Законы Рода. Том 7 - Ascold Flow

понимаю и принимаю тот факт, что так оно и должно быть. Будь здесь все рационально мыслящие или же «обычные» эрудированные люди, империи не удалось бы добиться продвижения в очень многих вопросах, связанных с магией, безопасностью, контролем монстров внутри Сибирского кольца и так далее. Есть условный костяк «разумных», кто остепеняет энтузиазм «безумных». Но именно головы «безумных» порой рождают необычные и неоднозначные решения проблем, которые давно всех мучают. Главное в этом деле — баланс. И все эти люди, кроме Стефании, — Архимаги. А это о многом говорит. И это я знаю благодаря своей чувствительности. В лицо я и половины из них не узнал. Непубличные люди.

Думаю, раньше этих советников держал в узде предыдущий император и разделял идеи, оценивая их по достоинству. Даже в безумии некоторых находил что-то полезное. После же его смерти и появления на престоле Стефании этот противовес исчез, и оттого в империи начались разброд и шатания.

Я во время «представления» практически не разговаривал. Романов Константин Игоревич, пришедший вместе со мной, давал ответы на вопросы вместо меня. Оказывается, он является одним из членов внутреннего совета, о чём официально вообще никак и нигде не упоминается. Единственным, кто вообще не проронил ни слова за время встречи, но чей взгляд был наиболее сосредоточенным, — был Зубов Константин Сергеевич. Его глаза говорили о многом, и читалось в них намного больше интереса, чем даже в зенках маньяка в жёлтом халате, который любит ставить эксперименты с магией крови во имя империи.

В какой-то момент направление обсуждения резко изменилось.

— Раз уж мы здесь собрались, что довольно сложно сделать, давайте обсудим ситуацию в Болгарии, — впервые за долгое время проговорил министр обороны, и я заметил, как трое из присутствующих девяти человек закатили глаза или же тяжело вздохнули.

Так как я больше здесь был не нужен, меня увели, а тайный совет начал обсуждать возможные меры поддержки потенциального союзника и ослабления явного врага — османов.

Я тоже, как только был отпущен, влез в новости и почитал, как там обстановка на фронте. На болгарской земле сегодня было необычайно тихо. Интенсивность боёв уменьшилась в разы, ракетный дождь перестал застилать небо. Но всё это выглядело как затишье перед бурей…

Разведки разных стран вбрасывали в СМИ информацию о формировании и переброску османами двух ударных дивизий в район Софии для прорыва линии фронта, которую защитники едва удерживали в последние дни. Так-то прорывов хватало, но османы не дураки и понимали: если атака захлебнётся и им перекроют пути отхода, то бойцы и техника окажутся в кольце, и их просто сотрут в порошок. Маги тоже не бездействовали, но тут сложилась интересная ситуация, в которой неожиданное преимущество оказалось у болгар, ибо они воевали, как говорят репортёры, «всей страной». Даже самые слабые из одарённых переодевались в форму простых солдат и наносили сокрушительные атаки по неподготовленным позициям врага, не давая вычислить офицеров, командиров и высокородных опасных бойцов с даром в толпе военнослужащих. А вот османы были вынуждены держать большую часть своих магов на территории страны, где активно пытались повлиять на различные национальные меньшинства вроде курдов. Плюс угроза с нашей стороны заставляла держать резерв магов на востоке империи. Ещё и с востока скопления греческих войск на сухопутной границе и военных кораблей на пограничной линии прибрежных вод. Относительно мирной была лишь южная граница, откуда и перебрасывали войска для «могучего прорыва», о котором вовсю трубили османские пропагандисты. Видимо, скоро настанет ключевой момент этой «маленькой победоносной войны» османского султана.

Ладно, пора принять лечебную ванну и подготовиться к новому дню. Завтра Цербер вцепится в меня стальной хваткой и не отпустит, пока я не начну ползать, еле передвигая лапками от бессилия…

«Тук-тук».

В мою комнату вошла Маша.

— Мирослав, ты как?

— Всё хорошо, можешь не беспокоиться. Приём в Кремле прошёл вполне нормально. Ничего такого, что могло бы изменить мою жизнь, не произошло. Спасибо за заботу, — улыбнулся я девушке, протягивая руку за полотенцем на полке шкафа и болезненно морщась от прострелившей мышцы в боку.

Не успевает эфир восстанавливать… Ну надо же… Может, это из-за проклятого браслета, блокирующего магию?

— Что болит? Я слышала, у тебя там какие-то особо суровые тренировки начались…

— Ну да, есть такое… Каждый день тело в отбивную превращают, — признался я, и на мои плечи легли нежные руки красавицы.

— Тогда тебе точно нужен восстанавливающий массаж. Пойдём в ванную, там как раз стол есть для массажа. Правда, его как подставку для грязных полотенец используют…

— Я бы сперва хотел принять душ. В Кремле было жарковато — и слегка нервно.

— Ну так вперёд. Я как раз за это время подготовлюсь. К тому же мне практика нужна. Рекреация — важная часть заботы об организме воителей. Или ты при мне стесняешься душ принять? — ухмыльнулась Мария.

— Рекреация… Соглашусь, очень нужна. Но пока что я не боец. Тело еле шевелится.

— Не переживай. Тебе необязательно всё делать самому. Ты заботишься о нас. Обо мне. Позволь ответить тебе взаимностью. Я буду в ванной комнате.

Мягкая улыбка и лёгкие касания ладоней дали понять, что сегодня я проведу вечер в надёжных руках…

* * *

Цербер пришёл домой и посмотрел на горничную, что активно убирала дом.

Он жил один, а горничная была уже старенькой, которая, можно сказать, перешла вместе с домом как бонус. Иннокентий знал её очень хорошо, а она знала его.

Активность домработницы всегда повышалась к моменту прихода хозяина дома и падала по мере его отсутствия. Она наслаждалась своей жизнью, ведь суровому мужчине до неё не было никакого дела. Всё, что его интересовало, — это суровый армейский порядок.

— Зоя Степановна, на сегодня можете заканчивать уборку. Идите к себе. Скоро у меня будут гости.

— Как пожелаете.

Старушка тут же убрала влажную тряпку с подоконника и ушла в свой гостевой домик. Она могла бы пойти и к себе домой, ведь за много лет службы она сумела купить скромненькую, зато свою квартирку в Москве, но ей было незачем отказываться от бесплатного жилья на территории усадьбы барона Новоградова. Свою же квартиру она сдавала в аренду за приличную сумму.

«Пшик», — открыл бутылку пива Цербер и протянул её вперёд.

Из тени вышел, хватая предложенное угощение, Бортников и присел в кресло, скидывая с ног ботинки и закидывая ступни на пуфик.

— Сволочь, — скривился Цербер, уловив аромат носков, далёкий от