Бесконечная книга с рисунками от А до Я - Михаэль Андреас Гельмут Энде

существа Фантазии вырваны насильно, это ложный путь. Но когда человеческий ребенок приходит к нам — это правильный путь. Те, кто побывал у нас, многому здесь научились, и это помогло им кое-что изменить в своем мире. Они стали яснее видеть и понимать многие вещи, потому что повидали нас в истинном облике. Они другими глазами взглянули и на свой мир. Там, где раньше для них были только серые будни, они обнаружили чудо и тайну. И чем больше процветало благодаря этому наше государство, тем меньше лжи и обмана становилось в их мире и тем совершеннее становились они. Наши миры могут взаимно разрушать друг друга, но могут и взаимно совершенствоваться.

Атрей обдумал все это, потом спросил:

— Что же происходит теперь?

— Над обоими мирами разразилась беда, — ответила Детская Королева. — Все стало обращаться в свою противоположность. То, что могло прояснять взгляд, стало, наоборот, ослеплять. Так, слишком сильный звук может оглушить, а слишком яркий свет ослепить. То, что могло созидать, стало уничтожением. Спасение находится в руках человеческих детей. Достаточно одного — он должен прийти и дать мне новое имя. И он придет. — Детская Королева помолчала. — Теперь ты понимаешь, Атрей, почему я потребовала от тебя так много? Только благодаря долгой истории, полной опасных приключений, можно привести к нам спасителя. Это и была твоя история.

Атрей сидел, погруженный в глубокое раздумье. Наконец он кивнул.

— Да, теперь я понимаю, Золотоглазая Повелительница Желаний. Я благодарю тебя за то, что ты избрала меня. Прости мне мой гнев.

— Ты не мог знать заранее, — нежно отвечала она, — это тоже было необходимо. Но ты устал. Тебе хотелось бы отдохнуть?

— Сперва мне хотелось бы пережить счастливый конец моей истории. Если все так, как ты говоришь, почему же спаситель все еще не пришел?

— Да, — удивленно сказала Детская Королева. — Чего же он ждет?

•

Бастиан почувствовал, что от волнения его руки вспотели.

— Но я не могу, — сказал он, — я ведь не знаю, что делать. И, может быть, имя, что пришло мне в голову, вовсе не правильное?

•

— Могу я еще кое о чем спросить тебя? — возобновил разговор Атрей, и она с улыбкой кивнула. — Почему ты можешь выздороветь, только если получишь новое имя?

— Лишь верное имя, которое соответствует сути вещей и явлений, придает им реальность, — сказала она. — А неправильное все делает призрачным. Таково действие обмана.

— А вдруг спаситель еще не знает твоего настоящего имени?

— Знает! — отвечала она. — Он знает его!

И снова оба замолчали.

•

— Да, — сказал Бастиан. — Я знаю его. Я узнал его, как только увидел тебя. Но я не знаю, что я должен делать.

•

Атрей поднял взгляд.

— Может быть, он хотел бы прийти, но не знает, как это сделать?

— А ему ничего и не нужно делать, — отвечала Детская Королева. — Достаточно лишь окликнуть меня по имени.

•

Сердце Бастиана заколотилось. Может, попробовать? А вдруг не получится? Может, он обманывает себя? Может, те двое говорят вовсе не о нем, а совсем о другом спасителе?

•

— Мне удивительно, — снова начал Атрей, — неужто он все еще не понял, что спаситель — это он и никто другой?

— Нет, он не так глуп, чтобы до сих пор не понять все те знаки, которые ему поданы.

•

— Я попытаюсь! — шепнул Бастиан. Но больше не смог выдавить из себя ни звука.

А что, если правда получится? Тогда он окажется в Фантазии? Но как? Может, ему придется во что-нибудь превратиться? А вдруг это больно? Вдруг он потеряет сознание? Да и вообще, хочется ли ему в Фантазию? Ведь, кроме Атрея и Детской Королевы, там полным-полно всяких чудищ.

•

— Может, — предположил Атрей, — у него не хватает смелости?

— Разве требуется смелость, чтобы произнести мое имя?

— Тогда, — сказал Атрей, помедлив, — я знаю, почему он не идет.

— Почему?

— Он просто не хочет. Ему нет дела ни до тебя, ни до Фантазии.

Детская Королева посмотрела на Атрея долгим взглядом.

•

— Нет! Нет! — закричал Бастиан — Это не так! О, не думайте обо мне так плохо! Вы слышите меня? Это не так, Атрей!

•

— Он обещал мне прийти, — сказала Детская Королева. — Я прочитала это обещание у него во взгляде.

•

— Да, это правда, — сказал Бастиан, — и я сейчас же приду, я только еще немножечко подумаю, я должен всё как следует обдумать.

•

Атрей опустил голову, и оба снова принялись ждать. Но спаситель не появлялся, и ничто не указывало на его приближение.

•

Бастиан представил: вот он очутился бы перед ними — толстый, неуклюжий, коленки внутрь. Конечно, Детская Королева разочарованно скажет: «Что тебе здесь нужно?» А Атрей, может, даже засмеется над ним. При мысли об этом Бастиан стыдливо покраснел. Конечно, они ждут героя или принца. Нет, он не может предстать перед ними. Все, что угодно, — только не это!

•

Когда Детская Королева подняла глаза, выражение ее лица изменилось. Атрея даже испугала строгость ее взгляда. Такой взгляд он уже видел однажды: у сфинксов!

— Остается последнее средство, — сказала она. — Я так не хотела его использовать. Я-то думала, что он придет сам, без принуждения.

— Что за средство? — шепотом спросил Атрей.

— Хочет он или нет, но он уже принадлежит Бесконечной Книге. Он дал мне обещание и обязан его исполнить. Есть в Фантазии один старик, который заставит прийти спасителя.

— Кто же во всей Фантазии может то, чего не можешь ты?

— Старик из Странствующей горы.

— Старик из Странствующей горы? — удивленно повторил Атрей. — Разве он существует? В нашем племени им пугают детей. Говорят, он записывает в книгу все, что делается, и даже то, что подумали и почувствовали, и потом уже ничего не изменишь. Я считал, что это всего лишь бабушкины сказки.

— Кто знает, — улыбнулась Детская Королева, — что такое на самом деле бабушкины сказки.

— Значит, ты видела его?

— Нет. Если я его разыщу, мы встретимся впервые.

— У нас рассказывали, — продолжал Атрей, — будто бы невозможно узнать, где находится гора старика, она появляется неожиданно, то тут,