Заряна. Укрощаю любовью - Люсинда Миллер

Высказалась и стала ждать реакцию горца. Но Валиев впал в прострацию, тупо смотрел на меня и молчал. Я отвернулась, потому что кофемашина выдала порцию горячего напитка. Плеснув немного сливок, отвернулась и стала пить его маленькими глотками.

Признаться честно, мне нравилось жить у Валиева. Пусть и отношения наши были странными, все же мне с ним жилось комфортно. И сейчас поняв, что нам придется окончательно расстаться, чуть не заплакала. Обжигала язык, отрезвляя себя.

— Заряна…, — подошел вплотную и встал позади.

Ощутила его горячие ладони на плечах и невольно вздрогнула.

У меня не осталось больше слов, а Амир молчал. Я прикончила напиток и, отставив кружку, повернулась лицом к мужчине. Только сейчас признавая как хорош собой Валиев. Со своими косыми шрамами на щеке и под бровью, коротким ежиком волос. Даже плотно сжатые в полоску губы манили их раскрыть и целовать. Как странно, почему я это осознала тогда, когда наступил конец?

— Спасибо тебе, Амир, что приютил меня на эти два месяца. И за кофе тоже, — благодарила искренне. — А теперь дай пройти.

Но Валиев, обнаженный и так контрастирующий с выражением лица, не двигался с места. На какую-то долю секунды я подумала: лишился рассудка.

— Амир, что с тобой?

Заглянула в лицо и увидела, как губы из сжатых расширяются в улыбке. Точно, умом тронулся.

— Дурочка ты моя! Надо же такое подумать?! — все еще улыбаясь и не веря, качал головой. — Сумасшедшая и меня заразила.

Вот что с ним происходило? Не понимала. Пока не почувствовала, как Валиев схватил меня под колени и не усадил на обеденный стол.

— Ай, ты что делаешь?

Но он так заразительно улыбался, сияя расширенными зрачками, от того они сделались из карих черными, готовые поглотить меня целиком. Придвинулся вплотную, раскрывая бедра, захватив лицо в капкан ладоней, тихо проговорил:

— Ты правда решила, что разочаровала меня?

— А разве нет?

— Хм, — снова помотал головой, продолжая улыбаться. — А другой вариант не рассматривала? Что это я тебя разочаровал, от того и злился.

— Нет.

— Нет?

— Это не так, Амир. Ты был нежным, мне даже понравилось.

— Обманываешь. Обидеть меня не хочешь, — серьезно посмотрел.

— Не обманываю. Правда.

— Тогда докажи.

— К-как?

— Поцелуй меня, Зарян.

Ни разу не целовала его сама, только протестовала или поддавалась. Но Амир так просил, а я так хотела…

Взяв его небритое лицо, притянула на себя, подарив перед слиянием последний взгляд, впилась в верхнюю губу, поласкав языком изнутри, ощутила, как содрогнулось тело мужчины, осмелев продолжила всасывать глубже, меняя локацию. Сверху, снизу, снаружи, внутри. И ничего не было чудеснее, чем подчинять этого властного строптивого мужчину себе лаской языка. Но вот наши роли поменялись, и уже он не податливый и мягкий, а напористый и властный, захватив мой рот в плен, руками уже задирал тунику, освобождая меня от одежды. Груди сплющились о его грудную клетку, жесткие волоски терлись и щекотали. Я невольно подалась навстречу, прижимаясь лобком о его лобок, ища то, что мне казалось унесет меня в рай.

— Впустишь меня? — прошептал, оторвавшись.

— Да...

— Я так войду, умираю, как хочу тебя чувствовать.

И я от нетерпения чуть не взвыла, пока он приноравливался с высотой и, не сразу попав внутрь, разочарованно застонала.

— Сейчас, милая…, вот он для тебя рос, — и наконец насадился.

Не успев сделать несколько поступательных движений, внутри что-то перемкнуло и заискрило, словно огненный шарик разорвало и проливаясь, обожгло. Я закричала. Неистово, протяжно, бесконечно долго… Сквозь затуманенное сознание слышала, как Амир шепчет комплименты, подбадривает и восхищается, а я парила, с трудом осознавая, что сейчас я получила первый в жизни оргазм. И он был ураганным и сладким. Придя в себя, уткнулась ему в шею и какое-то время не могла говорить. Амир все еще находился во мне, пульсируя желанием, лаская, но не двигаясь. Гладил по спине, зарывался в волосы, целовал щеку и шею, а я словно безмолвная кукла поддавалась ему.

— Ты жива?

— Угу, — лишь смогла вымолвить.

Он отстранил меня и заглянул в глаза. Довольно улыбаясь, произнес:

— Ну вот теперь все признаки счастливой женщины. Ты меня своим нелепым признанием чуть не убила. Собрался крест ставить на себе, как на мужчине.

Я рассмеялась. Потом прошептала:

— А ты не кончил?

— Нет. Тобой занимался. Знаешь, какой ты мне подарок сейчас сделала?! Не знаешь…

***

Казалось, мы занимались сексом вечность. Днем пошел ливень, принося прохладу и свежесть в дом, а мы кутались под одеяло, согреваясь телами друг о друга. От усталости засыпали. Просыпались, что-то наспех перекусывали и снова предавались любви. И только глубокой ночью обессиленные провалились в сон, по-прежнему не размыкая объятий. Перед тем как утонуть в морфее билась одна мысль: только бы не залететь.

Глава 27. Начинка

Заряна.

Наутро проснулась от настойчивых ласк новоиспеченного любовника. Я оказалась права, предположив ненасытность Амира в сексе. Невольно сравнивала его с бывшим и это только начало.

— Амир, — позвала его, отрывая от ласкающих движений губами по бедрам.

— М-м-м.

— Я боюсь.

— Чего? — прекратил ласку и поднял взгляд.

— Забеременеть, — посмотрела прямо. — Мне кажется, ты пренебрегал предохранением. Я думаю: надо купить экстренные пилюли.

Мужчина, понимая, что я не настроена на прелюдию, сел у моих ног и задумчиво посмотрел, как будто подбирал слова.

— Ну, я старался..., — ответил неуверенно. — А как ты раньше предохранялась?

— Только презерватив. Без него ни разу, потому и говорю.

— А скажи, чего конкретно боишься? Родить от меня или родить вообще?

— Валиев, — он уже меня начинал раздражать. — Я не хочу детей, в ближайшее время точно. Такой ответ устроит?

— Тогда начинай пить пилюли, если не готова, — сделав паузу и как-то странно посмотрев на меня, добавил:

— А вот Аглая уже ждет, и вы ровесницы.

— Амир, у моей подруги другая ситуация и муж, который ее боготворит, а она отвечает взаимностью.

— Верно. А мы просто живем вместе, а теперь и спим, — высказал и нахмурился.

Казалось его накрыло недовольство.

— Ты должен радоваться, я ни на что не претендую. И если кому-то из нас станет некомфортно вместе, то честно признаемся, и я съеду.

— Я понял, Зарян.

Беседа оставила неприятный осадок, развеивая флюиды влечения. Но зато необходимая и актуальная. Ко всем моим проблемам еще не хватало остаться с ребенком после бурного романа или избавляться от нежеланного. Мне казалось: Валиевы — это демографическая машина и Амиру ничего не стоит заделать мне его с первого раза.

После того, как между мной и Амиром произошел секс, отношения наши резко поменялись. И дело даже