СТИХИя - Алексей Владимирович Шарычев

Толстел календарь;

И тщетно бессмертья

Искали, как встарь.

И видели люди

Привычное зло,

Полётами судеб

В веках их несло

К тому горизонту,

Где гибели нет,

Нет мира, нет фронта,

Где будет ответ

За каждый поступок,

За каждую мысль;

Туда в волнах света

Их души неслись.

И мёртвых судили,

И снова, опять

В миры возвратили

Дышать и страдать.

Лишь горстка осталась

На Новой Земле,

Оттуда, печалясь,

Взирают оне

На грешные души,

Зовут их в Мир лучший.

* * *

За окном колокольный звон;

Рядом с церковью мой дом,

Но ни разу не ходил я

К тем иконам на поклон.

Не в камнях и звоне сила.

Ни к чему душе канон,

Если жизнь нас покрестила

От родин до похорон.

На свою Голгофу всходим,

Тяжкий крест с собой несём;

Ищем в кельях тень свободы,

Но рабами все умрём.

Воля только у природы;

В небесах написан Лик,

Погляди на эти своды,

И поймёшь, что ты возник

В бесконечность эпизодов,

В коих вечность — это миг.

* * *

Плыву на волне в океане,

Ищу берегов в бездне вод.

Корабль разбился о скалы,

Меня на обломках несёт,

Под пение ветра, теченье.

Не чаю в пучине спасенья,

Цепляюсь за маленький плот,

И жду, чтоб промчались мгновенья

Быстрей, и тогда заберёт

К себе мою душу злой чёрт

Морской, для смерти и тленья.

Великое светит светило,

Лучами своими искрит

Рябь волн; и меня ослепило,-

Мне тёмная мгла предстоит.

Как брызги уходят мгновенья,

Всё ближе и ближе тот свет,

Где вечное встретит забвенье,

Где муки и радости нет.

Пращуры

В болотных топях и густых лесах

Чудь, Меря, Мурома, Корсь, Весь -

Смешалися славяне в местных голосах,

И разнеслася о народе весть.

Но не было порядку между них,

Варяги призваны закон принесть.

И был порядок дик и лих,

На звере нарастала шерсть.

Добыли землю кровью и мечом,

Утоптанных дорог не счесть.

И небо синим потолком

Ниц падало, завидя Руси честь.

* * *

Семь дней летает сокол,

Не видя, где же есть

Предел степям далёким,

Лесам; ему не сесть

На земли чужестранцев,

Повсюду лишь своя.

По родине скитаться

Теперь — судьба твоя.

Пари́т сары́ч по небесам,

Расправив крылья; тут и там

Он видит вотчину славян.

Полёт свой правит по ветрам

И улетает чрез века

Всё выше, выше к облакам.

Летит и видит первый стан,

И ход народа по горам

В долины, чащобы и низины.

Исток пробился сильный

И оросил он землю мать,

И проросла обильно

Нива великая, в ней стать

Простора родового.

Узнала дерева основа

Свои богатые плоды,

Оставив для ветвей следы

В крови́ и в звуке слова.

Совет Одина

Два ворона Одина рыщут по свету,

Слетевши с ветвей Иггдрасиль.

Что было, что есть, и что будет, — в приметах

Они узнают; их просил

Сам Один об этом,

И ждёт их советов.

"Сильный и хитрый правит в сём мире,

Храбрый уйдёт в небеса.

Горы способен свернуть терпеливый." -

Так один ворон сказал.

"Мудрость — вот самая главная сила,

Руны твой разум познал;

Вечность с тобою чрез них говорила,

Глаз ты за это отдал." -

Молвил второй

Его друг вороной.

Слушал их Один, но Гери и Фреки

От мудрости ум отвели,-

Волки желали залить кровью реки,

В Вальгаллу они повлекли

Бога повешенных,

К празднествам бешенным,

В вечные битвы-пиры.

Бог повешенных — одно из имён Одина

Вороны Одина — Хугин и Мунин (мысль и память)

Волки Одина — Гери и Фреки (жадный и прожорливый)

Иггдрасиль — Древо Мира

Шторм

Где-то море-океан

Удалой волной играет,

В искры воду разбивает

О пороги жарких стран.

И гуляют корабли

По просторам первозданным,

Побеждают ураганы,

Огибая круг Земли.

Баламутит царь морской

Непокорную стихию,

Каждую морскую милю

Держит крепкою рукой:

Замахнулся — вал помчался,

Гладит — тихо на воде,

Крутит палец в кулаке,-

Глядь, и шторм уже поднялся.

Топит в омуте Нептун

Пилигримов сухопутных,

Бурунов примчит беспутных

Перебором водных струн.

Весела его игра;

Пляшет, волны поднимает

И трезубцем протыкает

Корабельные борта́.

Не смолкает гром стихии,

Разошёлся царь морской,

Не дождаться нынче штиля,

Эх, когда ж придёт покой!

Капитан напился рому,

Вся команда на рогах.

К чёрту все пойдём морскому!

Пей ребята, завтра крах!

И корабль словно пьяный

Зашатался на волнах,

Он в неравной драке рьяный,

Бьётся позабывши страх.

А команда песню воет

Про родиму сторону́;

Кто-то матом небо кроет,

Море, звёзды и луну.

Кто-то Бога тихо молит,

Вспоминает мать, жену.

Всех стихия похоронит,

Хошь-не хошь пойдёшь ко дну.

Утром море присмирело,

Гладь волнистая тиха.

Лишь акулы то и дело

Доедали потроха.

Тяжёлый спорт

По субботам пить охота

Пиво пенное под воблу.

В сём приятном виде спорта

Лучше всех я подготовлен.

Первые пол литра на́ грудь,

А потом ещё подход!

Ни к чему нам трезво чахнуть,

Лейся алкогольный пот!

Накачался я отлично,

За версту видать живот!

Только, печень неприлично

О себе узнать даёт…

Но, всё это пустяки;

Как без травм в тяжёлом спорте?

Пейте пиво, мужики,

С ним вы силу обретёте!

* * *

Вечерней порой у окна

Сидел человек, наблюдая,

Как тихо плывут облака

От края небес и до края.

Пылал на просторе закат,

Небо багрил, догорая.

Тьме предстоящей был рад

Мечтатель тот; он, вспоминая

День промелькнувший, узнал,

Что тёмную ночь он не помнит.

Где-то же он пребывал

Перед рассветом? Погонит

Ветер уснувшее Я,

И к новому у́тру пробудит;

Опять встретит та же Земля,

И вновь день и вечер наступят,

А ночь даст момент забытья.

* * *

Пустота наполнила сознанье…

Вечность времени гуляет в мирозданьи,

Средь материи ища тот островок,

Где душа способна к жизни станет

В новом месте, в новый срок.

Бесконечность бытия не убывает

Во вселенной; разум-Бог

Бездну праха смыслом наделяет,

Создаёт нетленности чертог.

Тьма существ вершины достигает,

Развиваясь; видит горний свет

Просветлёнными и мудрыми очами,

Постигает Истину умами,

И живёт в краю, где смерти нет.

Может быть, когда-нибудь мы с вами

В лучшем мире счастье обретём.

Улыбнёмся, праздно вспоминая

Мимолётный, странный жизни сон.

* * *

Бушует жизни океан;

В нём люди-волны устремляют

Свой путь к