Счастье за диваном - Лена Тэсс

— Мааам, а Дмитрий Иванович взял тебя в заложники после того, как ты его измазала зубной пастой? Тебя нужно спасать?

За спиной раздался сдавленный смешок больше похожий на хрюканье, и я почувствовала, как прижатое ко мне тело задрожало от едва сдерживаемой истерики. Дима заёрзал, прижавшись ко мне еще чуть плотнее.

— Не шевелись, — шепнул он.

Я и не могла, осознавая, что за всю жизнь, пожалуй еще никогда не оказывалась заложницей двух противоречивых желаний: с одной стороны встать и сделать вид, что все отлично, улыбнуться сыну и пойти с ним завтракать как ни в чем не бывало, а с другой, попросить Сашу выйти из комнаты и проверить настолько ли велико желание Димы или это просто утренняя эрекция.

Приоткрыв один глаз, я встретилась с озабоченным лицом Сашки и поняла, что второй вариант придется отложить до лучших времен и, взяв себя в руки, села на кровати.

— Ты уже умылся и почистил зубы?

— Девочки ночью потратили почти всю пасту, так что её хватило не всем. А почему ты не спала в своей кровати?

Этот ребёнок не повелся на мою маленькую хитрость и продолжал во все глаза смотреть то на меня, то на Диму.

— Потому что твоя мама совсем не умеет проворачивать подобные шалости и шумит как слоник. Я взял её в заложники в наказание за то, что она меня разбудила посреди ночи и испортила мою футболку.

Голос мужчины за моей спиной звучал твёрдо и убедительно, полностью привлекая внимание сына.

Он все еще с подозрением смотрел на эту странную сцену. Восемь лет не самый простой возраст для подобных разговоров и объяснений, но шум за дверью и топот нескольких детей отвлекли наше внимание. Кто-то из мальчиков искал Сашу и громко звал его на все два этажа, поэтому через несколько секунд он скрылся за дверью.

Я опустила голову в ладони и шумно выдохнула, осознавая, что меня еще никогда не заставали врасплох в подобной ситуации.

Я могла по пальцам одной руки пересчитать утра, когда просыпалась в объятиях мужчины, и не могла припомнить ни одного, когда бы это не было неловко.

Сейчас не было, даже учитывая обстоятельства.

Провести ночь с мужчиной так, без подтекста — было и вовсе необычным опытом. Казалось, что я покраснела как помидор и кровь никак не собиралась отхлынуть от лица обратно. Сердце стучало как сумасшедшее, и я совсем не знала, что сказать.

Следовало встать и молча уйти? Может быть, поругать Диму за недальновидность? Поцеловать его за то, что смог свести все в шутку и взял на себя ответственность?

— Твой сын удивительно тактичный, — голос за спиной вернул меня в реальность.

— Неужели?

Дима положил одну руку мне на плечо и развернул к себе.

— Поверь мне, если бы сюда зашла Катя, то о нашей совместной ночёвке уже знали бы все, а вопросов было бы в разы больше.

Я охнула, представив глаза его дочки и её хитрую ухмылку, если бы нас застукала именно она. Спорить не было никакого смысла.

— Тогда нам наверно стоит поговорить о том, что произошло.

— Стоит, и мы поговорим, когда вернемся в город. Я обещаю. — Ладонь Димы легла мне на щёку и легко, почти невесомо большим пальцем он очертил линию скулы. — Но сейчас нам лучше начинать собираться. Уже почти десять.

Я согласно кивнула и почувствовала, что на лице появилась глупая счастливая улыбка. Не логичная.

Нежданная.

Влюблённая.

Глава 18.1

* * *

Дорога домой не сильно отличалась от поездки на базу. Разве что настроением и ощущением времени. Она была тише и короче.

Дети еще не вполне отошли от активных выходных и, кажется, пытались решить как успеть подготовить уроки к завтрашнему утру. До конца четверти и нового года было чуть больше двух недель, а значит, что все самые важные срезы знаний были впереди.

Для меня же лично эти часы пролетели как несколько минут.

Дима авторитетно усадил меня к окну и лично проконтролировал посадку детей в автобус, всех пересчитал и несколько раз сверил списки, не подпустив к ним даже Елену Анатольевну, которая минут через десять не самых активных протестов сдалась и достала из сумочки небольшой дорожный роман.

Мы ехали молча, но держались за руки.

Я достала телефон и наушники, отдав один из них своему соседу, а потом включила музыку. Подборка у меня была девчачья, такая, что обычно не отвлекает от вязания и пересчёта петель, и я слышала как Дима периодически посмеивался, когда начиналась новая баллада о любви из разряда «грустный русский рэпчик», но стоически молчал и выводил на моей ладони чудоковатые узоры.

Не было никакого смысла отрицать, что наше странное и нестандартное знакомство переросло в нечто большее.

И это вызывало во мне совершенно противоречивые чувства.

С одной стороны эйфорию от тех самых «бабочек в животе», которые начинали порхать от любого взгляда и прикосновения. Я чувствовала себя глупой и неуверенной школьницей, впервые заинтересовавшейся симпатичным мальчиком из соседнего класса. И вот он неожиданно обращает на меня внимание, заставляя меня выглядеть глупо. Говорить глупости. Вести себя неразумно.

С другой — мне было страшно по тем же причинам. Я не знала, что такое нормальные отношения и, кажется, уже смирилась с тем, что никогда этого не узнаю.

— Приехали. — Дима сжал мою руку и привлёк внимание, показывая, что пейзаж за окном давно сменился на городской, и мы были уже почти у школы, где рядом с центральным входом нас ждали родители, встречающие своих деток.

Суета с выходом из автобуса, поиском своих вещей и теплыми объятьями, как будто некоторые не виделись не две ночи, а два года, была забавной, но длилась недолго.

За какие-то пятнадцать минут все организованно разошлись по домам, и даже автобус успел уехать, оставив нашу небольшую компанию бесцельно оглядываться по сторонам.

— Думаю, что нам пора, — выронила я, чтобы хоть как-то прервать паузу, некстати затянувшуюся между нами.

Катя и Саша о чем-то тихо перешёптывались в стороне, а мне лишь оставалось неловко поддевать носком своих дутиков мокрый ком снега.

— Настя, ты пойдёшь со мной на свидание? — спросил Дима, улучив момент когда дети отвернулись и перестали обращать на нас внимание.

— Да, — ответ был таким скорым, что ладонь невольно прилипла к губам. Никакого чувства собственного достоинства.

Дима довольно улыбнулся. Искренне, так как мне нравится.

— Тогда я позвоню, чтобы уточнить график моей