Дни тревог - Григорий Никифорович Князев

Инспектору вдруг пришло в голову, что Роман наверняка чего-то недоговаривал. Любимых щадят. А может быть, Сабинин делился своими заботами с кем-то еще…

— Лидия Владимировна, — спросил Плотников, — у Романа были друзья в городе?

— По-моему, нет, — подумав, ответила Грекова. — Знакомые, приятели, конечно, были. Но друзья едва ли. Во всяком случае, мне о них ничего не известно. А вот в Ленинграде у Ромы есть друг, Вадим. Мы собирались летом погостить у него. Совершить, как говорится, свадебное путешествие…

При последних словах глаза учительницы повлажнели, и Плотников снова подумал, что работка ему досталась сложная.

— Адрес вы знаете?

— Нет, — сказала Лида.

В этот день с утра неожиданно выпал снег, но скоро подтаял под лучами апрельского солнца. Грязь, натасканная на дорогу сотнями автомобильных колес, делала шоссе скользким, и Гостев вел машину осторожно.

Поездка на комбинат, беседа с людьми, знавшими Романа Сабинина, еще раз подтвердила, что он был отличным парнем. И дело не в том, что об умерших плохо не говорят. Гостев чувствовал: сварщики, работавшие рядом с ним, не стали бы деликатничать, окажись Роман им не по нутру.

Однако эти грубовато-откровенные ребята ни слова не добавили к тому, что помогло бы раскрыть причину катастрофы.

Остановив «Жигули» на желтый сигнал светофора, лейтенант увидел Зою Сабинину. Она шла быстро, придерживая рукой меховой воротник утепленного плаща.

— Зоя Алексеевна, — приоткрыл дверцу лейтенант, — садитесь, подвезу.

Она быстро обернулась, узнала инспектора и, секунду помедлив, подошла к машине.

— Спасибо, а то я уже вся вымерзла. Надо же быть такой пижонкой: пошла без шарфа.

— Бывает, — улыбнулся Гостев. — Какой маршрут?

— Домой, если вас это не затруднит.

Приехали быстро. Инспектор обошел вокруг машины, открыл дверцу, помогая Зое выйти, и попрощался.

— Сейчас поеду к Лиде Грековой. Там меня Павел Антоныч ждет.

Зоя кивнула и вдруг попросила:

— Подождите минутку. Я пошлю с вами письмо.

Она побежала к подъезду и вскоре вернулась с пухлым конвертом.

— А на словах что передать? — поинтересовался инспектор.

— Ничего, — ответила она. — Там все написано.

Когда в прихожей раздался звук колокольчика, Плотников понял, что наконец прибыла подмога. Гостев скорее разберется, что к чему, а ему бы побыть сейчас пару часов подле своего поста на развилке и глотнуть воздуху. Хоть в слякоть, хоть в мороз.

— Это мой товарищ, — с чувством облегчения произнес инспектор. — Лейтенант Гостев работает по нашему делу.

Учительница поднялась из-за стола, но Плотников опередил ее и сам направился к двери.

У порога действительно стоял лейтенант.

— Снимай свой скафандр, — радушно предложил Плотников. — Здесь не дует. Есть любопытные новости.

Лейтенант прошел в комнату.

— Здравствуйте, Лидия Владимировна. Прошу извинить за вторжение, но у меня есть маленькое оправдание: привез вам письмо от Зои Алексеевны Сабининой. Вот оно.

Лида, недоуменно помедлив, взяла конверт. Повертела в руках и положила на телевизор.

— Спасибо, — сказала она. — Вы, пожалуйста, располагайтесь, я сейчас чай подогрею.

Гостев, конечно, не надеялся, что учительница жадно выхватит письмо из рук, но такого безразличия совсем не ожидал.

— Подключайся к нашему столу, Юра, — устало произнес Плотников, протягивая лейтенанту листок с заметками, сделанными им во время беседы с Грековой. — Сейчас дам пояснения. — На свою память Павел Антонович не слишком полагался, а просить учительницу повторить рассказ было неловко.

Пока Лида хлопотала над чаем для Гостева, Плотников коротко передал ему все, что узнал. Лейтенант озадаченно кивал головой. Лида, войдя в комнату, не вмешивалась в разговор. Она взяла с телевизора конверт, присланный Сабининой. Вскрыла письмо, прочла раз, другой. С минуту сидела, опустив плечи, затем извлекла из конверта несколько пятидесятирублевок.

— Прямо не знаю, что и думать, — с некоторым раздражением произнесла она. — Неожиданно стала обладательницей трехсот рублей. Зачем они мне?

— Откуда они появились? — полюбопытствовал лейтенант.

— Вы же мне их сами привезли. В письме.

Гостев машинально кивнул. Лицо его выражало растерянность.

— А почему она послала их вам? Отдает долг? — поинтересовался он.

— Если хотите, можете прочесть письмо, — вдруг произнесла Грекова. — Правда, там есть некоторые интимные моменты, но вы хоть разберетесь в наших отношениях.

Гостев взял письмо.

«Уважаемая Лидия! Я очень сожалею, что наши взаимоотношения так и не сложились ни при жизни Ромы, ни теперь, после его гибели. Я, наверное, не права, но вы женщина и должны понять меня. Я была настроена против вашего брака с Романом потому, что Рома нравился моей близкой подруге. К тому же (не обижайтесь) она моложе Ромы и в отличие от вас в замужестве не состояла. Теперь о деньгах. В день отлета Рома вручил мне шестьсот рублей на покупку в Ленинграде двух модерновых курточек. Вам — подарок к свадьбе. Мне, очевидно, в утешение. На всякий случай Рома дал мне телефон своего друга в Ленинграде. Он мог помочь мне достать эти самые курточки, но в тот день ничего не вышло! А когда я вернулась в гостиницу, меня уже ждала страшная телеграмма отца. Сейчас, после всего, что случилось, я решила вашу долю послать вам. При случае позвоните мне, встретимся и поговорим. Зоя».

— Спасибо, Лидия Владимировна. — Гостев вытер платком взмокший от смущения лоб. — А сейчас вам пора отдыхать, уже поздно.

Простившись с хозяйкой, они вышли на лестничную клетку. Гостев вздохнул:

— Славная женщина. Жаль, что ей так не повезло.

Плотников ничего не ответил.

— По-моему, вы говорили мне, что Сабинина искала в сумочке счет из ресторана. На нем был записан номер телефона ленинградского друга. Очень было бы любопытно ему позвонить. Может, он прольет какой-нибудь свет на эту историю.

— Я думал об этом, — ответил Плотников. — Но ведь счет она не нашла.

— Ну и что? А вдруг запомнила номер.

Гостев осмотрелся и направился к телефонной будке.

Сабинина сразу сняла трубку. Увы, счет она так и не нашла, а в номере телефона помнила только последние две цифры. Зато она заявила, что при встрече на Невском друг Романа был в морской форме. И зовут его Вадим Галунов.

— В принципе, данных для официального запроса достаточно, — протянул Павел Антонович. — Такой шанс упускать нельзя.

— Конечно, но на запросы и ответы мы потеряем уйму времени. Здесь, по-моему, перспективнее личный контакт. Буду просить разрешения на командировку в Ленинград. Думаю, что Брайцев меня поддержит.

Глава 7

Безоглядно влюбленный в технику, Сергей Савин тем не менее не представлял будущей жизни без трудного, но красивого четкостью армейского порядка. Конечно, он мог остаться в