Кротовский, может, хватит? - Дмитрий Парсиев

— Уж поверь. В отличие от информационной свалки под названием интернет, я предлагаю оптимальные варианты.

— Ладно.

— А чем расплатиться за макр из демонического мира подумаю до завтра.

Порешав с гоблином, с чистой совестью отправился спать. Проснулся уже традиционно последним.

Сторож Фемка, перейдя на ограниченный режим потребления алкоголя, стал выглядеть лучше, хотя во взгляде появилась глубинная философская грусть.

— Хозяин, работники закончили чинить крышу, — доложил он, накладывая мне омлет с копченой грудинкой, — Теперь на втором этаже потолки белить будут.

— Хорошо, что напомнил про них. Как раз хотел с ними поговорить.

После завтрака поднялся на второй этаж и поинтересовался, как найти Осадчего.

— Ваську чтоль?

— Не, старшего. Который старшак в слободке.

— Так в слободке и найдете.

Работники объяснили мне, как его искать, я, не теряя времени, туда отправился. Старший Осадчий оказался представительным усатым мужчиной с почти лысой головой. Он принял меня в своем доме с трубкой в зубах. Познакомились, поговорили о житье-бытье южно-уральского казачества, вынужденно проживающего за пределами Российской империи.

— Мы с пониманием, — заверил меня казачий старшина, — Раз пришлось царю-императору оставить наш город, значит на то воля предка… а вы, Сергей Николаич, как думаете, собирается он возвращать власть над Кречевском?

— Увы, — отвечаю осторожно, — О своих планах Петр Алексеевич мне не докладывает. Но зачем-то он меня сюда отправил…

— А кого ж еще отправлять, если не вас? — удивился старший Осадчий, — Тут еще прадед ваш первые рудники ставил. Вам, значит, и дело его продолжать.

— Теперь тут Засунович с Пшечным хозяйничают, — возражаю.

— Да кто они такие? Псы приблудные, англичанами поставленные. Раньше тут все Кротовским принадлежало. Никаких, прости предок, засунов и близко не было, — старшина брезгливо сплюнул.

— А что вы знаете? Про прежние времена?

— Так я позже родился. Что я могу знать.

— Ну, может, старики рассказывали, — пытаюсь разговорить Осадчего, — Вот про стену вокруг города, к примеру.

— Это про скалу?

— Ну да, — у меня зазвонила мобила и мне пришлось отвлечься, — Слушаю.

— Сергей Николаич, мы придумали, — донесся из трубки радостный Кешин голос.

— Что придумали?

— Мы сами подшипники сделаем. Только дробь использовать не будем. Мы катки изготовим.

Учитывая, что Кеше скорее всего неизвестно слово «ролики», по всей видимости он говорит именно о них.

— А на чем делать будете?

— Тут как раз есть настольные станочки для изготовления малых деталей. На них и точней получится. А кольца отольем.

— Хорошо, Кеша, делайте.

— Правда, ручного труда много получится.

— Ну ничего. Тут уж ничего не поделать. Подумаете потом, как делать их легче.

— Это само собой.

Отключив телефон, я перевел взгляд на Осадчего, который пережидал окончания переговоров, попыхивая трубкой.

— Извините, по работе… пришлось ответить.

— Мы с пониманием, — снова заверил меня старшина.

— Так, о чем мы… про скалу…

— Ее еще прадед ваш поднял прямо из земли. Она раньше выше была. А теперь обратно в землю просела.

— А зачем он ее поднял, старики не говорили?

— Ну, — Осадчий немного подумал, — Для обороны, наверно… правда, скала эта не понадобилась.

— Что значит, не понадобилась?

— Так не было на скале сражения.

— Да ну?

— Вот точно. Не было.

— А почему тогда старый Кротовский отсюда ушел?

— Вот этого я не знаю, — решительно отстранился старшина, — Говорят, ему царь приказал. Только мне в это не верится.

М-да. Разговор с Осадчим совершенно ничего не прояснил, а только еще больше все запутал.

— А скажите еще, тут кроме вас разный народ живет.

— Тут всякие есть. И с Европы много сюда переехало.

— А эти европейцы пойдут под корону русского царя?

— Добровольно?

— Ну да.

— Это вряд ли, — ответил казачий старшина, — Англичашки им все гадости рассказывают… и про царя… и про русских. Они нас не любят.

Кто бы сомневался. Где есть англичане, там сеется рознь и взаимное недоверие. После беседы с Осадчим решил отправиться в цех. Короче всего идти через город, так что я пошел по улицам Кречевска. Недалеко от центра возле меня остановился черный лаковый автомобиль.

— Мистер Кротовский, — Чарли Спайдер помахал мне из окошка, — Я могу подвезти.

Не найдя причины отказаться, сажусь в авто.

— Благодарю за любезность, мистер Спайдер.

— Мне это совершенно ничего не стоит, — со снобским английским великодушием ответил англичанин, — Куда вас везти?

— Хочу попасть в свой цех.

— Вы еще не отказались от идеи делать моторы? — Спайдер изобразил нарочитое удивление.

— А почему я должен был отказаться? Ваши посулы про торговлю с Индией не содержат пока ни малейшей конкретики.

— Но вы должны понимать, мистер Кротовский, что бизнес — это дорога с двусторонним движением. Покажите нам готовность к сотрудничеству. А так я пока не вижу смысла делать вам конкретные предложения.

— И что я должен сделать, чтобы показать готовность к сотрудничеству?

— Если в вашу чашку налита вода, я не могу заполнить ее хорошим виски, — нравоучительно заявил Чарли Спайдер, — Освободите ваш склад от дурацких станков, и я начну наполнять его высококачественными британскими товарами.

— Вы забываете, мистер Спайдер, что это не мои станки. Они принадлежат русскому императору.

— Тем более, — мое возражение англичанина нисколько не смутило, — Отправьте их вашему царю. Пусть он сам решает, что с ними делать. Я даже помогу. Это будет мой шаг вам навстречу, мистер Кротовский. Я возьму на себя эту миссию. Доставлю станки хоть в Петербург… за свой счет. Как вам идея?

— Идея — говно, мистер Спайдер, — отвечаю вежливо, — Узнаю ваш знаменитый англосаксонский разводняк. Сначала я избавлюсь от станков. Потом вы потребуете от меня еще что-нибудь, не давая ничего, кроме лживых обещаний. Говно — ваша идея, мистер Спайдер.

— Напрасно вы так горячитесь, мистер Кротовский, — Спайдера ничем не проймешь, ему хоть плюй в глаза, — Мы все равно вернемся к этому разговору. Но уже с других позиций. В следующий раз отказаться от моего предложения вам будет намного трудней, поверьте. А тогда и условия с моей стороны будут для вас менее выгодными. Подумайте над этим… мы приехали… вот ваш цех.

Высадив меня, черный пафосный автомобиль укатил, а я направился в ворота. После разговора с англичанином осталось довольно гадостное ощущение. Зато, как вошел внутрь, настроение сразу поднялось. В цеху деловой настрой. Больше сотни людей работают на достижение хорошей правильной цели. Не интригуют, не угрожают и не лгут… просто работают… просто делают полезное дело.

— Сережка, ты чего такой мрачный? — Анюта вышла мне навстречу, — Посмотри какую проволоку Кешка с Березниковым сделали. Почти как волос.

— Уж не совсем волос.

— Ну конский волос. Ну правда тонкая такая… ты недоволен чем-то?

— Анют, не в этом дело. С англичанином пообщался. Все настроение испоганил… где Матвей Филиппыч?

— Сейчас наберу ему… а, вот и он… идет сюда.

— Что-то случилось? — деда мгновенно сориентировался