Ученик мертвого Дома - Виталий Бриз

— В следующий раз будешь думать, прежде чем совать в рот что попало.

Сил и желания препираться со мной у Вэя, судя по всему, не было, поэтому он просто отвернулся и какое-то время мы провели в молчании. Из приоткрытого окна доносился шелест тополей, а за стеной кто-то негромко переговаривался. Когда молчание стало пыткой, а решимости задать тот самый вопрос не прибавилось, я поднялся.

— Ну… я пойду… В свертке сушеные сливы и орехи от господина Йизе. Он сказал, ты их обожаешь. Поправляйся.

Я развернулся и быстрым шагом направился к двери.

— Саньфэн, — оклик Вэя застиг меня на пороге. — С тобой, правда, все в порядке?

Я не осмелился обернуться, чувствуя затылком его взгляд.

— Все отлично. Еще зайду, — скороговоркой выпалил я и выскочил за дверь.

* * *

Пока я сидел у Вэя, на улице поднялся ветер. Словно воплощая мои потаенные желания, он срывал с веток бумажные фонарики, кидался разъяренным псом на все, что попадалось на его пути: деревья, прохожих, имевших неосторожность выйти из дома.

Я едва успел закрыться рукавом от вороха листьев, брошенных в лицо разгулявшейся стихией. Прокатился мимо бумажный зонтик. Вслед за ним пробежала растрепанная девушка в салатовом ханьфу.

А вот детям непогода оказалась нипочем. Малышня раздобыла где-то цветастые ленты и с восторженным визгом носилась по улице, подставляя их воздушным потокам и споря, чья развевается красивее. Одна девчушка так засмотрелась на свою ленту, что налетела на меня, чуть не сбив с ног.

— Что вы тут устроили? — прикрикнул я на младших учеников. — Быстро разошлись по своим комнатам, а то пожалуюсь вашему наставнику!

Девчушка подняла на меня глаза, в которых, впрочем, я не заметил раскаяния, извинилась и поспешила к друзьям. Заливаясь смехом и пытаясь перекричать друг друга, дети умчались куда-то в сторону Садов Тишины. Негодники и не думали следовать моему приказу.

Поначалу было стойкое желание догнать их и за уши оттащить к мастеру Сяовану, но я вовремя одернул себя, прекрасно понимая, что шалости детей тут ни при чем.

«…Чжан Лучань, вероятно, тоже умрет».

Слова мастера Орьё непрестанно звучали в голове, приводя меня в бешенство. К которому примешивалось отвратительное чувство бессилия. Что я, старший ученик погибшего Дома, мог противопоставить мастерам и тем более старейшинам? Меня раздавят как муравья, если я в открытую выступлю против верхушки Лозы.

Что же делать? Как помочь учителю Лучаню?

Злость — плохой советчик, как и паника. Я несколько раз прочитал с пятой по девятую мантры, успокаиваясь. Мы еще поглядим, чья возьмет! Для начала мне нужны сведения о горе Тяньмэнь, и я знал место, где сумею их отыскать.

Господин Юйсян если и удивился, что в последнее время я часто стал захаживать в архивы, то виду не подал и вежливо поинтересовался, чем может быть полезен. Услышав о моем интересе к горе Тяньмэнь, он понимающе улыбнулся:

— Готовишься к экзамену? Похвально, — поглаживая узкую бородку, задумчиво произнес господин Юйсян, достал из стоявшего за спиной шкафа несколько свитков, дополнил их толстенным потрепанным справочником и вручил мне. — Советую начать с этого.

Я поблагодарил и устроился за столиком в читальном зале. Справочник оказался подробнейшей энциклопедией животных, обитавших на землях Дома Шипа и ближайших к нему Домов. К научному трактату господин Юйсян заботливо добавил список хищников, встречавшихся конкретно на горе Тяньмэнь.

Звери, безусловно, заслуживали внимания, но как-нибудь в другой раз. В первую очередь меня интересовали карты. К моему разочарованию, на них не оказалось ничего, что бы напоминало крепость, деревню или какое-либо человеческое жилище.

Уточнить у господина Юйсяна? Опасно. Если он доложит кому-либо из старейшин, могут возникнуть вопросы, на которые я не готов отвечать. Но на кону была жизнь учителя Лучаня, и я не мог уйти с пустыми руками.

Смотритель архивов отчитывал одного из служек. Я приблизился, ожидая, пока мне уделят внимание.

— Что-то не так, Саньфэн?

— Господин Юйсян, карты, которые вы мне дали, неполные.

Он нахмурился, явно понимая больше, чем я надеялся. Махнул рукой, отпуская служку, дождался, пока тот удалится, и только потом сказал:

— Гора Тяньмэнь — особое место. Большинство сведений о ней доступны только мастерам, либо ученикам с их письменного разрешения. Надо полагать, таковое у тебя отсутствует?

Я покачал головой.

— Что ж, — тоном судьи, выносящего приговор, заключил господин Юйсян, — тогда я почти ничем не могу тебе помочь. Подробные карты Тяньмэнь пока тебе не полагаются.

Я извинился за беспокойство и заспешил к выходу, досадуя, что так нелепо подставился.

— Саньфэн, — голос смотрителя остановил меня на пороге.

Натянув подобие улыбки, я обернулся.

— Да, господин Юйсян.

Смотритель архивов внимательно глядел на меня поверх круглых очков.

— Ты сегодня на редкость невнимателен, — без осуждения заметил он. — Я сказал «почти».

Несколько ударов сердца я смотрел на господина Юйсяна, пытаясь осознать смысл его слов, боясь поверить робкому проблеску надежды. Видимо, это отразилось на моем лице, так как он снисходительно улыбнулся и бросил:

— Ступай за мной.

Смотритель привел меня в тесный закуток, усадил за небольшой стол и велел ждать, скрывшись в полумраке деревянных стеллажей.

Надо полагать, это было рабочим местом одного из архивных служек. Тусклый свет масляной лампы высветил распахнутый журнал учета и груду свитков, занимавших добрую половину стола. Я не решился ничего трогать. Уставился на колеблющийся язычок пламени внутри стеклянной колбы.

Огонь успокаивал, приводил мятущиеся мысли в порядок.

Я настолько увлекся созерцанием пламени, что потерял связь с реальностью и пропустил возвращение господина Юйсяна. Пришел в себя только, когда он принялся наводить порядок на столе, складывая свитки в аккуратные стопки и сетуя на безалаберность служек.

Прибравшись, смотритель опустил на стол увесистую книгу в потертой деревянной обложке, в центре которой красовалась надпись: «Легенды и предания Окраины».

— Господин Юйсян…

— Ох уж это молодое поколение — ни терпения, ни выдержки, — вздохнув, перебил меня смотритель.

Он открыл книгу в том месте, где была закладка, и ткнул пальцем в заголовок: «Гора Тяньмэнь».

— Но это всего лишь мифы! — не сдержался я. — Как они помогут мне?

Господин Юйсян укоризненно покачал головой.

— По-твоему, мифы — это небылицы, сочиненные ради забавы? А автор этого сборника глупец, раз потратил время и силы, чтобы их записать?

— Нет, но… —