Попаданка и ее айдолы - Ива Лебедева

— Ты так уверилась в своей защищенности и безнаказанности? — Вдруг Джинджер подошел ближе, встав практически вплотную.

— Слушай, рыжий. Ты мне надоел, — вздохнула я, спокойно глядя на него снизу вверх. — Хватит болтать попусту. Если нечего сказать по делу — я пошла.

— Я тебя никуда не отпускал, Рита. — Одна его рука уперлась в стену, перекрывая мне путь к выходу.

— У меня есть темные очки, — напомнила я и ухмыльнулась ему в лицо, буквально нависшее в двух сантиметрах от моего.

— И… что?

— Если я и получу фонарь под глазом, никто не заметит. А вот у тебя такой привилегии нет. Даже под гримом будет видно, — напомнила я. — И с отбитыми яйцами танцевать очень неудобно. У тебя центральное место в секторе, тебе нельзя на полусогнутых.

— Ты не посмеешь!

— Проверим?

— Если стафф повредит айдолу, это сразу станет скандалом. И не только ты вылетишь отсюда как пробка, но и твой новый питомец станет парией. И в лучшем случае просто сгинет в безвестности. — Чжу хорошо играл голосом, и оттого его слова казались скорее интимным шепотом, чем угрозой. Настоящая Рита наверняка уже стояла бы красная как рак.

— Это если айдол побежит ябедничать. А он не побежит, — так же тихо ответила я, не отводя взгляда.

— С чего ты взяла, что я такой добренький? — слегка удивился Джинджер, заставляя голос звучать еще интимнее.

— А я записываю разговор с самого начала. Я так делаю уже не в первый раз. И все аудио— и видеофайлы хранятся в облаке. Не только наши с тобой перепалки, но и некоторые другие моменты… помнишь какие? Если я или Лео отсюда вылетим, кто помешает мне слить в сеть немного твоих похождений и манеры общаться с другими людьми? Что будет с имиджем милого веселого парня, если поклонники увидят, как он бьет пожилую уборщицу только за то, что она нечаянно забрызгала его новые кроссовки?

— Ты! Ты прекрасно знаешь, что все было не так! — мгновенно разъярился Чжу. — Я никого не бил, это была случайность!

— Но орал ты вполне внятно, верно? И со стороны все выглядит именно так, как я сказала. Попробуй докажи, что ты не верблюд.

— Не кто? — растерялся Джинджер.

— Без разницы. Мы друг друга поняли или нет?

— Слушай, Рита… — Джинджер снова поменял манеру общения, поняв, что у меня не подкашиваются коленки и не текут слюни от столь близкого контакта с «совершенством». — Ок, я не буду допытываться до твоих коварных планов мести. Но если тебе так нужно на время окопаться в стаффе, может, лучше пойдешь ко мне? Зачем тебе эта бездарность? Работая на меня, ты легче выйдешь на именитых режиссеров и фотографов. У тебя будет место для маневра, а я, так и быть, не буду замечать некоторые странности и твои отлучки.

— Нет, рыжик, даже не надейся, — засмеялась я. — Мне не нужна никакая зависимость от тебя, даже призрачная. Мне понравилось не иметь за спиной ничего, о чем можно сожалеть. Это дает такую свободу и легкость, о которой тебе остается только мечтать. Зачем же лезть обратно в клетку?

— И все-таки где-то ты сильно врешь. — Джинджер красноречиво заломил бровь. Если бы я впервые видела эту его гримасу, то даже впечатлилась бы. Но Ритина память развила во мне отличный иммунитет к красивым парням с ангельской внешностью. Хотя Чжу скорее походил на огненного демона — ифрита. — Очень сильно. Я ж тебя как облупленную знаю.

— Да тебе-то какое дело? — Я слегка пошарила в памяти тела и продемонстрировала в ответ фирменный Ритин взгляд лукавой лани. — У нас отличный вооруженный нейтралитет. Ты не трогаешь меня, я не трогаю тебя. Что еще?

— Таким он был, когда мы были конкурентами на одном поле. А сейчас…

— А сейчас у меня преимущество. — Я подмигнула парню. — Непривычно, да? Что поделать. Смирись с этим. И я великодушно не стану применять свои чары против тебя.

— Какие еще чары?

— Сам подумай. Все, мне пора. Уберешь руку или мне вспомнить, что Яркий Огонек Фон боится щекотки?

— Теперь меня называют Ало-Золотой Император Фон, — фыркнул парень. Память Риты снова подсказала, что такое имя получилось из-за определенного начертания иероглифов в имени. Родители Чжу знали, как назвать сына.

— Но щекотки ты боишься все так же, — резюмировала я, прерывая его хвастливый монолог легким тычком пальца в ребра.

Джинджер тут же сдавленно кудахтнул, непроизвольно хихикнул и отпрянул, освобождая пути к отступлению.

Облегченно выдохнув от маленькой победы, полная какого-то детского азарта, я практически вприпрыжку, с улыбкой на лице выскочила из его гримерки.

Чтобы тут же натолкнуться на непонимающе-осуждающий взгляд.

Глава 29

— Что. Ты. У него. Делала?! — Белобрысый львенок шипел и дергал хвостом. Я почти наяву видела эти прижатые уши, оскаленную морду и биение песочно-желтого по стенам.

— Разговаривала. Угрожала в основном. — Я подцепила своего злюку под локоть и потащила в сторону выхода. — Ты сумку взял? Или мне надо сбегать взять из гримерки?

— Какая, к чертям, сумка, если ты у всех на виду выходишь из гримерки Джинджера, где вы были заперты одни! А еще у тебя одежда в беспорядке и кепка набок! Рита!

— Сорок… тьфу ты, двадцать один год уже Рита. С вещами сумка. С вещами, которые надо успеть постирать и высушить, — спокойно напомнила я, оттаскивая Лео от чужой двери. — Ты за весь день пропотел половину своего гардероба. А, взял же… чего тогда голову морочишь?

— А говорила, что не бывший. Лгунья.

— Если называть бывшими всех, кого я ненавидела и немножко била, то ты, пожалуй, прав. — Я снова подтолкнула то и дело тормозящего парня в нужную сторону.

— Вы дрались?! — ошалел он. Кажется, это предположение напугало львенка даже больше моего возможного романа с конкурентом.

— Говорю же, я ему угрожала. Не только компроматом, — покивала я на ходу. — Еще и физическим насилием!

А что, щекотка — это тоже насилие! Вполне себе физическое.

— Ты… ты…

— В кафе мы сегодня не успеем. — Быстрый взгляд на часы подтвердил мою мысль. — Половина двенадцатого ночи. Топай быстрее, если не