Коммандер - Виктор Коллингвуд

Выпалив это, пьяница снова поник головой.

Эйхе нахмурился. Вообще-то, по старым законам за оскорбление мага полагалась какая-то страшная кара, чуть ли не сожжение на костре.

Стусс, однако, не выглядел испуганным. Перехватив руку, которой он держал мага, он взял и прилюдно врезал ему по затылку затрещину.

— Да Тзинч тебя дери, засранец. Маг! Какой ты маг? Да ты курса не закончил! А кобенишься, как герцогиня, проданная в бордель, ха-ха!

— Простите, Стусс, — я перехватил его руку, когда он снова замахнулся на мага. — Вы откуда взяли, что мэтр Кнаппе — недоучка?

— Да, монахи шептались. Все рассказали мне. А им сказал сам Тереллин!

Вот же, Кхорн его дери! А я-то все думал — как мага пустили жить в монастыре? Это строжайше запрещено последних лет двадцать как. А он, оказывается, формально магом и не является.

Я поглядел на понурую, рано начавшую лысеть, голову мэтра. Как будто забот мне мало! И маг, оказывается, — не маг, ипьет он, просто как ломовая лошадь. Что с ним вообще делать? Посоветуюсь-ка я с Аззи…

Я нашел ее осматривающей одну из наших лошадей.

— Слушай, мне надо поговорить насчет мага. Он очень злоупотребляет горячительными. И у меня из-за этого уже неприятности, а ведь мы только выступили!

— Это было сразу понятно, как только он появился. Похоже, он очень сильно пристрастился к этому зелью.

— Можно с этим что-нибудь сделать?

Аззи наморщила лоб.

— Отвратить его от хмельного?

— Да. Хотя бы на время похода!

— В общем-то, можно. Только, — Аззи коснулась пальцами моей груди, — ты же сам понимаешь, он — маг. Трудно сделать с ним что-то такое, чего он сам не захочет.

— Говорят, он не доучился на факультете, так что…

— Я тоже не окончила курса. Я даже не начинала курса в университете. Попробуй опоить меня чем-нибудь!

— Подготовь, что нужно. Я его заставлю.

— Это потребует времени!

— Сколько?

— Трудно сказать, все зависит от того, смогу ли я найти нужные ингредиенты. Возможно, неделя-полторы.

— Хорошо. Пока я буду держать его под своим присмотром!

Аззи кивнула и вернулась к лошади.

Проспавшись, герр Кнаппе какое-то время старательно меня избегал. Но в нашем небольшом отряде это было затруднительно. Вскоре я нашел его, трущегося среди солдат.

— Сударь, нам надо поговорить.

— Да, герр Андерклинг, я и сам хотел вас найти. Вы получили деньги в Оденельштадте? Я сильно поиздержался последнее время, и аванс был бы спасением!

— Нет. Я не получил там ничего. Но, если бы и получил, не дал бы вам ни гроша!

— Простите?

— Я получил нагоняй от коммандера за ваше поведение в городе. Как вы это объясните?

Маг оскорблено молчал.

— Мне нужно, чтобы вы были в порядке, иначе мы, чего доброго, сгинем в Мертвых землях. Держите себя в руках, Кнаппе! Вы способны воздержаться от выпивки?

— Я совершенно трезв, и способен контролировать свое тело и дух так, как вам и не снилось, юнкер, — побелев от гнева, прошипел маг.

— Надеюсь, это был последний разговор такого рода. И ваши слова более надежны, чем ваш диплом, — холодно сообщил я ему, и оставил несчастного пьянчугу наедине со своей совестью.

Разумеется, я ни секунды не поверил, что он даже попробует удержаться от выпивки. Определенно, надо будет заставить его принять средство, которое приготовит Аззи! Хотя, поможет ли оно…

Да, судя по всему, мага у нас, можно сказать, нет. Может, Тереллин и послал этого алкаша именно потому, что его и потерять не жалко?

Прошло несколько дней в пути. И когда мы шли тесной лесной дорогой, маг сам подошел ко мне.

— Юнгер Андерклинг, а защитный амулет для посещения Мертвых земель — у вас?

— Да, сударь.

— Прошу вас передать его мне.

— Сударь, зачем он вам?

— Мне нужно настроить его, согласно правил магической гармонии сфер!

— Но мне выдал его сам каноник, и сообщил, что амулет полностью готов к использованию!

— Каноник не маг. При всем уважении к его чину, ему трудно судить о таких вещах. Где вы носите его?

— Он всегда со мною, — я показал конец веревки, к которой был привязан амулет у меня на груди.

— Вот. Я заметил, что вы, герр Андерклинг, имеете очень специфическое отношение с магией. Не так ли?

— Да. Поэтому я и хожу в Мертвые земли по приказам церкви. А что?

— Амулет слишком долго находится на вашем теле. Он мог повредиться!

Я задумался. В конечном счете, амулет мне этот не нужен — это защитные чары для самого мага. Возможно, маг прав. Пусть сам его таскает, он хотя бы разбирается в таких штуках.

Я снял амулет и отдал его мэтру Литциниусу.

— Признаться, я даже не думал, что возможно такое органическое неприятие магии, — сообщил мэтр Кнаппе, бережно принимая амулет. — Откуда вы родом?

— Наш городок назывался Лужице. К востоку от Остенмарка. Его нет больше — разрушили горные тролли.

Маг с сомнением посмотрел на меня.

— Хм. Это Тереллин научил говорить так? Понятно. Мне он предлагал выдавать себя на уроженца Бастонии! Только эта ваша легенда, герр Андерклинг, не выдерживает никакой критики. Акцент действительно похож — кислевиты тоже говорят, как будто каши в рот набрали. Только вот, был бы ты из них, от тебя за милю несло бы северной магией. А я вижу совершенно чуждую ауру, нечто такое, чего вообще не может быть!

Я поглядел на мага еще раз. Возможно, стоит понаблюдать за этим типом. Если он окажется заслуживающим доверия, можно будет поговорить с ним по душам… А пока надо быть очень, очень осторожным.

— Подходим к Мортенау, — сообщил сержант арбалетов Кунц, бывавший в этих местах. Вскоре, действительно, вдали показались невысокие, сильно заросшие плющом кирпичные стены и башни, давным-давно требующие ремонта.

Мортенау — очень небольшой городок, и задерживаться тут мы не планировали. Конечно, Эйхе объявил «большой привал», то есть мы целый день будем отдыхать, чистить лошадей, чинить обувь и телеги, зашивать дыры в дублетах и стирать камизы. Но все понимали, что нам надо быстрее добраться до Теофилбурга — большого города, где есть меняльная лавка и я, наконец, смогу выдать половину жалования солдатам.

Мы разбили лагерь почти рядом с невысокой городской стеной. Предместья у городка отсутствовали — видимо, слишком опасно тут было селиться вне городских стен. Как водится, первым делом мы пошли в местный кабак. Он был один, и прескверный. Особенно не радовал дымящий сырыми дровами очаг. Вина у кабатчика не оказалось вовсе, с едой тоже оказалось небогато. Взяв эля с медовым грюйтом, мы решили здесь