Академия Драгон. Станешь моей истинной! (2) - Лана Воронецкая

Ландия усадила меня за столик, где уже расселись остальные подружки и радушно перезнакомила со всеми. Пять девушек со старшего курса весело щебетали, запросто приняли в свой круг.

Только одна из них грустила. Аланья –такая же блондинка, как и я, с густыми длинными волосами. Кажется, это ее личное дело я видела в кабинете у ректора и это ее пухленьким губкам позавидовала. Ревность кольнула тоненькой иголочкой. Почему ее портрет красовался на столе господина Луцера?

— Давайте закажем немного легкого вина! По бокальчику за знакомство, — подмигнула мне брюнетка –Сильвия.

— Если немного, то можно, — поддержали девочки. — Для аппетита.

Аланья вздохнула:

— Мне нельзя. Вы же знаете.

Подруги смутились. Только Сильвия ляпнула:

— А, ну да. Беременным вроде нельзя.

— Беременным? — язык мой- враг мой.

Зачем я это ляпнула? Аланья помрачнела еще больше, уставилась в стол, смахнула несуществующие крошки.

Ландия заглянула мне в глаза:

— Ты же не будешь болтать?

Я усердно замотала головой. Да, мне и некому. Со мной никто кроме Ландии, и, вот теперь ее подруг не общается.

Аланья переплела и сжала пальцы, пробормотала:

— Я не знаю. Я ничего не помню. Не понимаю, как это могло случиться со мной? Я даже никогда в жизни не целовалась ни с кем по-настоящему.

В глазах девушки заблестели слезы.

Я подумала про Брайли, который признался про чары внушения. Если на мне не сработало, может он что-то внушил Аланье? Но это слишком серьезное обвинение, чтобы вот так высказывать при всех.

Может из-за этого на столе ректора лежало ее дело? Надо поговорить с господином Луцером… Зря я ему сразу не рассказала про Брайли. Неужели его чары, и правда, на кого-то действуют?

К тому же, на столе лежало не только личное дело Аланьи. Почему? И все девушки на портерах были блондинками. Как и я. Может поэтому ректор так сильно злился и на меня поначалу? Думал, что я тоже могу быть беременна?

Ландия обняла подругу, притянула к себе и погладила по волосам.

— Аланья, милая, дядя Святозар разберется. И мой папа тоже в курсе. Они всё выяснят, — она подняла подружку за подбородок и теперь заглянула в ее глаза.

— Ну, выше нос. Ты станешь мамочкой. Счастливой мамочкой. А будешь плакать –навредишь ребеночку. Маленькому дракончику.

На последних словах Ландии, Аланья не только не успокоилась, а слезы потекли по щекам.

— Вот именно. Дракончик…

Вот это ничего себе…

Пап рассказывал, что маме нужна была кровь дракона, чтобы выжить. Если Аланья, и в самом деле, не знает, кто это сотворил с ней, то тогда —вообще полная катастрофа. Я постаралась скрыть эмоции, тот ужас, который испытала, глядя на бледную девушку.

А если бы чары Брайли подействовали на меня? Чем бы всё могло закончиться в капище? Я содрогнулась, но попыталась держать себя в руках.

Ландия продолжила успокаивать подругу, промокнула ей слезы салфеткой:

— Так. Кажется, я вижу одного красавчика. Давно не появлялся. Опять пришел в кафешку. Ну-ка, улыбайся. Мне кажется, он сюда из-за тебя только и ходит.

Аланья шмыгнула носом:

— Даже если из-за меня… Зачем я ему брюхатая-то нужна?

— Улыбайся, милая. Мне кажется, он на тебя смотрит.

Я украдкой бросила взгляд в ту сторону, куда все девчонки косились по очереди.

В дальнем углу, за столиком устроился огромный мужчина с длинными светлыми волосами, собранными в хвост. Дорогой камзол висел сбоку от столика, на вешалке. Крупный блондин откинулся на спинку –и как поместился на стуле? Таким большим он выглядел. Ноги торчали из-под стола. Скрестил на груди мощные руки –казалось рубашка полопается на бицепсах.

Мужчина не стесняясь разглядывал наш столик. Действительно, скользил задумчивым взглядом по Аланье, а потом неожиданно переключился на меня. Я не успела отвернуться и вздрогнула, когда он уставился прямо мне в глаза, прожигая насквозь.

Красивый. Вылитый дракон. Неужели? Кто-то из родственничков наших «древнейших»?

Я тут же отвернулась, но другие девочки тоже заметили куда он пялился и как-то растеряли первоначальный благодушный настрой, которым встретили меня поначалу.

К нам подошла подавальщица, принялась составлять на стол кучу разных блюд с деликатесами, щекоча ноздри вкусными запахами и вызывая бесконтрольный аппетит.

— Мы же еще ничего не заказали, — удивились девушки.

— Куда нам столько много?

Подавальщица пожала плечами, составила на стол хрустальные фужеры на длинных ножках и слегка пождала губы, что выдало завистливое раздражение:

— Господин угощает, — она кивнула на дальний столик, за которым расселся блондин.

Все дружно обернулись, а тот расплылся в широкой улыбке, лениво махнул рукой, приветствуя.

Подавальщица составила всё на стол и испарилась.

Объемный блондин выпутал ноги из-под стола, поднялся и, захватив бутылку вина, неторопливой походкой направился к нам.

Девушки перешептывались, поглядывая на приближающегося мужчину, хищно сверкающего глазами. Мне показалось, его зрачки вытянулись в линии, но тут же вернулись на место. Просто померещилось. Хотя, чем ближе он подходил, тем больше я принюхивалась –походу, и, правда, дракон.

Ландия подтвердила еле слышным шепотом:

— Не человек.

Ноздри блондина тоже едва заметно подрагивали. Он принюхивался к нам?

Кто-то прошептал:

— Раньше он с нами не заговаривал.

— И не угощал…

— Добрый день, красавицы, — поприветствовал низкий баритон.

— Разрешите составить вам компанию.

Не дожидаясь ответа, свободной рукой он подтянул стул из-за соседнего столика. Девочки чуть раздвинули свои стулья, освобождая место, завороженно наблюдали за красивым мужчиной –определенно драконом.

Он откупорил бутылку. Ну, ничего себе –эллорийское светлое, искрящее. Я такое вино только на картинках в глянцевых журналах видела. Поговаривали, оно замешано на высокогорной магии.

— Мне послышалось, вы собирались заказать вина. А мне как раз не с кем разделить этот великолепный коллекционный букет.

Ландия, как самая смелая, осторожно поинтересовалась:

— У вас сегодня какой-то праздник?

Видимо, даже для нее подобное вино оказалось редкостью. Как и наглость мужчины.

Дракон хмыкнул:

— Можно сказать и так. Вечер еще впереди –посмотрим, — он говорил загадками, понятными только ему одному.

Мужчина ловко разлил вино по бокалам. Оно, и правда, искрилось солнечным светом, как писали в журнале. Блики отражались в хрустальных стенках бокалов, отсвечивали, падая на светлую скатерть на столе.

— Разрешите представиться, Малори.

Девочки весело загалдели, разбирая бокалы, называя свои имена. И Ландия тоже. И я вслед за ней.

Все кроме Аланьи, которая