Без тормозов - Ева Горская

— Моя мать утверждает, что нет. Также я уверен, что она кропотливо собирала подтверждения и свидетельские показания в сторону её несостоятельности как матери ребёнка, — потер я устало шею.

Вопрос принимал реально серьёзный оборот.

— А что насчет моей матери, если я оформлю опеку на себя, меня будут проверять органы опеки? Мать хочет ребёнка забрать себе. Что ей нужно тогда?

— Вы напишите добровольный отказ от родительских прав в сторону вашей матери, Вам и Вашей супруге оформят алименты и вы оба свободны.

— То есть, как свободны?

— Опекун получает материальные выплаты, не претендует на ваше наследство. Вы все втроём можете оставить ребенку своё наследство.

— Вот гадина! Решила обезопасить внука таким идиотским способом! — Рычал я, поднимаясь.

Моя поехавшая мать решила и меня, и Карину поставить на колени и заставить ползать за ней.

— Именно опекун будет решать в индивидуальном порядке право на встречи с ребенком. Если Вы не хотите, тогда не подавайте заявление на передачу опеки и всё. Если суд признает ваше право на опеку, Вы решаете вопрос общения ребёнка с матерью.

— В том и дело, мне не нужно лишать её прав, я хочу решить вопрос мирно. Узаконить брак и отцовство.

— Тогда этот судебный процесс не нужен, так как в этом случае в глазах закона отобрать опеку и создать с этой женщиной ячейку общества, не ограничивая её в правах на ребёнка, бессмысленный акт, — не понимает меня адвокат.

Я бы и сам хотел разобраться в этом гадюшнике, в паутине моей чокнутой мамаши-паучихи. Помириться и сойтись с Кариной, усыновить Мака. Жаль нельзя пожелать, щелкнуть пальцем, и всё встало на свои места.

— Мой Вам совет определитесь с ответчицей в добровольном порядке. Опишите ситуацию, и чем она грозит, в противном случае, если дама вменяема, мои услуги Вам не понадобятся. Дальше при отказе решайте. Могу сказать, что с вероятностью 75 % я гарантирую Вам успех дела. Обращайтесь, доброй ночи, — на том конце провода мне внимали гудки.

Эту ночь я очень плохо спал и постоянно думал о том, как мне помириться с Кариной и уговорить её выйти замуж за меня. Ни её, ни сына я не намерен терять. Они МОИ.

Глава 34

Захар

Утро тоже пришло неприятно быстро. Я провалялся в постели, так и не сумев выспаться, встал, умылся и зевал, заваривая кофе в кофе-машине. Мои волосы торчали в разные стороны, но мне было плевать. Где-то с полчаса я тупо пялился в окно, помешивая сахар в кофе, не предпринимая никаких попыток к действиям. Этакой филин на ветке «хлоп-хлоп» глазами, и некого ловить.

Мышки спрятались по норкам, опустел совсем лесок.

Бедной птичке нечё скушать, скушать НЕ-ЧЕ-ГО!

Я ударил себя по щекам, чтобы стряхнуть это уныние и апатию. Мне нужен план, он есть, но нужны корректировки. Раздался звонок на мой смартфон. Это мой менеджер.

— Да, Слав, — говорю я.

— Первые кадры есть, ты планировал с матерью что-то?

— Точно! Блин, забыл. Я скину адрес и время, сейчас с матерью свяжусь, — суечусь я.

— Давай, жду! Ты не решил, когда обратно? — выспрашивает он.

— Я буду дома в эти выходные или считай, что без вести пропал, — сгущаю краски и драматизирую я в ответ.

— Если не вернёшься, я сам тебя найду и помогу навсегда потеряться. Не нервируй меня, Захар! — рычит человек, что стал моей законной третьей рукой.

— Чтоб я без тебя делал, — признаюсь я. — Пока…

Я отключаю смартфон и продолжаю реализовывать намеченный план. Фигурки на доске двигают и двигаются, ускоряя момент ИКС. Если всё получится, уеду с семьей на вечные солнечные пляжи, буду пить пина-коладу, лёжа на шезлонге, пока моя балерина приобретает спелый оливковый загар, а Мак строит замки на песке и разбрызгивает солёные капли океана. Я аж слюни пустил, представив себе это. В реальности меня ждало уныние города-западни, города, в котором времени не существовало, и люди жили прошлым.

Я посмотрел на смартфон, долго гипнотизировал список контактов, а потом резко нажал нужную букву каталога и выбрал иконку «Звонок». Гудки сменяли друг дуга, а я отчего-то мечтал, чтобы там никто никогда не взял. На звонок ответили:

— Слушаю.

— Это я, мама. Ты готова помочь мне с моей частью сделки?

— Конечно, готова, когда приедешь? — ворчит мать.

— В течение часа. Будь готова, пожалуйста, никуда не уходи.

— Ещё чего! Забегала прям! Быстрее сделаем, быстрее начнём готовиться.

Я положил трубку и нервно вздохнул. Век бы туда не приезжал, но надо. Некстати пришли воспоминания из детства, где совершенно также она крутила моим отцом. Бедный мой отец он совершенно не видел в моей матери ужасную эгоистку и интриганку. Все мы её винтики, гайки и болтики.

В далёком прошлом

— Ты идешь?! Время поджимает, — ворчит статная красивая женщина с резкими и птичьими чертами лица. Она напоминает сороку в своей нервозности.

— Да, любовь моя. Уже собрались. Захар? — раздается тихий голос. — Захар, ты где? Выходи, давай, поедем в гости к нашим друзьям. Познакомишься с веселыми ребятами.

— Хватит с ним сюсюкаться. Ты разбалуешь его! — шипит женщина.

— Ну, сегодня же важный день и праздник. Разреши ему развлекаться, там же будут ещё дети.

— Ты знаешь прекрасно, для чего мы туда едем. Да, это хорошо, что там будут его ровесники, и он сможет создать о нас нужное впечатление, — выдаёт мать.

— Муж Клары — завуправления по земельным вопросам. Без его помощи нам не провести бумаги по дому твоей матери, ещё мастерская. Ты планировал открыть ещё одну.

— Да, но не так скоро.

— А чего ждать? Если получится, устроим всё и сразу. Закари! Закари, ты где?! — повышает мама голос, а я выхожу на свет из-за двери.

— Ну, что за ребёнок?! Что ты там делаешь? Мы опаздываем!

— Сын, давай поторопимся. Иди одеваться, с ботинками, я помогу, — добро и тепло улыбается мой отец.

Он очень высокий и с густыми волосами, его волосы волной уложены назад и достают до самых ушей, скрывая их. У отца красивый глубокий древесный цвет локонов, что ярко очерчивает его бледное лицо. Папа хорошо выглядит, но глаза уставшие и какие-то растерянные. Последнее время мама часто заставляет его много работать, и папа всегда старается ради нас. У мамы всегда много-много планов, которые папа — единственный может реализовать для неё. Последнее время мы практически