Целитель - Gezenshaft

— Ну да, но ведь это значит, что он отдал распоряжение.

— Когда?

— Хм… Директор соврал?

— Ни единым словом. Каждый услышал то, что хотел. Или же не хотел. Суть не в этом. Даже если Тёмный Лорд вернулся, то я не вижу ровным счётом ни одной причины, чтобы он тут же, с корабля, как говорится, на бал, отправился творить бесчинства. Собрать сторонников, вломить предателям, показать тем, кто от него отрёкся, всю глубину их заблуждений. Он может быть психом ненормальным, что кайфует от пыток и убийств, но, с огромной вероятностью, он затаится. Потому что сейчас это выгодно.

— С чего бы? Лучше ведь сразу, пока никто не пришёл в себя…

— Не-а, — я улыбнулся. — Ты видела лицо Фаджа, когда Дамблдор говорил о Тёмном Лорде?

— Разумеется, — ухмыльнулась Гермиона. — Такую недовольную мину не каждый день увидишь, тем более у политика.

— Вот. Я уверен, что Фадж организует полноценную кампанию против Дамблдора, чтобы тот воду не баламутил. Если вдруг люди поверят, что Тёмный Лорд вернулся, и если этому будут доказательства, то будет паника по всем фронтам. Слишком уж уверились все в его кончине. Даже те, кому плевать, слегка запаникуют. Это не выгодно Фаджу, тем более очень много, как я понял, политических нюансов и заверений опиралось на смерть Тёмного Лорда. Я учусь на факультете, можно сказать, министерских детей. Я слышу разговоры, мнения, обсуждения. Фадж будет давить Дамблдора, стараясь максимально его дискредитировать. Тёмный Лорд боится только одного волшебника в стране — Альбуса Дамблдора. Так говорят, по крайней мере. Ну или ненавидит его. В любом случае, максимальная выгода Тёмного Лорда — тишь, гладь, да божья благодать. Это позволит восстановить силы свои, своих подчинённых, собрать под крыло нужных людей, может всяких маргиналов, чтобы были хоть какие-то боевики, а без них никак — с середины семидесятых это его стиль. Как говорится, у носорога плохое зрение, но с его размерами, это не его проблемы.

— Так-то логично.

— Это я к тому, что даже если вдруг, по какой-то нелепой причине, Тёмный Лорд наведается к Малфою в гости, то сделает это точно не на приёме, где будут представители всех политических направлений, в том числе и забугорные воротилы бизнеса. Малфой — публичный человек. Его дом — самое плохое место, чтобы там шляться. Я не вижу ни единой, даже самой сумасшедшей причины для визита туда Тёмного Лорда. Вся имеющаяся о нём информация говорит о том, что он предпочитает появляться только в случаях его тотального доминирования на «арене», будь то бой, или политика. А все остальные угрозы — вторичны. Уверен, Тёмному Лорду выгодно, чтобы вечер прошёл максимально гладко, чтобы потекли деньги его сторонникам, чтобы были различные выгодные соглашения и прочее. Пытки и убийства даже таких незначительных, но гостей в моём лице — точно не то, что ему нужно.

— Но ведь можно принудить к чему-то… — Гермиона продолжала беспокоиться. — Столько различных средств, зелий и заклинаний.

— Тут нужно задать вопрос — а что с меня поиметь?

— А… Просто так?

— Не сейчас. Будь его радикальное движение в силе, будь он сам на пике возможностей, действуй он и его последователи открыто — тогда да. Не сейчас. Уверен, что этим вечером дом Малфоя будет одним из самых безопасных мест Англии. Если самому не рыпаться.

— Эх… Поступай как знаешь. Если что, помни — я же говорила.

Гермиона вышла из комнаты, а я начал собираться. Пять минут, и я покинул дом, предварительно предупредив родителей, что отбываю на пару часиков, погулять.

Прогулка до минимаркета, тёмный проулок, аппарация, и вот я стою у края рощи, а вдалеке виднеется дом Уизли. Скрыв себя магией по полной программе, я шагнул в рощу и начал углубляться, шагая между деревьями, переступая корни и обходя различные кусты. Когда вокруг были видны лишь деревья, и ни единого просвета между ними, я скинул рюкзак и начал доставать свои приблуды для ковки.

Разложив всё на земле, достал палочку и, максимально сконцентрировавшись, чтобы даже крохотная капля магии не ушла в пространство, как любят разбрасываться ею местные волшебники, я начал трансфигурировать различные запчасти для будущей поделки, ну и, разумеется, пустую насадку для молота — в неё буду внедрять получившийся контур.

Подготовка заняла без малого полчаса — даже вспотел от концентрации. Никто не появился, писем из министерства не пришло, мол: «Ай-яй-яй, колдуете, сударь». Значит, продолжаем-с.

На наковальне лежал браслет, но не простой. Он состоял из тонкого обруча, к которому крепились множество небольших немного выпуклых металлических треугольников с феноменально острыми, в один атом краями — спасибо трансфигурации за её возможности творить что угодно. Заточка на каждой стороне была лишь с одной плоскости, односторонняя, что позволяло треугольничкам лежать внахлёст друг на друге, и в собранном виде казалось, что они двух размеров — побольше и поменьше. Забавно, но в собранном виде было почти не видно мест стыка — если бы не знал, не заметил бы даже.

Взяв пустую насадку, начал визуализировать сложную схему с альбомных листов, фокусируя мысленные образы и посылы в нужных местах схемы — остальное будет работать просто потому что это руны, схемы и модули эльфийских контуров.

Погрузив эту конструкцию в насадку, удерживая её от развеивания или активации силой воли, прикрутил насадку к молоту, прицелился, и совсем легонько стукнул по браслету.

Сноп искр сопровождался диким звоном. Я не успел поднять молот, а из-под него разлетелись в стороны светящиеся кусочки чего-то. Потрясая головой, приходя в чувство от акустического удара и лёгкой контузии, быстро закинул молот в рюкзак. Взял с наковальни тонкую полоску основы браслета — она была испещрена бессмысленными рисунками, словно кто-то прошёлся лазерной гравировкой. Треугольничков не было. Странно. Но ощущения, словно всё работает.

Быстро надев браслет, попутно убирая наковальню в рюкзак и закидывая его на плечо, прислушался к ощущениям — работает. Просто треугольнички разлетелись в стороны. Короткий образ-команда, словно работаю с паучками, и пространство вокруг сверкнуло мельчайшими длинными росчерками. Их было чертовски много. Миг, и деревья вокруг начали буквально рассыпаться в идеально нарезанную труху. Ещё одна команда-образ, и треугольнички мгновенно прилетели к браслету, соединяясь с ним и друг с другом под частую звонкую дробь от ударов металла о металл.

— Ха! — воскликнул я, не сдерживая радость. — Нашинкует что угодно. И не разрушишь, и защиту пробьют. Теоретически, почти любую.

Вспомнив, что за магией могут следить, да и роща не звукоизолирована, я побежал между деревьев отсюда подальше, в другой уголок рощи, используя навыки эльфа, чтобы двигаться реально быстро.

Через пару минут такого забега — роща огромная, целый лесок — я остановился, скинул рюкзак и