Один я остался без силы 3 - Сергей Леонидович Орлов

Краем глаза я заметил движение в тоннеле за нашими спинами. Что-то крупное и тёмное медленно приближалось. Селезнёв? Но если он уже здесь, что случилось со Смольской? Пока я отвлекал Алису разговором, Потехин тоже заметил движение и напрягся, готовясь к действию.

— И когда ты начала слышать этих… древних существ? — спросил я, делая ещё один незаметный шаг к контейнеру с кристаллами.

Алиса подняла руку к своему лицу, словно изучая трансформированные пальцы.

— Они всегда говорили со мной, — призналась она. — С самого детства. Поначалу я думала, что это просто голоса в голове. Воображаемые друзья. — Её глаза-колодцы на мгновение затуманились, словно она погрузилась в воспоминания. — Но потом я поняла, что они реальны. Что они зовут меня из-за границы между мирами. Что у меня есть предназначение.

В этот момент Алёша сделал едва заметный жест в сторону тоннеля. Его Скрытень, который всё это время держался в тенях, незаметно скользнул туда. Умный ход — разведать, что за угроза нам грозит.

— И теперь ты хочешь разрушить границы между всеми мирами? — я повысил голос, чтобы заглушить любой шум из тоннеля. — Ты хоть представляешь, какой хаос это вызовет?

Алиса приблизилась ко мне, и я почувствовал холод, исходящий от её трансформированного тела.

— Из хаоса рождается новый порядок, — её многоголосье наполнилось уверенностью и фанатичной верой. — Сначала будет разрушение, да. Многие не выживут. Но те, кто смогут адаптироваться… они увидят рождение нового, совершенного мира. Без искусственных границ, без ограничений.

Внезапно из тоннеля вырвалась тёмная масса, и я увидел то, во что превратился Селезнёв. Это уже не было человеком — скорее клубком извивающихся теней с множеством глаз и конечностей. Он молниеносно атаковал, целясь в Потехина, но тот был готов — нырнул в ближайшую тень и появился в стороне.

— Ах, Артемий вернулся, — Алиса не выглядела удивлённой. — Значит, он справился с этой женщиной в маске.

Пока Потехин уворачивался от атак Селезнёва, я сделал быстрый жест Алёше — нам нужно было отвлечь и его, и Алису.

— Сейчас! — крикнул Алёша, и из неожиданных мест появились все три его монстра. Пожиратель бросился на Селезнёва, Скрытень атаковал сзади, а Стервятник спикировал с полуразрушенного потолка.

В образовавшейся суматохе я скользнул к контейнеру с кристаллами, используя свой «танец теней». Но не успел я его достичь, как Алиса оказалась передо мной, её трансформированное лицо искажено гневом.

— Думаешь, я не знаю, зачем ты здесь? — она взмахнула рукой, и невидимая сила отбросила меня назад. — Эти кристаллы — ключевые точки моей сети разломов. Я не позволю тебе использовать их против меня!

Я быстро поднялся на ноги, одновременно растягивая руки для контратаки. Но что-то остановило меня — странное ощущение знакомости. Я уже сталкивался с чем-то подобным раньше, в своей прошлой жизни. Тогда это тоже был пространственный разлом, и мне пришлось…

Мои размышления прервал крик боли. Я обернулся и увидел, что Селезнёв схватил Кирюшу. Потехин пытался вырвать мальчика из его щупалец, но даже с его скоростью это было сложно — Селезнёв, похоже, стал еще быстрее.

— Отпусти его! — закричал я, разделяя внимание между Алисой и схваткой за мальчика.

— Ты в меньшинстве, наследник, — прошипела Алиса. — Скоро здесь соберутся все мои дети-Скитальцы, и тогда…

Её слова внезапно оборвались, когда в лабораторию ворвался новый персонаж. Я с трудом узнал в этой окровавленной фигуре Смольскую — без маски, с изуродованным лицом, искажённым от боли и решимости.

— Ты… не… победишь, — выдохнула она, держа в руке какое-то устройство.

Не раздумывая, она активировала его, и лабораторию залил яркий импульсный свет. Селезнёв взвыл, его трансформированное тело содрогнулось, и он выпустил Кирюшу. Алиса тоже дёрнулась, словно от внезапной боли.

— Электромагнитный импульс! — выкрикнул я, вспомнив, что ЭМИ действительно на какое-то время дезориентирует межпространственные сущности. — Потехин, хватай кристаллы! Дети, к выходу!

Воспользовавшись моментом, когда Алиса ослабла от импульса, я помчался к контейнеру. Внутри находились пять крупных различных кристаллов— идеально подходящие для ритуала закрытия разломов. Я схватил два из них, Потехин взял остальные.

Смольская пошатнулась, явно ослабленная после использования устройства.

— Я… задержу их, — прохрипела она. — Уходите.

— Но… — начал я, понимая, что это означает для неё верную смерть.

— Уходи! — резко перебила она. — У меня остался последний импульс. Этого хватит, чтобы вы успели скрыться.

Алиса уже начала восстанавливаться после воздействия ЭМИ, её трансформированное тело извивалось, пытаясь принять прежнюю форму.

— Ты… предательница! — её многоголосье наполнилось яростью. — Особый отдел всегда был верен Императору!

Смольская горько рассмеялась:

— Я была верна Империи. Настоящей Империи — не тому кошмару, который создал Кривцов.

Она сделала шаг к Алисе, сжимая в руке устройство.

— Уходите! — крикнула Смольская нам, не оборачиваясь. — И закройте эти чёртовы разломы!

Селезнёв тоже начал приходить в себя, его многочисленные глаза мигали, фокусируясь на нас.

— Бежим! — крикнул я, подхватывая Кирюшу, который с трудом держался на ногах после схватки с Селезнёвым. — В туннель, быстро!

Потехин, держа кристаллы, ринулся первым, указывая путь. За ним побежали дети. Алёша задержался на секунду, подзывая своих монстров, но Пожиратель был слишком сильно ранен Селезнёвым.

— Оставь его! — крикнул я. — Он задержит их!

На лице Алёши отразилась боль, но он понимал, что выбора нет. Его Стервятник и Скрытень последовали за нами, а Пожиратель остался, прикрывая отступление.

Когда мы уже скрылись в туннеле, позади раздался яркий взрыв — Смольская активировала последний заряд своего устройства. Звук обрушивающихся перекрытий заглушил крики ярости Алисы и Селезнёва.

— Бегите! — скомандовал Потехин. — Туннель может обрушиться в любую минуту!

Мы мчались по искривлённым коридорам, которые как будто жили своей жизнью — сужаясь и расширяясь, меняя направление. Кристаллы в наших руках странно реагировали на окружающие искажения, иногда испуская яркие вспышки света.

— Что это? — спросил Глеб, указывая на кристаллы, пока мы пробирались через очередной изгиб туннеля.

— Усилители и фокусировщики энергии, — ответил я, тяжело