Черный Маг Императора 6 - Александр Герда

— Ничего нет, кроме пяти упырей, от которых мы оставили рожки и ножки, — сказал Ибрагим и пнул лежавшее на земле тело ногой. — Наверное, этот урод их оживил.

— Он, конечно же, кто кроме него? — пожала плечами Серебро. — Ну что, Громобой, бери его и тащи в машину.

— А чего я? — огорчился Федор. — Нет, мне, конечно, по-барабану, но дело принципа.

— Ну ты же его вырубил, — сказал Турок и хлопнул его плечу. — Так что давай, не вредничай.

— Эх, и то верно… Иди-ка сюда, родной… Оп! — легко, будто пушинку, Громобой одним махом закинул некроманта на плечо и потопал к машинам, что-то бормоча себе под нос.

Удивительно, но ветер к этому времени стих. Причем совсем. Ни один листочек на ветках не колыхался.

— Кстати, кто-нибудь увидел, кто грохнул нашего друга в кепке? — спросила Катя, которая шагала рядом со мной. — Ткач, ты не заметил?

— Черт его знает, — ответил ей Виктор. — Дырок на нем вроде бы нет… Может быть, тоже этот некромант? Придет в чувство — спросим.

Я шел молча, вспоминая тот самый момент, который я запомню на всю жизнь. Думаю, в моей жизни он не последний, но этот я точно никогда не забуду. Кстати, нужно попробовать постоянно Смертельную Тень на себе поддерживать, как Чертков меня со Светящимся Огоньком учит.

Ну а почему бы и нет? Энергии она немного в качестве поддержки требует, а эффект более чем полезный. Да, с завтрашнего и начну. Сразу после тренировок со стариком.

Последним шел Кастанеда, который демонстративно покинул поместье через уцелевшую калитку, аккуратно закрыв ее за собой со словами:

— Адьес, амиги! Заходите еще!

* * *

— Будете ругаться? — спросил я у Черткова, который вот уже минут пять молча хмурил брови, после того как я ему сказал, что был вынужден войти в некрослой. Без лишних подробностей, но все-таки. Я решил, что он должен знать о таких вещах.

— Тебя ругать, что мертвому припарки ставить, — прохрипел он и глубоко вздохнул, сильно присвистнув. — Да и не за что тебя ругать. Все правильно сделал, Темников. И на будущее, запомни — для тебя не должно быть такого понятия как правильно или нет. Вообще забудь об этом. Если у тебя только возникнет мысль о том, что ты в опасности, значит все, что ты сделаешь для того, чтобы ее избежать, это правильно. Ясно? Для тебя это должно быть также естественно, как пить воду.

— Какой дельный совет, мой мальчик, — тут же нашелся Дориан.

— Спасибо, Александр Григорьевич, — облегченно вздохнул я.

— Не за что, — ответил он и посмотрел вверх. — Почему опять какой-то чайник вместо нормального шара?

Блин, отвлекся на секунду… Как же сложно все время помнить об этом долбаном огоньке… Ну, по крайней мере, он у меня уже не тухнет регулярно.

— Вот, совсем другое дело, — кивнул он и показал на лежавшую на столе папку. — Некросимволы выучил?

— Начерчу любой какой скажете, — уверенно ответил я и это именно так и было. — Называйте номер.

Я вызубрил их до такой степени, что мог начертить любой просто по номеру. Кстати, учить некросимволы по номерам оказалось гораздо сложнее, чем, когда тебе известно назначение каждого из них. Поначалу я и сам думал, что мне так только кажется, но нет. Новые формулы других заклинаний, которые мы проходили в школе, давались мне гораздо легче.

— Не нужно, я тебе верю. Теперь просто слушай, запоминай и если нужно — записывай, — прохрипел он и кряхтя поерзал на своем стуле.

— Я запомню, записывать не обязательно, — ответил я и поймал себя на мысли, что это так и было.

За последнее время моя память стала намного лучше. Даже долбаная история теперь мне давалась гораздо легче. Я мог с легкостью называть даты, которые раньше неизвестным образом вылетали из моей головы сразу же после того, как я закрывал учебник.

— Да, Бобоедов тебя хвалил, — кивнул Чертков и его скрутило в приступе кашля на долгую минуту. — Ох… Ахрр… Хх… Но нужно еще быстрее, Темников. У меня каждый день жизни за пять считается… В лучшем случае… Ясно тебе?

— Не совсем, — ответил я.

— Ну и ладно… На чем мы с тобой остановились? А-а, ну да, точно. Сколько ты выучил некросимволов?

— Двенадцать.

— Это называется первая дюжина. Самая простая, но самая важная. В каждой дюжине их тринадцать.

— Так двенадцать же, Александр Григорьевич…

— У нас с тобой необычные дюжины, Темников, и в наших их ровно тринадцать. Один ты уже знаешь, если можешь входить в некрослой самостоятельно, — сказал наставник.

А-а, ну да, точно. Он имеет в виду некросимвол входа. Тогда да, все правильно получается — тринадцать.

— Теперь не мешай и слушай. Первая дюжина самая важная. Не сможешь чертить эти символы так же просто и быстро, как активировать Светящийся Огонек, можешь считать себя трупом, — сказал он и поправил ногу. Щелк. Клац. — Ох… Сначала я тебе перечислю их названия, а потом уже расскажу какой и что делает. После того как все усвоишь, перейдем к практике.

Угу, понятно. Может быть, лучше записать на всякий случай? Хмм… Нет, не нужно, обойдемся без костылей. Должен же я постоянно тренировать свою память, как говорит Горох?

— Итак… — продолжал тем временем Чертков, пока я закрыл глаза и приготовился слушать. — Первый…

Старик один за другим перечислил мне некросимволы из первой дюжины, которые я мысленно попытался увязать с цифрами, отпечатавшимися у меня в голове.

Не могу сказать, что это была крайне сложная задача, но было нелегко. Александру Григорьевичу пришлось повторить мне несколько раз, прежде чем мне удалось навсегда запомнить эту информацию.

Затем мы перешли к более интересным вещам — что делает каждый из разученных мной некросимволов. Это было намного веселее. Особенно, когда мы с ним закончили, и я понял, что начиная с сегодняшнего дня сабля будет не единственным оружием, которым я могу защитить себя в некрослое.

Да и вообще, оказывается там внутри много всего интересного можно делать и мне просто не терпелось поскорее все испробовать. Когда Чертков сообщил, что практикой будем заниматься в следующий раз, я даже расстроился.

Впервые за все время моего обучения