Дни тревог - Григорий Никифорович Князев

— А почему вспомнили именно сегодня?

На улице давно наступил вечер, в салоне «Волги» свет не был включен, и Сабининой с ее воспоминаниями стало немного неуютно. Она зябко поежилась и вздохнула.

— Может, мне все это померещилось, — произнесла Зоя, — когда болеешь и сидишь целыми днями дома одна в пустой квартире, становится не по себе…

Гостев был удивлен, что эта замкнутая и надменная особа вдруг так разговорилась.

— Сегодня я вновь встретила того парня. Я возвращалась от врача, уже подходила к дому. Заметив меня, он отвернулся. Как-то очень резко, даже испуганно. У меня почему-то стало нехорошо на душе.

Зоя умолкла, видимо, собираясь с мыслями. Гостев смотрел на ее профиль и думал, что, с одной стороны, ее рассказ мог быть результатом типичной женской мнительности, но отмахиваться от него не следовало.

— Почему вдруг? — нарушила молчание Зоя. — С какой стати?

— «Любопытно, — после некоторой паузы задумчиво произнес лейтенант. — Действительно, чего ради ему вас бояться? Странно, очень странно… Зоя Алексеевна, а как он выглядит?

— Ну, я его особенно не разглядывала. Пожалуй, выше вас ростом, лицо хорошее, даже мужественное. Плащ был кремового цвета. Что еще? Да, брови густые, с красивым изломом.

— А вы наблюдательны, — заметил Гостев.

Сабинина пожала плечами.

— Не больше, чем любая женщина.

— Останови здесь, — сказал Гостев водителю, когда «Волга» поравнялась с домом Сабининых.

— До свиданья, Зоя Алексеевна, — простился лейтенант, открывая дверцу машины и помогая девушке выйти. — Нам, можно сказать, повезло, что вы на больничном. Были бы на работе — могли и не повстречаться с «мистером Икс».

Сабинина шутки не оценила, и Гостев слегка покраснел, а она, стуча каблуками элегантных сапожек, вошла в подъезд. Лейтенант проводил ее взглядом и сел в машину. Тронул Плотникова за плечо. Задремавший было инспектор встрепенулся и смущенно потер рукой затылок.

— Куда сейчас? — спросил он.

— По домам, Павел Антоныч. Завтра ваша основная забота — Лида Грекова. Сначала присмотритесь к ней, потом идите на прямой разговор. Если в школе Грековой не окажется, узнайте адрес и поезжайте домой. И в первом и во втором случаях позвоните дежурному — тогда я буду знать, где вас найти. Договорились? Я с утра поеду на стройку комбината, потолкую с приятелями Сабинина.

Плотников кивнул. Ему не очень хотелось первым говорить с Грековой. Он еще не забыл недовольства Зои Сабининой в аэропорту. Но поручение есть поручение. Надо выполнять.

Накинув плащ на руку, Плотников стоял возле окна в школьном коридоре. Началась перемена, вечный школьный шум, гвалт. Грекова прошла мимо него в учительскую и закрыла за собой дверь. Инспектор сразу узнал ее по фотографии, виденной в гороно, но на всякий случай спросил у пробегавшей мимо девчушки:

— Будьте любезны, где мне найти учительницу Лидию Владимировну Грекову?

— Да вон же она прошла! С картами и указкой.

Инспектору не хотелось подходить к Грековой при учителях, и он деликатно ждал, когда раздастся звонок и Лидия Владимировна либо направится на урок, либо останется в учительской. На Плотникова никто не обращал внимания: мало ли родителей бывает в школе. Тем более что он стоял с грустным видом отца завзятого двоечника.

Грекова почему-то сразу понравилась ему. Коротко стриженные, без замысловатых зачесов темные волосы, большие, чуть печальные глаза, худенькая фигурка. Во всем ее облике чувствовалась какая-то беззащитность, неспособность противостоять житейским водоворотам. Плотников тяжело вздохнул при мысли, что ему придется бередить воспоминания учительницы. Предстоящий разговор он не обдумывал. «Как пойдет, так пускай и идет», — решил он.

После звонка Грекова вышла из учительской и медленно пошла по длинному коридору. Плотников двинулся следом, догнал ее и негромко сказал:

— Извините, Лидия Владимировна. У меня к вам есть деликатный разговор.

— Слушаю вас, — ответила она, разглядывая инспектора и виновато пытаясь вспомнить, чей же он папа. — Только достаточно времени я вам сейчас уделить не могу. У меня урок…

— Понимаю, — с готовностью кивнул инспектор. — Тогда давайте условимся, когда мы сможем поговорить. Я старший лейтенант милиции Плотников. Мы расследуем обстоятельства гибели Романа Сабинина.

Грекова тихо ахнула.

— Как хорошо, что вы пришли, — прошептала она. — Я уже не знала, что мне одной со всем этим делать… Подождите меня, пожалуйста, сорок пять минут. Сегодня у меня больше нет уроков. Этот последний…

Спустя час они ехали в автобусе к ней домой, и Лида рассказала о своей первой встрече с Романом.

…С мужем она разошлась несколько лет назад, жила вдвоем с дочкой. 23 февраля был праздничный вечер, окончился поздно. На улице холодина, свободного такси, как водится, не было, и Лида голосовала всем машинам подряд. Наконец одна притормозила. За рулем сидел молодой человек. Она попросила подвезти до дому и протянула два рубля, но водитель, улыбнувшись, денег не взял.

В машине было тепло, уютно. Мало-помалу они разговорились. Лида и не заметила, как к дому приехала.

— Хотите, я завтра за вами к школе подъеду? — предложил Роман.

— Спасибо, но завтра обычный день. Не праздник. Я прекрасно доберусь автобусом. Мне это привычнее.

Поблагодарив, Лида пошла к подъезду.

— Тогда до завтра! — крикнул он вдогонку. — Буду ждать с двенадцати.

Конечно, она не придала этим словам никакого значения, но наутро, во время урока, случайно подойдя к окну, увидела стоящий напротив школы знакомый «Москвич». Лидия не была сторонницей легких знакомств и в этот раз ушла из школы через другой выход. Но и на следующий день ровно в двенадцать «Москвич» стоял на том же месте, а Роман ходил подле машины и всматривался в школьные окна. Это смутило учительницу. В школе всегда есть ученики, которые вместо классной доски глазеют на улицу, и ни к чему было давать им повода для размышлений. На перемене Лида вынуждена была выйти и прямо заявить об этом Роману.

— Раз мое присутствие здесь непедагогично, — серьезно сказал он, — может, мы посетим сегодня театр? У меня как раз есть два билета.

— Нет, — твердо ответила Лида. — Я замужем.

— Неправда, — так же твердо сказал он. — Вы не замужем. И я очень прошу вас пойти со мной в театр.

— …Вот так мы и встретились, — задумчиво произнесла Лида, и Плотникову показалось, что она сейчас заплачет. — Потом было много встреч, много радости. Дочь очень привязалась к Роману, и две недели назад он предложил подать заявление в загс. А я попросила его еще раз хорошенько все обдумать,