Флоренция. Вид с холма - Алиса Даншох

class="p1">Помимо своих прямых обязанностей по оказанию помощи флорентийским золушкам Фея в свободное от работы время покровительствовала подающим надежды молодым людям из хороших семей. Она избегала общения с аристократами первой волны – потомками тех, кто получил земли и титулы за ратные подвиги, грабежи и жестокую нетерпимость во время крестовых походов. Фее нравились умные, хваткие, честолюбивые, умеющие работать и рисковать, с чутьём на прибыль и выгоду. Она симпатизировала тем, кто превратил Флоренцию в цветущее, богатое и могущественное государство. В общем, Фея предпочитала «настоящих флорентийцев-пополанов». Её не смущало, что они на заработанные тяжким трудом флорины покупали земли и титулы к ним в придачу. Неудивительно, что в двадцатом столетии Эмилио Пуччи маркиз ди Барсенто стал одним из её любимцев.

Известно, что семья Пуччи в XIII веке вписалась в гильдию шерстянщиков. Несмотря на политический гвельфский окрас, они всегда поддерживали Медичи, и один из Пуччи стал даже доверенным лицом Лоренцо Великолепного. За свою преданность правителю Флоренции он к свадьбе получил отличный подарок – четыре доски, расписанные Сандро Боттичелли, которыми украсил стены новёхонького дворца в стиле ренессанс. Увы, позже доски были проданы, но одну из них Эмилио удалось выкупить обратно, чему он чрезвычайно радовался. На этой доске изображены обычные вилки. Это для нас они повседневность, а для конца XV века вилки были великим новшеством. Случались в истории семьи и досадные происшествия. Например, во времена правления великого герцога Козимо I одного Пуччи повесили. Зато в XVII веке произошло нечто очень приятное: в 1662 году семья обзавелась титулом маркизов ди Барсенто.

В жилах Эмилио Пуччи течёт и русская кровь. Его бабушка со стороны отца звалась Варварой Нарышкиной. Она обладала не только дворянским происхождением и умом, но и крутым характером. Не одобрив матримониальный выбор сына, она фактически выпихнула собственного ребёнка из родового гнезда Пуччи. Он покинул Флоренцию, женился на ком хотел и обосновался в Неаполе, где 20 ноября 1914 года родился маленький мальчик Эмилио, будущий «принц принтов» и «король повседневности», как окрестила его всемирная мода и её верные слуги журналисты.

Природа (или Фея?) щедро одарила Эмилио. Он прекрасно учился и в колледже, и в трёх университетах, изучая самые разные дисциплины. В одном его интересовала экономика, в другом – литература и социология, а в третьем он получил степень доктора политических наук, что позднее позволило ему реализовать себя на службе обществу в качестве политика. Юноша прекрасно рисовал и активно занимался спортом. Он плавал, фехтовал, играл в теннис, участвовал в автомобильных гонках и отменно катался на лыжах. Наверное, в детстве родители возили Эмилио на горные курорты Северной Италии или в соседнюю Швейцарию. Ну не в Неаполе же он впервые спустился с покрытого снегом склона!

Именно лыжам Эмилио обязан началом головокружительной карьеры модного дизайнера. Но сначала лыжи привели его в состав сборной лыжной команды Италии и на зимние Олимпийские игры в Лейк-Плэсиде в 1932 году. Затем, благодаря всё тем же лыжам, ему досталась стипендия в американском Рид-колледже, для команды которого Эмилио придумал спортивную форму.

Вторая мировая война на десять лет прервала лыжную карьеру молодого Пуччи. В 1938 году Эмилио поступил на службу в итальянские вооружённые силы. Он стал пилотом и национальным героем, получив высокие знаки отличия за боевые заслуги. Эмилио никогда не скрывал своих симпатий к Муссолини, он дружил с его дочерью Эддой и в конце войны пытался спасти её мужа Галеаццо Чиано. Спасти Чиано не удалось, и Эмилио помог Эдде бежать в Швейцарию, за что был арестован гестапо и провёл несколько месяцев в тюрьме.

После войны Пуччи жил некоторое время в Швейцарии, где лыжи сначала помогали зарабатывать на жизнь, а потом, в 1947-м, сделали его знаменитым. Дело было так. Эмилио придумал удобный лыжный костюм из эластичной ткани и одел в него свою знакомую. Спортивная амуниция вместе с облачённой в неё девушкой попали в фотообъектив и оказались на обложке модного американского журнала. Все пришли в восторг, и Эмилио получил заказ на одежду для лыж. Иногда не только сказка скоро сказывается, но и карьера быстро делается.

Из швейцарской зимы Эмилио переехал в южноитальянское лето и открыл свой первый бутичок на Капри. В послевоенные годы на чудном островке вместо вождя мировой революции Ленина, певца коммунизма писателя Горького и немецкого промышленного магната Круппа отдыхали богатые и беззаботные американцы. Хорошо, что Эмилио Пуччи родился не во Флоренции, а в Неаполе. Вместо скучного грязно-серо-бежевого каменного цвета великой исторической родины он окрасил лёгкие шёлковые ткани в яркие тона жгучего неаполитанского лета. Из роскошного многоцветья Эмилио стал делать шарфы, затем блузки и платья, мужские рубашки, галстуки, дамские аксессуары. Его шёлковые изделия с набивным рисунком из шестнадцати цветов в 1960-е годы носили все знаменитости: от Софи Лорен и Элизабет Тейлор до Жаклин Кеннеди. А Мэрилин Монро была даже похоронена в платье от Эмилио Пуччи.

Всю жизнь «принц принтов» хранил благодарность острову Капри не только за удачное начало карьеры и бизнеса, но и за встречу, определившую его судьбу. Здесь в 1959 году Пуччи был представлен баронессе Кристине Наннини. Он был покорён нежной боттичеллиевской красотой римской аристократки и женился на ней. В благодарность за семейное счастье «король повседневности» подарил острову брючки, окрестив их «капри». Открыв ещё несколько магазинов модной одежды, дизайнер окончательно обосновался во Флоренции на улице Пуччи, в палаццо Пуччи, где в собственном офисе создавал модели и продавал их в бутике, носящем его имя. Находчивый маркиз нашёл способ отблагодарить и свой дворец, придумав брюки «палаццо» – широкие и прямые.

Знакомство с американским образом жизни во время учёбы в Рид-колледже в штате Джорджия, безусловно, способствовало колоссальному успеху Эмилио в Штатах. Местные модницы скупали его компактные вещицы и забивали ими чемоданы, уезжая в отпуск. Наша Фея также не избежала пуччимании, проверив вместимость собственной дорожной сумки от Gucci, заполненной трикотажными шёлковыми изделиями Эмилио. Ей удалось получить приличную скидку, и она прикупила целый летний гардероб, рассчитывая продемонстрировать его друзьям на отдыхе. Поездка сорвалась, а с блузок, юбок, платьев и купальников с бьющим за версту геометрическим узором или слепящими глаза пятнами, обведёнными цветными контурами, так и не были сняты бирки. Иногда Фея подумывала сдать покупки обратно в магазин, но её останавливала мысль о ценах на аукционе винтажных вещей. Пусть стоимость подрастёт, а там и подзаработать можно будет.

Популярность Пуччи росла, расцвечивая всё на своём пути. Более десяти лет стюардессы, пилоты и наземная команда авиакомпании «Бранифф» носили форму, созданную для них флорентийским дизайнером. Его