Мой (не)бывший муж - Софи Росс

Халат, конечно, показался мне невероятно мягким и удобным, но вот спать в нем я бы не рискнула.

Меняю его обратно на платье, чтобы чувствовать себя увереннее, забираюсь под тяжелое одеяло. По привычке выбираю правую сторону кровати.

Я уже почти проваливаюсь в глубокий сон, как матрас сзади меня прогибается. Марк кладет руку на мою талию поверх одеяла, зарывается в волосы. Его горячее дыхание щекочет шею.

— Что ты… — начинаю ерзать, пытаюсь избавиться от этой близости.

— Ш-ш, спи, котенок.

Быстрый поцелуй в шею действует на меня подобно колыбельной. Я мгновенно теряю связь с реальностью.

Глава 18

Когда я просыпаюсь, в горле настолько сухо, что хочется выпить залпом несколько стаканов воды, чтобы хоть немного отпустило.

От проснувшейся на выставке ревности и толики грубости Марка стенки немного саднят, так что глотать слюну первые секунды приходится через силу. Не слишком приятные ощущения.

Платье облепляет тело второй кожей — во сне я немного вспотела и теперь легкая ткань липнет к спине. Думаю, Марк не будет против, если я быстро воспользуюсь ванной комнатой. Тем более что он сам вроде как оставил для меня рубашку, в которую после душа я с удовольствием переоденусь.

И даже моя гордость никак не пошатнется, потому что это всего лишь кусок ткани. Подумаешь, дизайнерский, с какой-то известной биркой.

Слишком мне сейчас важен собственный комфорт. Строить из себя девочку-стесняшу как-то поздновато, после того как я недавно стояла перед бывшим мужем на коленях с открытым ртом.

Бьющие сверху струи действительно освежают. Сбивают зачатки температуры, появившейся из-за духоты и слишком тяжелого одеяла. Батареи здесь работают превосходно, можно было бы даже убавить подачу тепла.

Плотная рубашка приятно льнет к телу. Я практически наглухо застегиваю пуговицы, скептически осматриваю свое немного раскрасневшееся выражение в зеркале, взбиваю волосы.

Расчески не нашлось, так что мои локоны будут напоминать творческий беспорядок. Останется только сделать вид, что так изначально задумано.

Марк выглядит очень органично в гостиной на сером диване с тонким ноутбуком на коленях. Он иногда хмурится, сканирует экран взглядом и играет пальцами левой руки с бокалом, где немного налито.

Первая порция? Или он уже успел выпить несколько?

— Проснулась, Влада? — он отрывается от своего занятия, скользит по мне взглядом.

Останавливается на голых ногах, улыбается так легко, одними уголками. Почему-то в этот момент я замечаю, что Марк стал как-то старше. Возраст его не портит, но вот эти новые морщинки, которые хорошо видны под таким освещением…

Почему я чувствую себя девочкой рядом с ним? Неопытной маленькой глупышкой.

— Ты такая домашняя. Мне нравится. Рад, что ты не стала игнорировать мою рубашку, — кивает мне, поворачивает ноутбук экраном ко мне. — Голодна? Давай я что-нибудь закажу?

В этот момент мой желудок издает странные закрученные звуки. Действительно голодна, отпираться бессмысленно. Я бы еще и десерт обязательно съела.

— Выбери на свой вкус, — пожимаю плечами в ответ, кутаюсь в плед, чтобы уйти от заинтересованного взгляда Марка, которым он словно оглаживает мое тело.

Марк быстро делает заказ, отвечает на вызов из ресторана и просит добавить бутылку хорошего вина. Видимо, это для меня — мне никогда особенно не нравились слишком крепкие напитки, которые предпочитал бывший муж. Я вообще алкоголь предпочитаю чаще просто нюхать, играться с ним, когда яркое бордо омывает стенки тонкого бокала, оставляя на них причудливые узоры из капель.

— Раз уж тебя не слишком заботят твои жилищные условия — я нашел несколько вариантом, которые, как мне кажется, отлично подошли бы тебе, Влада. Ничего вычурного, хороший ремонт и удобная планировка. Посмотришь? — Марк ставит ноутбук на мои закрытые тонким пледом колени.

— Ты ведь не отступишься от этой идеи, да? Слишком благородный… — фыркаю в сторону бывшего мужа, но объявления все-таки открываю.

Просматриваю я их медленно. С чувством, с толком. Марк меня не торопит.

Четыре из пяти варианта полностью удовлетворяют моему вкусу, пятый — слишком большая площадь, мне просто ни к чему столько пустого пространства, я не слишком люблю захламлять все вокруг.

Пыль еще потом вытирать со всех этих арт-объектов…

— Удивительно, что ты помнишь такие детали… — выдыхаю, заметив на одной фотографии большое напольное зеркало с лампочками.

Или это просто совпадение, а Марку повезло наткнуться на предмет интерьера, к которому я питаю особенную слабость?

— Я многое о тебе помню, котенок. Во второй квартире две ванные комнаты — в одной твой любимый тропический душ, с регулировкой по бокам, — он мягко улыбается мне в ответ. — Или тебе не нравится этот комплекс? Можно выбрать что-то другое, ты только скажи.

— Это что, такая странная попытка извиниться за сегодняшнее? — поддеваю бывшего мужа. — Слишком сложно сказать обычное «прости»? Решил задобрить меня квартирой?

— Влада… — устало выдыхает, откидывается на спинку, зажав переносицу пальцами. Разминает. — Что-то я не заметил твоего особенного сопротивления на выставке. И потом, после, ты сама попросила тебя поцеловать. Это мне померещилось?

— Нет, не померещилось, — честно признаюсь, вспомним выходку перед Леной. — Ладно, сменим тему. Ты звонил Агриппине?

— Она прекрасно проводит время с каким-то своим старым другом. Отмахнулась от меня, как будто я назойливая муха и раздражающе жужжу ей на ухо, пока ее катают по городу и отвешивают комплименты каждые тридцать секунд. У нее все хорошо, я даже позавидовал немного.

Мы одновременно усмехаемся.

Я обещаю Марку завтра как следует покопаться в вариантах, раз уж он уперся в свою принципиальность с вопросом недвижимости. Сейчас мне не хочется забивать голову всеми этими планами квартир, расположением, инфраструктурой…

Мне вдруг просто приятно сидеть вот так с бывшим мужем у пусть даже искусственного камина, слушать странный треск вроде как поленьев и смотреть на Марка.

Разглядывать его со всех сторон.

И гнать от себя мысли о том, что все эти месяцы я безумно скучала по нему.

Немного неловкую тишину прерывает звонок курьера. Марк забирает наш заказ и возвращается в гостиную с двумя плотными бумажными пакетами в руках.

Он приносит бокал для меня, наливает немного вина, кивая, когда я тихо благодарю его.

— Оставь, не нужно, — возражаю, когда он собирается выложить все на приличные тарелки.

Не знаю, почему, но мне вдруг захотелось поужинать прямо из контейнеров. Как-то это немного по-бунтарски, что ли. Такой себе вызов Марку, который обычно предпочитает вылизанную идеальность.

— Надо было попросить у них пластиковые стаканчики, а то бокал выбивается