Бесков - Владимир Игоревич Галедин

То есть перед нами типично тренерский, а не игроцкий подход. Бывший форвард вовсе не пытается подчеркнуть определяющую роль коллег по амплуа. Его идеи связаны с созданием боеспособной команды. При этом нападающий обязан обладать достаточной квалификацией — в противном случае он лишь навредит коллективу.

Сегодня интересно посмотреть на требования мастера середины прошлого века к удару по воротам: «Если игрок нападения умеет управлять ударом, т. е. бить по мячу и сильно, и в нужных случаях слабо, если он может рассчитывать расстояние, на которое он посылает мяч, если он умеет направить его и по земле, и верхом, если, наконец, он владеет различными способами удара по мячу и одинаково успешно может бить и правой, и левой ногой, про такого нападающего можно сказать, что он владеет ударом».

И ни тебе игрока сугубо штрафной площади, ни, напротив, мастера дистанционных действий, или, например, умельца по зарабатыванию пенальти, или, наконец, футболиста «одноногого», у которого неударная нога исключительно для ходьбы. Совершенная бескомпромиссность. Так ведь признаемся: какой же ты форвард, ежели не умеешь бить по воротам?

Бесков подробно разъясняет, как, когда, в каком случае надо наносить удар по цели. Носком ноги, серединой подъёма, внутренней его стороной, внешней и внутренней стороной стопы и т. д. Рассматриваются и особенности удара головой. (Причём в качестве «убойного» примера упоминается низкорослый технарь Пётр Дементьев, превосходно владевший таким ударом за счёт виртуозного выбора позиции). Вот характерное описание: «Удар внутренней стороной стопы нужно выполнять так, чтобы противник не понял, куда будет направлен мяч. Многие футболисты производят этот удар без всяких отвлекающих движений, в этом случае он становится очень заметным, и поэтому противнику нетрудно перехватить мяч. Значит, удар “щёчкой” нужно сопровождать различными обманными движениями или, например, взглядом показать одно направление, а ударить в другую сторону. Тогда направление полёта мяча угадать очень трудно, и удар достигнет своей цели».

Обидно, что в «Торпедо» Бесков в конечном счёте не сработался со Стрельцовым и Ивановым. В чисто футбольном плане спорить им было не о чем.

Валентин Козьмич, собственно, и напишет об этом в начале 70-х:

«...Я вспомнил установки и разборы игр, которые проводил Бесков в “Торпедо”. Они продолжались иногда часа по два, а если бы мы, устав, как после трудного матча, не роптали, длились бы, наверное, бесконечно. И не то удивительно, что Бесков помнил сыгранный матч так же, как гроссмейстер только что закончившуюся партию. Кажется, он так же детально представлял себе и будущую игру со всеми её возможными вариантами. На установке он проигрывал за каждого его партию и старался внушить игроку во всех подробностях, что он должен делать, если противник сыграет так, или эдак, или изберёт третий путь. И всё это мы репетировали и репетировали на тренировках. А после игры — иногда не сразу, а через неделю — Бесков мог вдруг подойти и сказать по поводу какого-нибудь совершенно невзрачного, всеми забытого эпизода, который даже не привёл к острому моменту:

— Видишь, как здорово там получилось.

Это значит, что какую-то комбинацию — сыграли “в стенку” или сделали “скрещивание” — мы провели “по Бескову”, то есть в точности так, как разучили заранее.

Его память хранит несметное число игровых ситуаций, в которых участвовал он сам или свидетелем которых был, и каждая может служить темой урока» (В. К. Иванов. «Центральный круг»; литературная запись Е. М. Рубина).

«Игровые ситуации» невозможны без соответствующей трактовки амплуа нападающих. Сам Константин Иванович мог выступить на любой атакующей позиции. Посему смена мест и изящество манёвра являлись для него делом естественным. Центрфорвард, в его понимании, «организует атаки, завязывает их. Если же он видит, что может обыграть защитника, он старается построить игру так, чтобы получить мяч самому. Когда же защитник превосходит и переигрывает центрального нападающего, последний должен самыми различными способами увлекать его за собой из центральной зоны, освобождая этим пространство, в которое смогут ворваться другие нападающие; если защитник не пойдёт за ним, то центральный нападающий, уходя на фланги, создаёт там численное превосходство над защитой».

Разумеется, и четверо остальных нападающих обязаны быть вовлечены в немыслимую круговерть у ворот соперника. Но если о многообразии функций полусредних речь уже шла, то о прихотливом рисунке игры фланговых форвардов Бесков, не исключено, говорит первым:

«Крайний нападающий должен уверенно владеть тактическими приёмами. Вовремя открываться, чтобы выгодно получить мяч, а значит, умело отрываться от сторожа; уводить за собой защитника и создавать выгодную позицию партнёру; выполнять временами функции полусреднего и центрального нападающих; поддерживать свои защитные линии, когда атака противника становится опасной или атакующий противник создал численное превосходство над защитой; связывать нападение с полузащитниками и защитниками — вот далеко не полный перечень тактических задач, которые приходится решать крайнему нападающему».

Требования, конечно, запредельные. Строго говоря, им никто никогда и не соответствовал. Но идеал-то обозначен!

* * *

Без работы Бесков оставался недолго. В начале 1957 года ему предложили стать старшим тренером Футбольной школы молодёжи в Лужниках. Она появилась на свет менее трёх лет назад и представляла собой определённого рода экспериментальную площадку (это к тому, что в 60-м её, по существу, прикрыли) для жизнерадостных новаторов. Которым, отметим особо, власть взялась платить на уровне наставников команд мастеров. Кроме того, государство наделило детских тренеров неограниченными возможностями в отборе способных ребят. Просматривали тысячи мальчишек. Зачисляли хорошо если полтора десятка. Прямо как в театральный вуз.

А Бесков своё футбольное чутьё проверял следующим образом: «Выбирал человек 20 из тысячи желающих. Из этой двадцатки выделял ещё 10 человек и делил на две пятёрки. В одну отбирал, на мой взгляд, самых лучших и давал им возможность сразиться с оставшимися пятью. Физически все были готовы почти одинаково, а вот футбольная мудрость просматривалась не у всех. Так вот, команда “лучших” выигрывала крупно»[20].

Прямо скажем, родителям не отобранных в последний момент детей можно посочувствовать. Каким же зверем должен был казаться им неизменно подтянутый, с иголочки одетый молодой гражданин с аккуратным пробором! Не знали они: за парадной внешностью жила чувствительная и восприимчивая душа. Ведь тот же Слава Метревели, обнаруженный Бесковым в середине сезона-56 в горьковском «Торпедо», переехав в столицу, остановился на первое время у Константина Ивановича. Причём старший тренер не видел в том факте ничего особенного. А где же жить не имеющему покуда собственных квадратных метров в Москве