уронил мой кот — вверх килем в ванную, потом с перепугу прошелся по его физиономии, потом… Серёженька решил, что может руки распустить!

— И что же? — тоном, ледяным, как седые холодные воды Баренцева моря, уточнил академик.

— Ну, когда-то Вадим учил меня, как бить, я провела научный эксперимент с целью испытания этого метода на практике, — улыбнулась Ирина, — И очень успешно, между нами! Особенно, если учесть, что мой кот…

— Тот самый, который прошелся по физиономии неразумного Сергея? — любознательно спросил академик.

— Именно он, — подтвердила Ирина, — Его зовут Семён Семёнович Горбунков, и он родом из тамошнего института. Теперь он мой и приехал сюда. Да, так вот, он опять уронил Сергея, и, если в первый раз этот несчастный сделал попытку просочиться в канализацию, то второй раз… Дед, он как-то умудрился рухнуть на кусок мыла эээээ… стратегически важной частью тела. Ему важной, разумеется. Короче, я не уверена, что он сможет в ближайшее время ещё для кого-то стать женихом… По крайней мере, безболезненно.

Академики-тоже люди! Это запросто могла бы подтвердить… да вот хотя бы рыжая курица