Снова на привязи - Гульнара Черепашка

- Только ничего это не меняет, - упрямо насупилась старуха. – Я для прекрасной наложницы твоей – глупая старуха, никчемная рабыня. Других вон рабов лечу. Только и служанка госпожи Рамлы – рабыня. С чего это вдруг гордая госпожа Айна вздумала бегать по поручениям служанки? Нет, - она покачала головой. – Ни в жизнь в такое не поверю!

- Ладно, - уронил наконец Фарадж. – Потолкую с Айной. А ты – гляди в оба! – он потряс пальцем перед носом лекарки.

- Буду, господин, буду, - та поклонилась. – Непременно буду глядеть в оба – у меня не забалуешь!

Накато, не веря, что гроза миновала, глядела в спину удаляющегося Фараджа. Как это он так просто поверил?!

А Айна… Девице нужно непременно отомстить! Чтоб даже думать забыла, что такое – глядеть в ее сторону и выдумывать пакости. Притащила ей сверток цвета червей – это ж надо такому статься!

Сколько ж ей еще так лежать? Уж любопытство разбирает – что там с Рамлой, и что замыслил Амади. А она валяется, и пальцем едва может шевельнуть! Досадно. И колдун не напоминает о себе. Досадно и непонятно.

Глава 13

Прошла почти половина декады, прежде чем Накато вновь отправили в шатер к Рамле. Та успела прийти в себя, но оставалась слабой. Это, должно быть, и выводило ее из себя – она вела себя даже более сварливо и вздорно, чем обычно.

К концу первого дня Накато едва не падала с ног. Привычные силы еще не вернулись, а гоняла ее госпожа больше, чем всегда. На то, что служанка сама только-только на ноги поднялась, Рамле было плевать.

Накато думать забыла, что хотела о чем-то там расспросить ее невзначай. До того ли!

Первые несколько вечеров она не чаяла, когда ее госпожа наконец заснет. Едва та закрывала глаза – как сама падала и засыпала на месте.

И только спустя несколько дней девушка вспомнила о своем намерении выбраться и потолковать как следует с Айной.

Возможно, и не вспомнила бы. Однако поневоле пришлось, когда всех обитателей кочевья оторвали с утра от повседневных дел и выгнали глядеть на судилище, устроенное Фараджем и его ближайшими помощниками. Среди судей находился и шаман.

А суд учинили над Айной.

Собственно, произошло все быстро – рассусоливать не стали. Глава кочевья во всеуслышание огласил, что неповиновение влечет за собой смерть.

Айна, услышав приговор, заверещала, попыталась кинуться к Фараджу – да кто ж ей позволит! Оттащили грубо в сторону.

Сам Фарадж только сплюнул презрительно и отвернулся. Накато таращилась недоверчиво на происходящее. Кругом толпились другие рабы – глядеть выгнали всех. Не иначе – для устрашения и назидания. Мол – не перечь, не поступай супротив!

Девушка и не замечала, как ее понемногу отпихивают в сторону. Не могла отвести взгляда от зареванного, перекошенного лица Айны.

Истошно вопящую девицу со скрученными за спиной руками и какого-то тощего понурого парня привязали за ноги к хвосту запряженного единорога. Один из молодых воинов вскочил верхом. Первый раз вокруг стоянки он объехал шагом. А затем пустил животное вскачь и помчался – все быстрее и быстрее.

Да неужто это из-за нее?! Точнее – из-за попытки Айны ее оговорить?

А может, и из-за парня, - подумалось вдруг. Не иначе – вздумала хвостом крутить. А Фарадж прознал – и не стал терпеть, что его наложница с кем-то таскается. Не одну Айну-то приговорили – вдвоем с кем-то!

- Это за что ее? – выдавила ошарашенная Накато.

Стоявшая рядом рослая некрасивая рабыня насмешливо поглядела на нее.

- Уж известно за что, - говорила, понизив голос. – Шпионка она, подсунули ее на рабском рынке нашему господину. Он и польстился на молоденькое личико и блестящие глазки. И купил ее – а она с врагами спелась! Высматривала здесь все и наушничала, а теперь и вовсе пакость учинить хотела. Она же тебя оговорила! – и воззрилась на Накато в упор – словно впервые увидев.

Вот так-так! Шпионка. Значит, не прелюбодейка!

- Я слышала, - отозвалась девушка, едва справившись с растерянностью. – Мне говорили – правда, я соображала плохо…

- Я слыхала – ты вообще соображаешь плохо, - охотно откликнулась женщина, с любопытством ее разглядывая. – И как тебя госпожа, сама ведунья при себе держит?

- Не знаю, - Накато захлопала глазами, изображая тупицу. – Ругает она меня всегда…

- За дело, видать, ругает?

- Ругает за дело, - покорно отозвалась девушка. – Говорит – тупа я и нерасторопна, и приказы исполняю так, что госпожа недовольна.

- Она хотела тебя оговорить, чтобы тебя сочли шпионкой! – женщина глядела на нее, точно пытаясь прожечь взглядом. – Ей господин Фарадж почти поверил. Это ведь тебя должны были к хвосту единорога привязать! Понимаешь? – и покачала головой с осуждением, глядя, как Накато послушно кивает. – А потом схватили ее, когда она ночью за стоянку вышла – с этим парнем и схватили, когда она ему все передавала. А он ей говорил, что делать надо.

- Так этот тощий и есть – враг? – тупо переспросила Накато.

- Посланец врагов он! Ох, поджарили ему пятки у шатра шамана, - женщина усмехнулась. – Я далеко была, шкуры развешивала на просушку. Но все слышала! Даже видела чуть-чуть, - прибавила шепотом, склонившись к самому уху Накато. – Визжал, как баба. Не воин, видать. Не воин!

Вот это правда. Попробуй-ка настоящего воина разговорить! А уж визжать при допросе – вовсе позор для мужчины. Эк ей повезло! Болтливая баба попалась. Удачно ее затерли к низшим рабам.

- Ну! – девушка изобразила недоверие.

- Ну тебе и ну! – рассердилась женщина. – Не веришь?

- Верю, что ты, - она покивала. – Верю…

- Верю, - передразнила та. – А я тебе говорю – шпион! Посланник то есть. Ох, он и верещал, - протянула мечтательно. – А теперь их обоих по степи и растаскали. Поделом обоим!

Только и оставалось на это покивать. Женщина, пренебрежительно фыркнув, отвернулась. Накато уставилась себе под ноги.

Вот так-так! Это чья же шпионка в кочевье затесалась? А главное – как исхитрилась?! Ну да, Айну купили одновременно с Рамлой и Накато. Но кто мог предположить заранее, что Фарадж возьмет ее? И как она держала связь с теми, кто ее отправил