Клубничные каникулы - Ника Крылатая

Сев в постели, довольно и с удовольствием потянулась. В это время из ванной вышел Ковыльский и завис.

– Черт, пойдем на третий круг? – он улыбался, от уголков глаз разбегались лучики морщинок.

– Ты еще и улыбаться умеешь? – хихикнула Ульяна. – Мне казалось, что только кричать и рычать, – не могла удержаться от поддразнивания.

Он сел рядом, притянул ее к себе в объятия, и попросил тихо-тихо:

– Останься.

– Не могу, – так же тихо ответила девушка. – Мне завтра на собеседование к Валерии Максимовне.

– Я отвезу, оставайся, – мужчине не хотелось ее отпускать совершенно искренне. Она его персональный десерт, наркотик.

– Саш, я правда не могу, – от такого тихого и ласкового Саш защемило сердце. – Выезжать рано, нужно подобрать одежду. Кстати, о ней. Как-то это мокрое надо на себя натянуть и добраться к тёте. Дождь почти стих, – за окном была светло, вечернее солнце играло лучами в лужах.

– Не могу оставить даму в беде, одолжу тебе спортивные штаны и рубашку, – Саша вздохнул, было бы гораздо лучше, останься Ульяна у него. – И отвезу. Не смотри на меня так! И права, и машина у меня есть, хоть я по большей части живу здесь.

Глава 21

– Может, все же останешься? – предпринял он последнюю попытку.

– Нет, я очень хочу получить работу. Ты просто не представляешь, как тяжело без нее, – Ульяна застегивала плотную джинсовую рубашку, на улице после дождя значительно похолодало. Мужские спортивные штаны сидели на ней вполне сносно.

– Поверь, очень хорошо представляю, – спокойно произнес Саша. – Похоже, у Ромки карма такая – причинять добро.

Собрав мокрые вещи в пакет, Ульяна вышла вслед за Ковыльским на улицу. Белый Прадо стоял под навесом сразу возле дома, и пройти к нему можно было не опасаясь осадков. Авто мигнуло фарами и щелкнул центрозамок. Девушка хмыкнула: "Вот тебе и белый конь у принца".

– Прошу, – мужчина распахнул переднюю дверь. – Надеюсь, теть Валя не отчитает тебя от беспокойства.

– Нет, я ее предупредила, что все нормально, – вспыхнула Ульянка. Появиться перед теткой в таком виде было куда более неловко, чем перед родителями. И возраст не играл совершенно никакой роли.

Деревянные ворота, скорее символические, обозначающие приватную территорию, открылись автоматически. "Вот тебе и деревня", – в который раз удивилась она. – "Сплошь любители автоматизации". В машине воцарилось неловкое молчание, страсти поутихли, а о чем разговаривать с, по факту, малознакомым мужчиной, Фенечкина не представляла. Весь напор и журналистские навыки разом куда-то пропали. Только вздрогнула, когда Саша накрыл ее руку своей и легонько сжал. Ехать было от силы минут десять, и то потому, что дорога была проложена не по прямой, в отличие от пешеходной тропинки. Слишком быстро машина затормозила у дома Морозовой.

– Приехали, – нарушил тишину мужчина. – На чай, думаю, напрашиваться не стоит? – он серьезно смотрел на спутницу.

– Не стоит, – та покраснела. – Вещи верну, наверное, послезавтра. Я не знаю, как долго пробудем в городе, – быстро выскочила из машины.

Саша стукнул по рулю. Вечно у него так, как только женщина на самом деле нравится, он все портит. Дождавшись, когда Ульяна скроется во дворе, завел машину и поехал к себе. И тут тоже ругал себя, потому как пока он приятно проводил время, наплевав на обязанности, неизвестно, как гости переждали бурю.

Валентина окинула племянницу, представшую перед ней в мужской одежде, хитрым взглядом.

– Иди в душ, а я пока чай поставлю, – и больше ничего спрашивать не стала. Она прекрасно понимала, что произошло, и если у них все сложится, она будет рада. Много лет зная Ковыльского, тетка знала, что легко с ним не будет, что он склонен периодически впадать в рефлексию, и как раз Ульяна, склонная к неожиданным и импульсивным поступкам, сможет держать его в тонусе. "Каждому дракону нужна своя принцесса", – усмехнулась она, и принялась накрывать на стол.

– Садить, – указала на стул, когда Ульяна появилась на кухне. – Как ты поняла, Валерия Максимовна не тот человек, что будет терпеть опоздания и халатность. Но тебе повезло, что она не склонна судить о людях по фото из социальных сетей. Нужно выбрать, в чем появишься на собеседовании.

– Теть Валя, у меня руки дрожат при мысли об этой женщине, – девушка задумчиво размешивала ложечкой чай. – Ну где я, и где эта благотворительница?

– Ой, прекрати, – отмахнулась тетушка. – Они тоже люди. Перестань смотреть на них, как на небожителей. Ей нужен работник, тебе нужна работа. Все просто.

– Мне бы ваш оптимизм, – вздохнула Уля.

– Все, не накручивай себя! Кушаем и идем выбирать наряд, – ничто так не отвлекает от грустных мыслей, как выбор подходящей надежды.

Утром Ульяна вскочила рано, боясь проспать, проснулась до будильника и с колотящимся сердцем пошла собираться. Завтракать от волнения не хотелось. Когда проснулась тетя, она уже была готова, оставалось только надеть приготовленное вчера. К ресторану они успели вовремя.

– Ни пуха, – пожелала Валентина.

– К черту.

Наметанным глазом девушка сразу определила класс ресторана как люкс. И правда, не в МакДональдс же ее позвали бы?

– Здравствуйте, у вас забронировано или проводить за свободный столик? – хостесс в униформе приветливо улыбнулась, и взглядом не выдав своего мнения о посетительнице.

– У меня назначена встреча. Столик должен быть забронирован на Романовскую, – совсем растерялась Ульяна.

– Валерия Максимовна уже здесь. Пройдемте за мной.

– Доброе утро, – поздоровалась, подойдя к столику, за которым сидели Романовская и улыбчивая рыжая девушка, по лицу которой было хорошо видно, что она беременна.

– Доброе утро, а вы пунктуальны, это плюс, – внимательный взгляд Валерии Максимовны прошелся по строгому платью-сафари песочного цвета с рукавами до локтя и длиной чуть ниже колена. Талию подчеркивал светло-коричневый широкий пояс. На ногах – босоножки в тон поясу, и пусть мода сейчас против такого сочетания, более яркую обувь Ульяна посчитала неуместной. Она чувствовала себя крайне неудобно, и нервничала гораздо больше, чем при первой встрече. Нарочито небрежный пучок, дневной макияж, скромные серьги-гвоздики. – И внешний вид вполне достойный. Присаживайтесь. Заказывайте завтрак, разговор предстоит долгим. Нина, моя помощница, – указала женщина на рыженькую. – Именно ей решать, справитесь вы или нет.

Нина оказалась невысокой хохотушкой, распространяющей вокруг волны энергии и радости, и совершенно не тяготилась обществом работодательницы. Ульяна от неожиданности старалась не таращиться на нее во все глаза, весь облик девушки